Истоки

Решетов Евгений Валерьевич

– Человекоподобные киборги, – просто сообщила девушка и присела на краешек стола, грациозно закинув ногу на ногу. – Вполне разумные личности. Косу явно не уступают.

– Зачем ты их оживляешь? – промычал лекарь, медленно пятясь к двери. Его физиономия утратила былой свет и мрачнела всё больше.

– Я вам все объясню, но сначала кое-что покажу, – спокойно произнесла Чертовка, словно не происходило ничего неординарного. Она взяла из черной пластиковой баночки, которая стояла на столе, узкий и тонкий выдвижной нож.

Нахмурив лоб, я принялся внимательно следить за ее движениями, готовый к любому повороту сюжета. Неужели она решится напасть

на меня с этой зуботычкой? Ведьма, конечно, даже голыми руками способна разорвать нас всех троих, но она ведь не забыла о моем новом духе? Хотя сможет ли он защитить меня от нее?

Благо, мои домыслы оказались ложными. Чертовка не стала нападать. Она сделала то, чего мы от нее совсем не ожидали. Под удивленный выдох Коса ведьма провела лезвием по внешней части своей левой кисти. Незамедлительно выступили капельки крови. Я подметил, что их было значительно меньше, чем у среднестатистического человека при таком порезе. Ведьма двумя пальцами правой руки развела края разделенной ножом кожи и показала нам то, что было внутри ее кисти.

Бледный как смерть Кос ошеломленно крякнул, схватившись за голову:

– Я так и знал, что она не человек! Еще когда она отказалась от выпивки! Помнишь, Макс, помнишь?!

Я ничего не ответил ему, потому что мой потрясенный до глубины души взгляд прикипел к обнаженным костям левой кисти Чертовки. То, что это зрелище вызвало во мне, сложно описать словами: такое сильное изумление, шок, остолбенение, что я на какое-то время даже дышать перестал. Кости девушки оказались выполнены из какого-то гладкого металла. Мышцы вроде бы были вполне человеческими, но я не берусь утверждать точно.

Я несколько долгих секунд ничего не мог произнести, потеряв дар речи, а потом все-таки сумел пропихнуть два слова сквозь отказавшиеся повиноваться мне губы:

– Ты киборг?

– Не совсем, – коротко проронила ведьма, сведя края раны, которые стали медленно сращиваться, хотя она не принимала никакого зелья. – Во мне много человеческого.

– А «там» ты человек? – затаив дыхание, спросил Кос, глядя на низ ее живота. Он отреагировал на «секрет» Чертовки легче всех. Ботаник вон то же, как и я, охренел неимоверно. Он даже рот открыл и не замечал, что у него из уголка губ тянется ниточка слюней.

– Кос, тебе никогда это не проверить, – отбрила парня Чертовка, слегка ухмыльнувшись.

Она встала со стола и сделала шаг к нам. Мы все втроем дружно отпрянули назад, будто увидели львицу, которая внезапно очнулась ото сна.

Девушка остановилась и, приподняв брови, спросила:

– Вы меня боитесь?

– Нет, – наигранно беспечно махнул рукой Кос, поглядывая на дверь, словно готовился дать деру. – Это же как опасаться кофеварку.

– Я не причиню вам вреда, – вроде бы искренне сказала ведьма, не двигаясь с места. – Просто стойте и слушайте. Я расскажу вам свою историю: почему стала такой; а затем сделаю вам грандиозное предложение.

– Любопытно, – неоднозначно протянул я, наморщив лоб и пока не зная, как относиться к «новой» Чертовке.

В первую очередь я, конечно, подумал о том, что она может захотеть избавиться от меня. Я ведь теперь ей не нужен. А то, что Чертовка раньше обещала не трогать меня и даже помочь в изменении внешности, сейчас, после того как она обманула меня, играя слова, звучит как-то не очень убедительно. Все же я верил в то, что ведьма не станет устранять меня. Откуда была во мне эта вера? Ну, если анализировать наши с ней отношения, то она ведь никогда

не причиняла мне вреда, а скорее наоборот – часто выручала. Да, ведьма склоняла меня к нужным ей поступкам, но не силой, а шантажом. Для девушек это вообще норма жизни: ты сделай то-то, а если – нет, то хрен тебе, а не секс. Тут я внезапно поймал себя на мысли, что мне неприятно осознавать, что Чертовка является неполноценной продолжательницей рода, а, возможно, уже и не человек вовсе. Неужели, где-то на подсознательном уровне я относился к ней, как к девушке? Или это говорит во мне длительное отсутствие партнерши?

Однозначно я ответить на эти вопросы не смог, а поэтому решил выкинуть их из головы и пока не заморачиваться этим. Вон лучше виновницу подобных мыслей послушаю. Интересно же ё-моё. Она ведь не только о себе расскажет, но и предложение какое-то хочет сделать, да не абы какое, а грандиозное. Судя по тому, что Паша и Кос замерли с вытянувшимися от предвкушения рожами, им тоже было любопытно послушать ведьму.

Она же, сосредоточив на себе все наше внимание, начала неторопливо вещать:

– Много лет назад, еще до Слияния, у меня была редкая болезнь, которая поразила большую часть моего организма. Стандартные методы лечения не помогали и тогда мой отец – сотрудник этой лаборатории – решил пойти на крайние меры. Он и его коллеги проделали титанический объем работы и сумели спасти меня. Правда, кости моего организма пришлось заменить на отлитые из специального сплава. Ну и еще мне на генетическом уровне перестроили кожу и некоторые внутренние органы.

– Сколько же тебе лет? – изумленно выдохнул Ботаник, потирая пальцами виски, словно у него случился приступ мигрени. – Ты не стареешь?

– Раньше девушкам не принято было задавать такой вопрос, – максимально мягко проскрежетала Чертовка своим металлическим голосом, а затем добавила: – Да, я не старею.

– Получается, что ты живая свидетельница всего того, что началось еще до Слияния, – ошеломленно проговорил я, широко распахнув глаза и пытаясь представить себе, сколько всего видела и знала эта девушка.

– К сожалению, я все это пропустила, – произнесла ведьма, покосившись на киборгов и демонстративно тяжело вздохнув. – После всех операций отец забрал меня домой и погрузил в специальную капсулу – это была заключительная стадия лечения. Я должна была пролежать несколько недель в коме, пока мой организм привыкал к новым реалиям. Самостоятельно выйти из этой комы я не могла. Этим процессом должен был в ручном режиме руководить мой отец. Но что-то пошло не так. Я до сих пор не знаю, почему он не сумел вывести меня из комы. Вероятнее всего, ему помешало Слияние, а, возможно, бомбежка города.

– Так как же ты пришла в себя?! – нетерпеливо воскликнул Кос, взволнованно дыша и потирая подбородок, будто хотел стереть закудрявившуюся щетину.

– Мне повезло. К нам в дом забралась рейд-группа из того самого города, в котором родились вы. Один из ее членов случайно повредил капсулу и произошел экстренный вывод меня из комы. Тут мне повезло еще раз: ведь существовал всего пятнадцатипроцентный шанс того, что я не тронусь умом во время подобного пробуждения.

– Спорное утверждение, что она не тронулась умом, – ехидно прошептал краем рта мой друг, легонько ткнув меня локтем в ребра. Я раздражённо шикнул на него. Тут такой рассказ, а он со своими глупыми шуточками. Парень недовольно поджал губы, показывая взглядом, что он такие остроты отпускает, а я не ценю, да еще и шикаю на него.