Исправление повесы

Джордж Кэтрин

Лаури вспыхнула, промычала что-то бессвязное и поспешила назад к Саре.

— Уф! — выдохнула она. — Ну и шикарный мужчина.

Сара энергично помотала головой.

— Не для тебя, милая. Он, может, и шикарный мужчина, но записной ловелас.

— Я ж не замуж за него собралась, — возмутилась Лаури. — Подожди, я захвачу свою сумку.

В кафе кузины сели за угловой столик, и Сара уставилась на Лаури своими синими глазами.

— Ну, — повелительным тоном потребовала она, — выкладывай, когда это случилось. Ты что, поссорилась с отцом? И почему нам ничего не сказала? И где ты вообще живешь?

Лаури с наслаждением

впилась в пирожное.

— Здесь я появилась месяц назад, но никакой ссоры с отцом не было, коль тебя это так интересует. Я временно живу еще с четырьмя девушками в квартирке на Шефердз-Буш и как раз собиралась объявиться у вас, честное слово, Сара, со дня на день собиралась, но прежде я хотела встать на ноги.

— Что, однако, не объясняет, почему девушке с явными способностями к секретарской работе надо торговать нижним бельем, чтоб заработать себе на кусок хлеба, Лаури Морган, — строго резюмировала старшая кузина. — А я-то думала, у тебя постоянная работа в Ньюпорте.

— Так оно и было. Но мой босс раньше времени ушел на пенсию, и вот невезуха, крошка Лаури лишилась места.

— Но ведь можно было найти что-нибудь в том же духе.

— Не так это просто. А кроме того… — Лаури криво усмехнулась и передернула плечами, — это было лучшим объяснением, чтоб убраться из дому. Подальше, Сара налила еще чаю и нахмурилась.

— Ты же говоришь, что никакой ссоры не было. Разве там что-то не в порядке?

— Это касается только меня. Папа на седьмом небе. — Лаури с виноватым видом вздохнула. — Я только и делаю, что твержу себе, что моему отцу всего сорок семь, что он ужасно привлекательный мужчина и совершенно нормально, что у него вторая жена, которая всего на несколько лет старше меня. И Холли мне ужасно нравится. Честное слово! Но жить в одном доме с парочкой новобрачных, которые ходят, держась за ручки, причем один из них твой папаша, согласись, не так легко, Сара. Я получила чек от своей фирмы в Ньюпорте, папа подбросил еще, а девочка, с которой я вместе работала, знала одну тут, которой нужна была компаньонка, чтобы вместе снимать квартиру, — словом, я покинула землю моих отцов и, слава Богу, быстренько нашла здесь работенку. Правда, я работаю не полный день, но это позволяет сводить концы с концами, пока я ищу настоящую работу.

Сара внимательно посмотрела на Лаури.

— Ну, и тебе все это нравится?

Лаури с каменным лицом глядела в сторону.

— Поначалу было не по себе. Настолько не по себе, что даже тосковала по дому. Но сейчас все входит в свою колею.

— А как воспринял твой отъезд мой любезный дядюшка?

— Буквально разрывался между желанием запретить мне даже думать об этом и восторгом при мысли остаться наконец наедине с Холли.

— Ты ревнуешь? Лаури задумалась.

— Во всяком случае, не к Холли, — медленно проговорила она. — Разве только к тому, что они вместе. Но ведь мама умерла уже Бог весть когда, и папа вполне заслуживает счастья. А на роль дуэньи я не гожусь. — Она встряхнула головой. — Ладно, хватит обо мне. Расскажи лучше, как Доминик и Эмили и твой великолепный супруг.

— Руперт все тот же, если не больше, — с кривой усмешкой выговорила Сара. — По уши в своем новом романе и хандрит, если работа не ладится. Словом, все как обычно. У сынишки голова папина, но, к счастью, характер полегче, а Эмили плывет по жизни в счастливой уверенности, что все ее обожают.

—

Но это так и есть!

— Пока что! Пока что!. — согласилась Сара. — Но с осени она идет в школу, так что все может измениться. — Она бросила на Лаури командирский взгляд. — ЖДУ тебя на все воскресенье — и без возражений!

Лаури улыбнулась с искренней радостью и встала.

— Можешь не беспокоиться. В Лондоне по воскресеньям дикая скучища!

— Так чего ж ты, скажи на милость, не объявлялась раньше?

— Не хотелось навязываться, Сара.

— Таких идиоток, Лаури Морган, днем с огнем не сыщешь. Но я тебя понимаю как никто, — добавила Сара, целуя девушку. — Я была точь-в-точь такой же, когда очутилась в большом городе одна-одинешенька. Ну, ладно. Я удаляюсь. Приходи в любое время после завтрака — а то и до, если хочешь.

Лаури с легким смешком покачала головой.

— Я буду вовремя, к ланчу, но все равно большое спасибо, Сэл. Я уже с нетерпением жду воскресенья.

Борясь с клаустрофобией в подземке по дороге домой, затем сражаясь за место в ванной, Лаури не теряла бодрости, согреваемая мыслью о предстоящем воскресенье в Сент-Джонз-Вуде в лоне семейства Клэр. Ее кузина Сара, одна из трех красавиц дочерей преподобного Глина Моргана из деревушки Кумдеруэн близ Монмута, где родилась и Лаури, была замужем за Рупертом Клэром, достаточно преуспевающим писателем, который к тому же умудрялся продавать права на фильмы по своим произведениям. Это будет чудо что за воскресенье! И радость ее будет тем большей, что она выдержала характер и не напросилась сама на приглашение, как ей этого ни хотелось с первых же дней своего появления в Лондоне.

У Клэров в Сент-Джонз-Вуде был огромный, наполненный солнечным светом дом, с внушительным садом, обнесенным стеной, и большим каретным сараем, где на первом этаже стояли автомашины, принадлежащие Клэрам, а на втором была квартира для секретарш Руперта, поток которых никогда не иссякал, поскольку ни одна долго у него не задерживалась. С радостью встреченная Домиником и Эмили, Лаури увидела, как сверху по изящно изгибающейся лестнице бежит ей навстречу с распростертыми объятиями Руперт, сопровождаемый Сарой.

— А вот и наша хитрюшка, — заговорил Руперт, качая головой, затем заключая ее в свои объятия и смачно целуя. — Ускользнула, как я слышал, из лап дракона, верно?

— Можно и так сказать. — Лаури улыбнулась прославленному мужу своей кузины. — Здравствуй, Руперт, рада тебя видеть.

— Ты бы не радовалась, если б пожила с ним здесь эту неделю, — с чувством возразила Сара. — Миссис Парке не только самая бездарная из всех его секретарш, но она еще и самая трусливая, и у великого писателя от нее просто крыша едет. А я наотрез отказываюсь взваливать на себя ее работу — впрочем, тебе это скучно слушать. Ступай в оранжерею. Отпразднуем там апрельский солнечный денек.

В сопровождении Эмили, виснущей на ней, и Доминика, тараторящего о новой школе, в которую ему предстоит пойти, Лаури направилась в оранжерею и уютно расположилась в плетеном кресле, потягивая ароматный напиток в запотевшем ото льда стакане и всей душой наслаждаясь гостеприимством Клэров.

— Коктейль для нас и фруктовый сок для всякой мелюзги, — заявил Руперт, вручая бокал дочке. — А ты, Доминик, удостаиваешься стакана.

— Премного благодарен, — не без иронии отозвался сын. — Ну дай глоточек коктейля, пап, а?