Испытание любви
Шрифт:
Когда Оливия вошла в дом, все было тихо. Никто за ней не следил, это все ее воображение. Сняв туфли, она бесшумно поднялась наверх, проскользнула в спальню и разделась. Оливия все делала на ощупь, так как в комнате было темно. Сил идти в душ у нее не было. Она подошла к кровати, подняла легкое покрывало и легла рядом с Натаном, моля Бога, чтобы он не проснулся. Ее хрупкое тело дрожало от нервного напряжения. Чувствуя себя обманщицей, изменницей, она проклинала все на свете!
Неожиданно Натан потянулся к ней и крепко прижал к себе. Их обнаженные тела соприкоснулись. Он окунул лицо в благоуханное
Оливия обвила руками его стройное тело и почувствовала его напряжение. Охватившее Натана желание исторгло из него звуки, похожие на рыдание.
– Нат… – Она произнесла его имя, когда он, наконец, немного отстранился от нее. Как ей хотелось сказать ему о своей любви!
– Нет, – прервал он ее, – ничего не говори. Обними меня. Мне нужно, чтобы ты обняла меня.
И она обняла его, погладив широкие крепкие плечи. Сердце ее сжалось. Она прикрыла глаза от удовольствия, когда он, осыпая ее шею поцелуями, овладел ею.
Натан был уязвим, неуверен! Неуверенность породила в нем высокомерие и надменность. Он делал все, чтобы поверить в любовь Оливии, в ее преданность. Он изо всех сил старался противостоять ядовитым сплетням Хью. А Оливия, сама того не желая, лишь добавила ему проблем.
Она не собиралась подвергать его подобному испытанию. Об этом и мысли не было. Разве можно такое распланировать! Это просто стечение обстоятельств: кризис на работе, проблемы Ванни. Ее глаза были полны слез.
– Я люблю тебя. Люблю тебя! – говорила она пылко и страстно.
Увидев ее слезы, Натан нежно обнял ее. Напряжение исчезло, будто смытое слезами. Теплые ласковые поцелуи Натана убаюкивали Оливию, и вскоре она, обессилев, крепко заснула.
Проснувшись утром, Оливия была уже одна. Она знала: Натан уехал.
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
– Натан просил тебя не будить, потому что ты не спала всю ночь. "Держа руку друга", сказал он. Но я собиралась принести тебе кофе. Мне показалось, тебе было бы не очень приятно, проснувшись, обнаружить, что дом пуст. Теперь, когда ты спустилась вниз, мы можем вместе позавтракать. Он уехал в аэропорт около двух часов назад.
Я знаю, подумала Оливия, глядя, как свекровь суетится на кухне, готовя кофе. Она поняла, что Натан уехал, сразу же, как проснулась. Только в его отсутствие в доме становилось по-особенному тихо и пусто. Однако ради свекрови Оливия постаралась выглядеть веселой.
– Он отправился по делам в Гонконг, – сказала она, делая вид, что совершенно спокойна.
Уехал, даже не попрощавшись, даже не оставив записки. Когда он вернется? Когда она снова его увидит? Боль и обида были как удар ножа в самое сердце.
– Да, он так сказал. – Анжи опустила хлеб в тостер. – Когда же он вернется?
– Не знаю, – вырвалось у Оливии, и она тут же одернула себя, увидев обеспокоенность во взгляде свекрови. – Он точно не сказал: все зависит от того, как пойдут дела, – поправилась она.
На свадьбе своего единственного отпрыска Анжела Монро была очень счастлива. Женившись, бродяга сын перестанет
– Ему пора бы понять, что в жизни важно, а что нет, – сердилась Анжи. – Я ему так и сказала. Помчался в аэропорт, даже не выпив чашки кофе. Я сказала: "Ты не сможешь вот так все бросить и убежать, когда в детской будет лежать очаровательная крошка. Тебе просто не захочется убежать!" Ты бы видела, как он на меня посмотрел! Испепелил меня взглядом! – Она положила на тарелку тост и налила кофе.
Оливия крепко сжала рот, еле сдерживаясь, чтобы не вспылить. Ей хотелось сказать свекрови, чтобы та прекратила вмешиваться не в свое дело. Разве она не понимает, что этим делает только хуже? Конечно же, Оливия не могла так поступить: она слишком любила Анжи, чтобы начать с ней ссориться.
– Возможно, ему не нравится, когда на него давят, – осторожно предположила Оливия. – Дайте ему время, попробуйте! Он остепенится и будет образцовым отцом, когда почувствует, что готов им стать.
Оливии сейчас было все равно – остепенится Натан или нет. Она была уверена лишь в одном: в своем желании постоянно быть рядом с мужем. Она была готова ездить с ним в командировки и жить на чемоданах всю оставшуюся жизнь, если этого хотел Натан.
Конечно, ей хотелось бы рожать ему детей, создать вместе с ним крепкую, счастливую семью, восполнить все, чего ей так не хватало в жизни. Но она, не задумываясь, отдала бы все это за возможность быть рядом с ним.
Ей безумно хотелось объяснить ему все это, но его, к сожалению, здесь не было. И вполне вероятно, катастрофа уже произошла.
Его сомнения и подозрения, собственнические наклонности, проявившиеся за последние несколько дней, были подобны небольшому ручейку, который стал многоводным и сильным, когда к нему добавилась ее преданность Джеймсу. А постоянные разговоры матери Натана о том, что сыну необходимо обосноваться на одном месте и подарить ей внуков, превратили этот ручей в бурный мощный поток, который, вероятно, смел отношения Оливии и Натана, не оставив от них и следа.
– Его нужно подтолкнуть! – довольно весело заявила Анжи, садясь за стол и намазывая масло и джем на тост. – Присоединяйся… Не говори мне, что не хочешь завтракать! Должна сказать, этот розовый цвет тебе к лицу.
– Правда? – Оливия взглянула на свой шелковый халат, будто видела его впервые в жизни. Ей действительно было все равно, шел ей этот цвет или нет. И ей, в самом деле, не хотелось, есть, но она села и стала мешать ложкой кофе.
– Натан с давних пор делает все по-своему, – продолжала Анжи, не замечая настроения Оливии. – Ох уж это его упрямство! Оно тебе, конечно, знакомо. Мой сын считает, что любой человек, родившийся, как и он, в довольно состоятельной семье и получивший первоклассное образование, автоматически попадает в элиту своих собратьев по профессии. Но он решил доказать себе, что смог бы попасть туда при любых обстоятельствах. В результате он все время вынужден доказывать, что он первый, лучший из лучших. Боюсь, это превратится у него в навязчивую идею и у него никогда не будет времени ни на что другое. Смешно!