Испытание киллера
Шрифт:
— Ну так вот, — продолжил бригадир, закурив, — там получилась одна интересная штуковина… — Протас потыкал в сторону оврага: — На склоне мы нашли порванную резиновую бабу. Врубаешься, кореш?
Я мудро кивнул и несколько напрягся — повествование становилось интересным.
— Мне стало интересно — откуда это тута такая штуковина появилась, — вещал бригадир. — Подрядил я, значится, одного толкового пацана из ментов разобраться, че почем. так Вот — пацан тот дал интересный результат: баба новая — токо купленная, можно сказать, а порвали ее колеса машины
Я опять мудро кивнул, но на этот раз полагалось проявить любопытство:
— Получается, — бригадир сожалеюще пожал плечами. — Получается, что она была надута, когда пахана тачка на ее наехала, — так эксперты заключили… ну, по характеру поврежденный. Ага… Получается, что какая-то падла подбросила эту самую бабу под колеса моему пахану, и из-за этого он сиганул с поворота…
— Это мент так сказал? — осторожно поинтересовался я. — В смысле — эксперты такое заключение дали?
— Ни хера они не дали! — сурово произнес Протас. — Водила бабу увидал и начал тормозить — вот их и выкинуло с поворота. Он думал, что она настоящая, баба-то… они ж быстро ездют — пахан любит… любил быстро ездить… Ага — вот так… Ну — соответственно, на такой скорости хер разберешь, настоящая или как…
— Значит, ты думаешь, что кто-то подложил бабу на шоссе и поэтому…
— Я не думаю! — прервал меня бригадир. — Я знаю! Знаю — и точка. По-другому быть не могло… Там еще какой-то педераст керамзит просыпал — во-о-н от средины поворота и метров на двадцать. — Бригадир показал рукой на поворот. — Я бы всех этих уродов, что на самосвалах ездют, перестрелял, да не получается — больно много народу надо в расход вывести. — Бригадир досадливо прикусил губу — неспособность перестрелять всех самосвальщиков, по всей видимости, повергала его в состояние депрессии.
— Ну а этот… который бабу подкинул… он, значит, воспользовался этим… ну, что керамзит там, ага… и подкинул, короче. — Протас решительно стукнул кулаком по раскрытой ладони, как бы утверждая абсолютную верность своей версии.
— Короче, ты предполагаешь, что твоего отца… эээмм… — Я замялся, подыскивая словечко.
— Завалили? — пришел на помощь Протас. — Ну естессно, братуха, — ты че! Конечно, завалили! Это еще не все — тута еще кое-какие нюансики есть. Ты думаешь — я тебя вытащил из офиса?
Я недоуменно пожал плечами — действительно, чего это вдруг? Я бы не чувствовал себя ущемленным, ежели кировская братва вообще никогда не узнала бы о моем скромном существовании.
– «Нива»! — пояснил бригадир. — Врубаешься?
— Не врубаюсь, — я покачал головой, — что — «Нива»?
— Ну, у тебя «Нива» есть? — досадуя на мою непонятливость, спросил бригадир.
— Есть у меня «Нива», — признался я — А что?
— Ну во! — обрадовался Протас. — А ты говоришь — не врубаюсь! У этого гондона, который бабу подкинул, «Нива» была! Мы щас всех, у кого «Нивы», потихоньку шерстим. Ну — не всех, а тех кто подходит по описанию…
— А как вы вычислили, что у него «Нива» была? — заинтересовался я.
— После этого, ну как
Я неопределенно пожал плечами, чувствуя, что меня одолевает острое желание как можно скорее завершить беседу и рвануть отсюда к чертовой матери — финал нашего общения обещал быть самым непредсказуемым.
— Ну, заброшенный таокй поселочек — дворов на сто — сто двадцать, — продолжал бригадир. — Там тоже есть этот… секс-магазин.
— Секс-шоп, — автоматически поправил я.
— Откуда знаешь?! — моментально отреагировал Протас. — Ты че, там был?
— Не-а, не был, отказался я. — Все магазины, что торгуют такими штуками, так называются — «секс-шоп». В переводе с английского секс-магазин. Вот.
— А-а-а-а, вон что, успокоился бригадир. — Ну, ясно тогда… Ну, короче, в том секс-шопе, в день, когда мой пахан с шоссе сиганул, продавец помер. От этого… м-м-м… как его — о! — от обширного инфаркта. Врубаешься?
Я покивал головой, не в силах что-либо произнести — такое глубинное знание подробностей начало приводить меня в уныние.
— И в тот день — как раз примерно в то же время, что продавец помер, — там один хмырь покупал резиновую бабу! — торжественно продекламировал бригадир. — Представляешь? Когда начали там всех подряд спрашивать, одна бабка сказала, что видела, как подъезжал мужик на «Ниве» и покупал бабу. Потом она — эта бабка — ушла и, чего дальше было, не знает. Но мужик, как она говорит, был городской, она его описала — лет, говорит, тридцать, симпатичный, крепенький такой… ага… Врубаешься?
— Короче, по всем статьям походит на меня, — вяло констатировал я. — И «Нива» у меня есть, и лет мне — тридцать, и крепенький я… Да?
— Ну, получается, — несколько смущенно признал бригадир. — Мы ж потом что — подняли гаишные учеты, отобрали все «Нивы», что в городе есть, отбросили тех, что моложе и старше, — ну, владельцев, значит, ага… Получилось не так уж и много — всего-то сорок три человечка. Вполне доступно для шмона. Врубаешься?
— Ага, врубаюсь, — подтвердил я и развил теорию бригадира: — Потом вы повезли бабке все фоторожи этих владельцев «Нив» на опознание — так?
— Повезли — а как же, — порадовался Протас моей понятливости. — Токо тута одна заморочка получилась — бабка больно старая. Номер, сука, запомнить не смогла, хотя машину сильно осматривала, как с магазина шла, — сама сказала, ага… Ну и по фотографии — тоже, говорит, узнать не могу. Ей, бля, значит, живого привези, чтобы он подвигался, поговорил, походил пред ею…
— Ну и что вы? — поинтересовался я. — Всех сорока трех ей будете возить?
— Ну конечно, будем, — как нечто само собой разумеющееся произнес бригадир. — Естестесно, будем. Уже двенадцать человек привезли — не опознала, сучка. Ну — тем больше шансов, что действительно опознает.