Испытание
Шрифт:
— Понимаю, — ответил я, покачав головой. — А мне не стоило усугублять. Но усталость и напряжение сделали своё дело.
— Возьми в качестве извинений, — мужчина протянул мне несколько купюр, сложенных вдвое. Не знаю сколько там было, но я отказался от денег.
— Принципиально не возьму. Я работаю в больнице не ради денег, да и оплачивается мой труд достаточно. У тебя жена с дочерью в больнице, так что деньги сейчас самому пригодятся.
— Спасибо тебе! — просияла мужчина, который этой ночью тоже не спал. — Мир?
— Мир, — согласился я.
Вернувшись домой,
Глава 4
Закрыть гештальт
Проспал я всего часов шесть. И ведь никто не мешал спать дольше. Просто бывает, что после тяжёлого дня и сильного недосыпа просыпаешься и не можешь уснуть. А может, меня разбудил голод. Поворочавшись с боку на бок, я проверил будильник, а потом сдался и направился на кухню в поисках завтрака. Или обеда. Что там сейчас за время дня? С этой работой я окончательно потерялся в сутках.
Осмотрев содержимое холодильника, я пришёл к выводу, что нужно идти в магазин, и как можно скорее, если я хочу поесть перед дежурством и прихватить с собой что-нибудь на перекус. В соседней комнате пиликнул телефон. Прочитав сообщение, я расплылся в улыбке:
«У меня домашняя пицца и горячий какао»
Лера уже позаботилась о том, чтобы мы успели увидеться и пошли на ночное дежурство сытыми. Люблю эту девушку! Через пятнадцать минут я уплетал ещё горячую пиццу, прямиком из духовки, и думал, что жизнь на самом деле прекрасная вещь.
С возвращением Радимова из отпуска жизнь в отделении понемногу налаживалась. Пострадавшие при падении колеса обозрения в парке выздоравливали и покидали стены нашей больницы, а отделение возвращалось к прежней спокойной жизни. Забылись тяжёлые времена Бревновщины, неумолимо приближалось лето, а с ним новые вызовы и испытания.
— Друзья, с первых чисел июня нас ждёт пополнение, — объявил Егор Алексеевич во время одной из планёрок перед началом смены.
— Так ведь у нас в бригаде все места для стажёров заняты, — напрягся Макс.
— Если вы позволите мне договорить, Ключников, вы узнаете, что это будут не стажёры. Следующие две недели на базе нашего отделения практику будут проходить студенты третьего и четвёртого курса Рудинской академии целителей. У них всего по две группы, так что часть студентов отправится в Первую городскую, а другая придёт к нам. Разумеется, в инфекционное отделение никто их отправлять не будет, не хватало им подхватить какую-нибудь заразу, поэтому студентов будут принимать детское отделение и мы.
— Не хватало ещё с молодёжью возиться, — проворчал Макс.
— А сам-то далеко от них ушёл! — хмыкнула Семенюта.
— А вам это и не понадобится, Ключников. Стажёры в это время отдыхают, — заметил Егор Алексеевич.
— Это как? Дополнительный отпуск?
— Макс, если бы ты интересовался хоть чем-то помимо девушек, то знал, что у стажёров в это время защита стажировки, по результатам которой в академии будут решать стоит ли оставлять тебя на следующий
— А я-то уж начал радоваться. Нет бы устроить нам хоть небольшой отпуск! Вон, даже Егор Алексеевич отдыхал.
— Ещё успеешь отдохнуть, — успокоил парня Радимов и вернулся к сути разговора. — Практиканты — это не стажёры. Вы можете позволять им работать с пациентами во время процедур, но внимательно следите за их действиями, потому как их ошибки — ваши ошибки. На операции студенты ходят только в качестве зрителей. И ещё! Мне бы не хотелось, чтобы практика у студентов академии превратилась в выполнение вашей рутинной работы. Не стоит сбрасывать на них заполнение историй болезни, журналов и отчётов. Молодые люди придут к нам в отделение посмотреть как работает больница, набраться опыта, который им пригодится в будущем, а не работать вместо вас. Надеюсь, это понятно?
Все дружно закивали головами, но я был уверен, что в нашей бригаде никому не пришло бы в голову перекладывать свои обязанности на молодёжь. К счастью, состав у нас подобрался что надо.
Через несколько дней, когда я пришёл на утреннее дежурство, у служебного входа было особенно многолюдно. Около трёх десятков молодых людей толпились на улице, пытаясь спрятаться от мелкого моросящего дождика, а их руководители бегали от одного студента к другому, задавая различные вопросы.
— Саша, ты забыла документы? А как я должна выписать тебе пропуск? — недоумевала женщина лет пятидесяти в белом халате целительницы. В области сердца вместо нашей эмблемы у неё красовался герб Рудинской академии.
Честно говоря, для меня до сих пор оставалось загадкой почему единственная академия целителей в Градовецкой губернии находилась в Рудино. Разве не проще было бы открыть её в главном городе губернии? Или создатели академии хотели, чтобы студенты были ближе к живой природе, поэтому выбрали небольшой тихий городок, где практически ничего не отвлекает от учёбы? Там учили не только целителей, но также фельдшеров и медицинских сестёр. А если я правильно понимаю, в академии учились ещё и травники. Отсюда и популярная в народе поговорка: хочешь лечить людей — иди в фельдшеры, хочешь денег — родись с даром. В целители шли те, у кого есть дар исцеления, а остальные пути открывались желающим спасать людей, но обделённых даром. Эти люди полагались на знания, практические навыки, инструменты и лекарственные снадобья.
Лично я считал, что нужны все. Одни целители точно не справятся, потому как, будь это отделение больницы, операционная или карета скорой помощи, должен быть кто-то, кто возьмёт на себя работу с инструментами, расходниками и базовыми процедурами. Пока целитель будет обрабатывать раны, уйдёт драгоценное время, а иметь несколько целителей нереально — их попросту нет в таком количестве.
— Строимся! Первая группа заходит! Проходим регистрацию и ждём указаний. Вторая группа идёт через несколько минут в другое отделение, поэтому без меня самостоятельно никто никуда не идёт, — скомандовала женщина и покосилась на меня. — Я же сказала, первая группа!