Истоки
Шрифт:
Чертовка проговорила, взбираясь по склону воронки немного позади меня, памятуя о том, что я обладатель «Предвестника опасности»:
– Они падали сюда, не добежав совсем немного. Сейчас на поверхности будет самый смак.
И она не ошиблась. Когда мы выбрались из воронки и, пригибаясь, побежали к кафе, держа автоматы наготове, то едва находили свободное место, чтобы не наступить на какой-нибудь труп. Рабов тут полегло несколько десятков. Они почти сплошным ковром устилали землю от воронки и до матраса, который лежал под окном кафе. Старейшины тут потеряли
Едва мы влетели в окно здания, как услышали лязг робота. Он возвращался на свою позицию. Путь в воронку был отрезан. Теперь если придется отступать, то следует это делать иным путем. Мы все это понимали, поэтому сразу же обсудили данный вопрос и выбрали маршрут, далеко огибающий робота. Правда, оставалось неясно: вдруг там такой же убийца, а то и хуже? Чертовка предложила проверить это, чтобы не натолкнуться на такие же проблемы, как ночью.
После ее слов я проговорил, облизав пересохшие губы, которые, к тому же покрылись солоноватой коркой грязи:
– Давайте поделим патроны поровну и разделимся. Чертовка и Ботаник пойдут в кафе, а я и Кос разведаем путь к какому-нибудь надежному убежищу. Чего нам всей толпой светиться? Встретимся возле леса.
– А если в кафе засада этих дикарей? – сумрачно бросил Ботаник, протягивая мне мой рожок и хмуря брови. У него на плече висело ружье. Второе таскала за спиной Чертовка. А «макары» достались мне и Косу.
– Тогда отступайте к торцу этого здания, – произнес я, почесав ногтем указательного пальца засвербевший нос. – Там и встретимся.
– Попробуйте найти метро, – то ли попросила, то ли приказа Чертовка, быстро подсчитав общее количество патронов, а потом начала их делить между четырьмя обоймами.
– Хорошо, – обронил Кос, а затем, улыбаясь, добавил: – Для тебя все что угодно.
– На вот тебе один лишний патрон. Надеюсь, ты знаешь, что с ним сделать, – многозначительно сказала Чертовка, дав парню рожок, в котором действительно было на один патрон больше, чем у других. Поровну поделить не удалось.
Я вставил в автомат обойму, похлопал задумавшегося Коса по плечу и насмешливо проговорил:
– Если ты не понял, то я тебе по дороге объясню.
– Ботаник, за мной, – скомандовала Чертовка и двинулась в направлении кафе. Лекарь послушно последовал за ней. Его плечи опустились, а лицо осунулось. Ох, не нравится мне настрой Паши, ох, не нравится.
Я проводил Ботаника тревожным взглядом, а потом глянул на помрачневшего Кос, который все же догадался на что намекала ведьма.
– Идем уже, – нетерпеливо бросил я, высморкавшись под ноги. Дышать через нос сразу стало чуть легче.
Друг согласно кивнул головой, и мы потопали по первому этажу. Это здание стояло параллельно тому строению, которое приютило кафе. Я двигался по нему и думал, что это вряд ли когда-то был жилой дом, потому что тут наличествовал длинный прямой коридор, который тянулся от одного конца здания до другого. Обычно жилые дома были разделены на подъезды, которые не соединялись друг с другом, так что, наверное,
Внимательно озираясь вокруг, мы осторожно шли по этажу, перебираясь через рухнувшие стены, провалы в полу и кое-где обвалившийся потолок. Вокруг царил серый полусумрак, пахнущий пылью и жженой пластмассой. Все окна оказались завалены обломками или заварены железными листами. Казалось, что тут пытались пережить штурм.
Чуть дальше мы наткнулись на рояль, который закупорил коридор. Он лежал на боку и явно служил чем-то вроде баррикады. Кос изучающе осмотрел его, спросил у меня, что это такое, а получив ответ, уважительно провел пальцем по растрескавшемуся черному лаку. Я же обратил внимание на глубокие царапины, виднеющиеся на крышке рояля. Кто-то здесь точно оборонялся от обладателя этих когтей. Мне как-то стало не по себе. Вдруг эта тварина все еще жива?
Я тихо произнес, внимательно глядя по сторонам и усиленно вслушиваясь в пространство:
– Кос, держи ухо востро. Заметил, какие царапины?
– Макс, ты точно помнишь, что у меня опыта в таких делах намного больше, чем у тебя? – недовольно хрюкнув, проворчал парень, перелезая через рояль. – Я эти царапины еще из воронки приметил.
– По-моему, ты в последнее время только сиськи видишь, – насмешливо бросил я, сглотнув вязкую слюну и следуя за другом.
– Ты бы тоже на них хоть иногда смотрел, а то я начал волноваться по поводу твоей ориентации, – ехидно сказал он, осторожно ступая по осколкам лампы, а потом серьезно добавил: – Тут вряд ли будет что-то опасное. А этот царапка, наверное, уже давно помер. Видишь, какое запустение? Пыль на полу лежит ровным ковром – никаких следов.
– Надеюсь, что ты прав, – с надеждой обронил я.
Мы снова двинулись вперед и спустя несколько метров наткнулись на еще одно препятствие, только уже намного более серьезное, чем перевернутый рояль. Тут часть пола провалилась в подвал, который оказался наполнен противной зеленой водой, издающей мерзкий запах, вызывающий слезы на глазах.
– Я в нее не полезу, – с отвращением пробормотал Кос, присев на одно колено и всматриваясь в воду. – Будь у нас счетчик Гейгера, то он бы сейчас изрядно фонил. Давай-ка попробуем через комнаты обогнуть этот «бассейн».
Мы вернулись назад и вошли в боковую комнату. Она оказалась «глухой» – то есть без окон и дверей. Ее стены по кругу украшали изображения бородатых людей, а на полу среди желтых листов нотной бумаги валялось несколько музыкальных инструментов.
Парень поднял скрипку со сломанным грифом и уверенно обронил:
– Похоже, что тут была музыкальная школа.
– Да, так и есть, – грустно бросил я, еще раз обвел взглядом комнату, а затем покинул ее. Делать нам в ней нечего.
Кос потопал за мной, бережно положив скрипку на пол. Мы прошли еще немного назад и проникли в следующее помещение. Тут окна наглухо были перекрыты решеткой, поверх которой еще и железные листы приварили. Сделано это было грубо и впопыхах. Явно после всего этого Апокалипсиса. Тут мы тоже не сможем обогнуть «бассейн».