Испытание правдой

Кеннеди Дуглас

— Он что, признается…

— Не торопись с выводами. Просто с учетом того, что вокруг него витает слишком много обвинений, он рассудил, что адвокат ему не помешает. И знаешь, что я тебе скажу? Он прав.

— Боже…

— Согласно заявлению для прессы, сделанному адвокатом Маккуина, которое мне только что переслали из офиса домой…

— Марджи, тебе бы следовало сейчас отдыхать, а не заниматься всем этим…

— Пошла ты к черту, — рассмеялась она. — Как однажды сказал дядюшка

Зигмунд Фрейд, «работа, как ничто другое в жизни, связывает человека с реальностью», особенно когда проходишь курс химии.

— Уже второй раз за прошедший час меня посылают к черту, — заметила я, рассказав ей про взбучку, которую устроил мне Дэн по телефону.

— Его можно понять, — сказала Марджи. — И он, наверное, чувствует свою вину за то, что спихнул на тебя это интервью…

— Нет, он просто ищет козла отпущения… и это я.

— Если хочешь, я поговорю с ним…

— С этим я сама справлюсь… но все равно спасибо за предложение. А вот что делать с прессой, ума не приложу.

— Сейчас иди домой и запиши на голосовую почту сообщение о том, что всеми контактами с прессой отныне занимается агентство «Марджи Синклер Ассошиэйтс», и оставь наш нью-йоркский телефон. Я хочу, чтобы ты отслеживала все звонки и небрала трубку, если будут звонить журналисты. Скажи Дэну, чтобы делал то же самое, а его секретарь пусть пересылает нам все запросы на интервью. А вы, ребята, ложитесь на дно, мы сами разгребем это дерьмо. Скоро я пришлю тебе по почте заявление для прессы, которое подготовила от твоего имени. Как звали того психиатра, у которого она наблюдалась в Бостоне?

Я сообщила ей координаты доктора Торнтона в Кембридже сказала, что сейчас же позвоню ему и попрошу оказать Марджи любую необходимую помощь.

— Мне бы еще побеседовать с детективом, который ведет дело. Ты можешь предупредить его, что я играю в твоей команде?

— Конечно.

— Здесь самое главное, чтобы ты запомнила одну вещь, — сказала Марджи. — Как только пресса поймет, что ни ты, ни Дэн не собираетесь с ними общаться, они отступят. Будем надеяться, нам удастся сдержать их натиск.

К концу дня стало очевидно, что «сдержать натиск» — это из области фантастики. Когда я вернулась из школы, во дворе дома меня встретила команда телевизионщиков с канала «Фокс». Стоило мне выйти из машины, как молодая агрессивная женщина сунула мне в лицо микрофон, а оператор включил камеру.

— Миссис Бакэн, любые комментарии об исчезновение вашей дочери?

Инстинктивно я прикрыла лицо ладонью и сказала:

— Мне нечего сообщить…

Журналистка не сдавалась:

— Вы верите в то, что доктор Маккуин мог убить ее?

— Мне нечего

сказать…

— И сколько абортов вы санкционировали до этого?

Не задумываясь, я крикнула:

— Какого черта вы смеете… — И с силой отпихнула ее.

Но она продолжала преследовать меня:

— Это правда, что вы считаете себя плохой матерью, которая…

Я обернулась и рявкнула:

— Оставьте меня в покое! — Потом бросилась к двери и успела захлопнуть ее прямо перед носом журналистки, которуюуже интересовало, известно ли мне, что трое бывших бойфрендов Лиззи недавно признались в том, что их она тоже преследовала.

Зазвонил домашний телефон. Я сняла трубку в коридоре.

— Миссис Бакэн, говорит Дэн Бафорд из «Нью-Йорк пост»…

— Пожалуйста, звоните Марджи Синклер из «Марджи Синклер Ассошиэйтс». Ее телефон…

— Но Марджи разрешила мне обратиться к вам напрямую.

— Она мне ничего не говорила.

— Вы знали, что доктору Маккуину пришлось сдать свой паспорт сегодня днем и что полиция в настоящее время прочесывает дно реки Чарльз?

— Я надеюсь, этот мерзавец получит по заслугам…

— Выходит, вы считаете, что он стоит за исчезновением вашей дочери?

— Пожалуйста, звоните Марджи Синклер…

— Почему вы наняли пресс-агента, миссис Бакэн? Это так не типично для школьной учительницы из Мэна, вы не находите? Если только вам есть что скрывать…

Я повесила трубку. Раздался стук в дверь. И крики:

— Миссис Бакэн… Ханна Бакэн…

Я слегка раздвинула шторки жалюзи и тут же уперлась взглядом в объектив камеры все того же оператора из «Фокс». Прежде чем я отпрянула от окна, мое лицо перекосило. И снова зазвонил сотовый.

— Прошу, оставьте меня в покое… — крикнула я в трубку.

— Это отец.

— О господи, извини, я…

— Я только что прочел статью в «Геральд», и звонила Марджи, предупредила, что слетаются стервятники и мне следует ожидать звонков…

— Здесь творится что-то страшное. — Я рассказала отцу обо всем, что произошло за сегодняшний день.

— Насчет истории с абортом ты не переживай, — сказал он. — Есть масса людей, которые втайне аплодируют тебе за такую позицию.

— К сожалению, эти люди не работают в таблоидах и их телевизионных клонах.

— Твой директор, похоже, порядочный человек.

— Да, бывшие морпехи иногда способны удивлять. С другой стороны, мой муж…

— Дай ему время успокоиться.

Теперь стучали уже в дверь черного хода.

— Ханна Бакэн… Ханна Бакэн… Всего несколько вопросов…

— Я здесь в осаде, — сказала я отцу.

— Марджи просила меня не отвечать ни на какие вопросы.