Истоки
Шрифт:
Я не стал будить остальную часть отряд, решив в одиночку выяснить подоплеку происходящего. Вдруг лишнее внимание как-то сможет навредить мне? Вокруг столько тайн, которые следует держать в секрете, так что разберусь единолично.
Только я покинул место нашего ночлега, как луна все-таки нашла брешь между тучами, и ее серебристые лучи осветили землю. Впереди я увидел знакомый бесформенный плащ. Его обладательница в эту секунду перешла на бег. Это точно Жизеэль! Но почему эльфийка решила оставить свой пост и рылась в сумке Чертовки? Тут меня осенила страшная догадка, которая должна была бы сразу же прийти мне в голову, как только я увидел
Я гневно воскликнул, наведя на нее ствол автомата:
— Жизеэль, стой! — девушка увидела оружие и испуганно остановилась. — Зачем ты украла гримуар?! Мы же договаривались о том, что я и так передам тебе его знания!
Я продолжил медленно идти к ней. Эльфийка сделала шаг назад, оказавшись среди деревьев, и взволнованно пропела:
– Не двигаться, иначе я убежать в лес и там ты не найти меня больше.
– Хорошо, – зло процедил я, застыв на одном месте, но «калаш» не опустил. – Почему ты не сдержала слово?
– Так быть лучше, – взволнованно выдохнула девушка, а затем в ее голосе появились какие-то горячечные нотки, словно она пыталась оправдать свой неблаговидный поступок. – Я не хотеть больше ждать! Я сама расправиться со старейшины! Я потом вернуть тебе гримуар! Ты идти к своей Чертовка и помогать ей!
– Ты не сможешь открыть книгу! — воскликнул я, заскрипев зубами от бессилия. Если я выстрелю и не попаду, то эльфийка точно скроется от меня в лесу.
– Я знать того, кто помогать мне открыть её — лихорадочно проговорила Жизеэль, блестя прекрасными глазами.
Я видел, что она уже не контролирует себя. Ее буквально снедало желание скорее завладеть знаниями гримуара и наказать старейшин за смерть своих близких. Глаза девушки фанатично сверкали. В них отражалось только пламя мести, которое столько долгих лет терзало ее. Рот эльфийки свела судорога. Ее лицо стало отталкивающим: оно из прекрасного превратилось в безобразное.
Я попытался образумить ее, вложив в свой голос максимум убедительности:
– - Это напрасный риск! У нас же договор! Я обещал помочь тебе! Ты моя дальняя родственница! Я не хочу тебе зла! Если твой советчик ошибется, то ты умрешь! Твое тело превратится в иссохшую мумию! Зачем так рисковать, когда можно подождать какое-то время? Черт с ним, давай я сейчас же открою гримуар и ты приступить к его изучению!
Эльфийка вроде бы заколебалась, но тут ее взгляд метнулся куда-то за мое плечо. Я автоматически обернулся и увидел спешащего к нам Спартака. Слышал ли он то, о чем мы говорили? Не знаю. Но расстояние между нами было приличное. Правда, мы говорили на повышенных тонах.
Когда я снова повернул лицо к лесу – эльфийки уже не было, только покачивалась нижняя ветка дерева. Я закинул автомат за спину и побежал туда, где последний раз видел Жизеэль. Мигом преодолел эти два десятка метров и влетел в лес, лихорадочно вертя
Ветки больно хлестали меня по лицу, но я не обращал на них внимания. Одна только мысль о расставании с гримуаром вселяла в мой разум какого-то демона безумия, который готов был убить любого, кто отберет у меня эту книгу, невзирая ни на какую боль и последствия.
Подобное происходило со мной впервые. Когда гримуар оказался у Чертовки, то я себя так не вел, но там я знал, что он рядом, и я могу вернуть его, стоит лишь придумать как. А вот теперь, когда гримуар у эльфийки, которая может на веки вечные скрыться с ним, то я чувствовал, как во мне бушует неконтролируемая ярость. Я чуть ли не рычал, ломясь сквозь лес. Дыхание со свистом покидало мою часто вздымающуюся грудь. В ушах громко стучал пульс. А пальцы сжимались в кулаки.
Вот я выметнулся на крохотную залитую лунным светом полянку, а потом остановился, с ужасом поняв, что потерял Жизеэль из виду. Мой огненный взгляд рыскал по сторонам, но натыкался лишь на стену деревьев. Эльфийки нигде не было видно. Даже листья не покачивались. Куда она делась?! Куда!
Ощутив сильнейший укол разочарования, я гневно воскликнул, бессильно упав на колени и задрав голову к мрачным небесам:
– Н-е-е-е-е-т!
Тут заголосил «Предвестник опасности», но я настолько был подавлен потерей гримуара, что не сразу среагировал на его вопль, поэтому не успел распластаться на земле, избегая опасности.
Мимо моей щеки что-то вжикнуло, оставив на ней неглубокий порез, который сразу же начал сочиться кровью. Я перевел удивленный взор на ствол дерева, в котором покачивалась эльфийская стрела, вонзившись почти до самого древка, и только после этой мимолетной заминки, упал на пахнущую перегноем почву, потом быстро перетащил «калаш» со спины на грудь и выпустил короткую очередь, целясь туда, откуда, по ощущениям, прилетела стрела. Несколько пуль попали в деревья, выбив из них множество щепок, а остальные прошили кусты. Оттуда раздались крики, наполненные болью. Кричали люди. Эльфы так вопить не могут – у них другие голосовые связки.
Не поднимаясь с земли, я мгновенно сообразил, что это рабы альвов. Старейшины опять решили устранить меня, а заодно и наш маленький отряд. Эльфы как-то выследили нас и снова послали своих марионеток, чтобы они во второй раз попробовали справиться с нами. Сколько же их в лесу? Не знаю, но думаю, что немало. Надо валить отсюда, забыв о гримуаре. Трудно было решиться на этот шаг, словно я бросал в беде ближайшего родственника, но все же разум восторжествовал. Я вскочил на ноги и, пригибаясь, бросился бежать к Киберграду, отчаянно проклиная эльфийку. Вслед мне летели стрелы и кровожадное улюлюканье.
Лес вокруг меня будто ожил, заговорив голосами рабов. Казалось, что они повсюду. Но вот в хоре их криков раздалась забористая матерщина Спартака, а потом воздух пронзил стрекот автоматной очереди. Полковник принял бой где-то справа от меня и, судя по всему, он тоже отступал к городу. Мелькнула мысль присоединиться к нему, но я отказался от нее, решив, что логичнее будет не искать его в лесу, а скооперироваться на открытом пространстве. Поэтому я продолжал бежать к Киберграду, изредка огрызаясь одиночными выстрелами.