Испытание
Шрифт:
— Как ты это узнал? — окончательно растерялась Кенди.
— Теперь ты понимаешь, что у него за уровень? — устало спросил азиат и, повернувшись к Арабу, сказал: — Давай начнём с самого начала.
— Предлагаешь познакомиться? — усмехнулся в ответ Араб.
— Точно, — рассмеялся азиат и, протянув ему руку, представился: — Меня зовут Квон. Это Майк, — он указал на темнокожего, — это Алекс, — представил он европейца, — а это Пьер, — он указал на парня смешанных кровей. —
— Как вы знаете, меня зовут Араб, — коротко представился бывший наёмник.
— Это кличка. А настоящее имя? — тут же отозвалась всё та же Кенди.
— Его не знает даже моя жена, — медленно произнёс Араб.
— Ещё один повод не доверять ему, — фыркнула Кенди, дерзко вскидывая подбородок.
— А я и не искал твоего доверия, — равнодушно пожал плечами Араб. — В данной ситуации меня интересует мнение только одного человека. А он его уже давно высказал.
— И кто же это? — не сдержала любопытства Кенди.
— Я, — ответил вместо Араба хранитель. — Не будучи посвящённым, он сделал всё, чтобы присланные сюда люди не получили ничего. Надеюсь, моё слово ещё что-то значит для тебя, девочка? — жёстко спросил он у девушки.
Не зная, что ответить, Кенди отступила в сторону, пытаясь спрятать свою растерянность в темноте. Тем временем в разговор вступила Лиза. Внимательно следя за каждым движением Араба, она откинула со лба прядь рыжих волос и спросила:
— К чему такая секретность, Араб?
— Это связано с моей бывшей работой, — коротко ответил Араб. — А вообще, вам стоит сдержать своё полицейское любопытство, если не хотите оказаться в зоне интересов различных спецслужб.
— Вот как? Вами интересуются спецслужбы? — продолжила допрос Лиза.
— Не интересуются, а хорошо знают о моём существовании. Я бывший наёмник.
— Только этого не хватало, — ахнула Кенди.
— Я не просил посвящать меня в ваши дела, — пожал плечами Араб. — Камень позвал меня и отправил на испытание. Но, если вы думаете, что мне лучше уйти, я так и сделаю. За свои секреты можете не беспокоиться. Думаю, мастер сам объяснит вам, почему.
— Не спеши, брат. Всё только начинается. Но, если тебе всё же придётся уйти, это будет не так просто, — ответил старик, тяжело вздохнув.
— Я знаю. Вы говорили, что мне придётся всё забыть. Но проблема в том, что я действительно оказался сильнее всех вас, вместе взятых. Забрать мою память сможет только сам камень, — ответил Араб, неожиданно для себя.
Только озвучив ответ, он понял, что откуда-то знает это. Удивлённо посмотрев на хранителя, он медленно поднялся и, подойдя к
— Решай, чёртов булыжник, — с мрачной усмешкой прошептал Араб.
Вместо ответа камень неожиданно засветился, и все сидевшие у костра дружно охнули. Фигура Араба, склонившегося к валуну, неожиданно засветилась ярким розовым светом. Увидев эту картину, хранитель быстро поднялся и, подойдя к камню, положил Арабу руку на плечо. Повернувшись к сидящим, старик вздохнул и, помолчав, спросил:
— Кто-нибудь ещё сомневается, что он должен быть с нами? Его выбрал круг силы.
— Нет смысла спорить, мастер, — уверенно ответил ему Квон. — Так уже бывало.
— Ты прав, Квон. Так уже было, — тяжело вздохнул хранитель.
— Как это понять? — насторожился Араб.
— Тридцать лет назад один из наших воинов тоже был призван кругом силы. Мы все знали, что он не простой человек, и не хотели принимать его. Но круг решил по-своему и оказался прав. Впрочем, как и всегда.
— Что означает, не простой человек? — удивился Араб.
— Он был наёмным убийцей, — пожал плечами хранитель.
— И что с ним стало? — не унимался Араб.
— Он погиб, защищая круг силы, — с неожиданной грустью ответил хранитель.
— Этот круг? — продолжал допытываться Араб.
— Нет. Тот круг находится в Южной Америке.
— А сколько всего кругов? — задумчиво спросил Араб.
— Немного. И с каждым годом становится всё меньше.
— Почему? — удивлённо спросил Араб.
— Из-за регулярных попыток различных государственных структур и корпораций найти способ использовать круг силы в своих целях. Их попытки изучать его опираются на голый прагматизм, без веры, без души, — вместо хранителя ответил Квон.
— Квон прав, — грустно кивнул хранитель. — Любое грубое вмешательство приводит к гибели круга. Нам всё чаще приходится применять грубую силу, чтобы защитить то немногое, что ещё осталось.
— А разве убийство не противоречит сути круга? — задумчиво спросил Араб.
— Это вечный круговорот бытия. Любая смерть — это начало новой жизни. Любая жизнь — это чья-то смерть. Одно не бывает без другого, — улыбнулся старик.
— Ладно. С этим мне всё ясно. Но я так и не понял, прошёл ли я испытание, и готовы ли вы принять меня в свой круг посвящённых. Мне надоели эти недомолвки, и я хочу услышать ответ. Да или нет. Прямо сейчас.
— Ты куда-то торопишься? — с интересом спросила Лиза.
— Да, к своей семье. Мне надоели пустые разговоры. Решайте, или я ухожу.