Исток
Шрифт:
Больше Роканка в боевых действиях не участвовала, зато стала крупным торговым городом на пересечении Урмалы и юго-восточного тракта. Вокруг крома вырос посад. Вот у посада и расположился причал, куда пристала наша баржа. Берег здесь был высокий, крутой. Незаметно не заберешься.
Майорин вынырнул, ткнул пальцем по течению и снова ушел под воду, я немного подышала и поспешила за ним. Мало ли, заметят еще.
На узкую отмель у отвесной скалы мы выползли как две мокрые крысы. Я стащила куртку, бросила ее на пружинистые ветви ивы.
— А сапоги там остались.
—
— Может, объяснишь, что произошло? — Я повертела косу, размышляя, распустить или оставить как есть и разодрать гребнем, когда оный у меня появится.
— Охоту за истоком можно считать открытой, — скривил рот в ухмылке Майорин.
Он растянулся на травке, широко зевнул и закрыл глаза.
— Эй, ты что, спать собрался?
— А что? Одежда мокрая…
— И? А те на барже?
— Главаря я убил, без его указаний подручные побегут к хозяину.
— Он не был главным? Тоже подручный?
— Думаю, да.
— А что за женщина, Летта? Она кто? Твоя подруга?
— Угу, — сонно буркнул колдун.
— Но она в плену!
— Вряд ли. — Майорин сунул руки за голову. — Ее сложно пленить.
— А если…
— Айрин, дай поспать пару часов.
К полудню солнышко разошлось не на шутку, быстро высушив одежду. Майорин открыл глаза, бодро вскочил.
— Надо идти в город.
— Лучше до ближайшего села и купить там лошадей. В городе нас наверняка ищут.
— Наверняка, — не стал спорить мужчина. — Но я хочу попасть в Инессу к вечеру, денег должно хватить.
— Телепорт? — удивилась я. Телепортироваться удовольствие дорогое и не шибко надежное, в одном из пятидесяти переносов порталы давали осечки, а переносящихся больше никто не видел. — Его легко отследить!
— Не переживай. Не отследят.
Посад мы обошли с юга, а к вечеру подошли к воротам крома, распахнутым по дневному времени. Проходя по узкой улочке, колдун воровато обернулся и ухватил у ближайшей двери тряпку для вытирания ног.
— И зачем она тебе?
— Давай меч, не хватало, чтобы стража нас еще досматривала.
Обернув вокруг ножен собственные сапоги, Майорин прикрыл сооружение тряпкой, критически оглядел и вынырнул из переулка, вернувшись с еще более грязным куском материи. Перемотав все шнурками с рукавов куртки, колдун остался доволен и закинул конструкцию за спину.
— И что там у тебя? Лыжи?
— Знамя Трех Богов, да воссияют их имена во всех землях этого мира! — патетично произнес мужчина, повторяя излюбленную фразу жрецов. Он растеребил мои волосы, растрепал свои и зашагал к воротам.
— А, по-моему, больше на лыжи похоже. — Я критично осмотрела предполагаемое «знамя». Жрецы бы удавились, Три Бога, в которых довольно рьяно веровали велманцы, зашлись бы истерическим смехом.
Стража на воротах мазнула по нам взглядом, но увидев, что никакой поклажи у нас особо нет, пропустила, не пытаясь взять пошлину за вход. Следом долетели слова:
— Никакого спасу от босяков нет, но храм велел пускать всех паломников, даже самых паршивых.
— Лишь
Телепортационная башня расположилась в противоположном от храма конце крома, будто два противных друг другу строения старались как можно больше отдалиться от неприятного соседства. Пока мы шли на равном расстоянии от обоих строений, на нас никто не обращал внимания, но стоило свернуть к башне, как прохожие начали неприязненно поджимать губы и отводить глаза. Один особо брезгливый высказал что-то на тему бродяг, не знающих куда идти, и потыкал пальцем с заточенным ноготком в сторону храма. Я хотела было тоже указать ему верное направление, но поняла, что Майорин отошел уже далеко. Он высоко поднял голову и широко уверенно шагал, будто снисходил до деревянной мостовой своей персоной. От босых ног испуганно расползался мусор и шелуха.
Перед башней полукругом разлеглась площадь, вымощенная камнем, нагретым за день на солнце. Посреди площади из развала высоких камней бил быстрый родничок, заполняя небольшую чашу, выточенную в виде сложенных ладоней, меж пальцев просачивались тонкие струйки воды и впитывались меж камней мостовой. У родника крутились толстые городские голуби, воробьи купались в пыльных ванночках.
Башня конусом уходила вверх, ощетинившись двумя кривоватыми шпилями.
— Красота, она, кажется, падающая.
— Кривая, — поправил колдун.
— Куда? — Перед нами сомкнулись копья стражников.
— К магистру порталов.
— Зачем?
— Телепортироваться! — Майорин отвечал в лоб, с печалью рассматривая парней на воротах, обоим не так давно стукнуло двадцать.
— Нищих пущать не велено.
— Вот и хорошо, не пускай. Но колдуна ты пустишь? — Парень недоумевающе попытался нащупать ногой отдаляющуюся землю. — Доволен?
— Да, милсдарь колдун, не признал.
— Пойдем, Айрин.
Магистр порталов был молод, усат… и где-то я его уже видела, может, и в Инессе, уточнять, кто мы такие и откуда у нас деньги, он не стал, просто спросил, куда надо и как скоро.
Не раз мне доводилось наблюдать, как работает портал Инесской башни. Сначала загорался белым светом неграненый кусок горного хрусталя, затем дежурный сдвигал на пару вершков один из камней, образующих ловчую петлю, и открывал приемный коридор. Если посетителей ждали или они были хорошо знакомы, сдвинутый камень моментально возвращался на место, заканчивая перенос. Если же этих гостей видеть не желали, то камень отползал еще на вершок, а портал отбрасывал их в начальную точку переноса. Без движения петля держала около четверти часа, за которые можно было удостовериться в добрых намерениях гостей, благо те зависали, будто в вязком киселе, и вершить ничего злокозненного не могли. Может, поэтому, шагнув в пятно портала, я крепко зажмурилась и для верности закрыла лицо руками. Желудок будто провалился к ступням, а в ушах, кажется, что-то лопнуло.