Истопник
Шрифт:
«Клянусь собакой!» – старое, еще с молодости, выражение вождя. Сталин употреблял его как в письмах, так и в устной речи. Выражение восходит к знаменитой Сократовской клятве на суде. Сократ клянется говорить правду. Если же судьи уличат его во лжи, то пусть они признают его врагом, изменником родины. А тело отдадут на съедение собакам.
Так что выражения «враг народа» и «изменник родины» восходят к Сократу. Которого Сталин знал не хуже Платона.
Интересно: у кого-нибудь из сидельцев возникала мысль о том, что изменники родины не они, а сам товарищ Сталин?
Вместе
Стоит ли верить сегодня в домыслы о примитивности мышления вождя? Сталин обладал определенным интеллектом. Любил русскую классику – Чехова, Толстого. Восхищался Достоевским. Лично следил за творчеством советских писателей. Принял участие в судьбе сына Ахматовой Льва Гумилева, драматурга Булгакова, поэта Пастернака. Последнего просто не разрешил расстрелять: «Не трогайте этого небожителя…»
Великий лирик Пастернак писал стихи о Сталине.
И смех у завалин,И мысль от сохи,И Ленин, и Сталин,И эти стихи.По свидетельству Корнея Чуковского и Надежды Мандельштам, Пастернак «просто бредил Сталиным». Дело не в раболепствовании. Почти все они, а особенно такие восторженные, каким был Пастернак, жили под высоковольтным напряжением грандиозных свершений революции. К тому же вождь умел влюблять в себя великих гуманистов.
1 января 1936 года в «Известиях» появляются первые два стихотворения, прославляющие Сталина. Их написал Борис Леонидович Пастернак.
Прошли годы. Восьмиклассник Володя Высоцкий написал свое первое стихотворение 8 марта 1953 года. На смерть И. В. Сталина.
Там были такие строчки:
Я клянусь: буду в ногу идтиС дружной, крепкой и братской семьей,Буду светлое знамя нести,Что вручил ты нам, Сталин родной.Так было… И нам от этого не откреститься.
Пастернак восхищался величием похорон Сталина.
Когда-то он сам наблюдал, из окон своей квартиры, как Иосиф Виссарионович пешком шел из Кремля за гробом застрелившейся Надежды Аллилуевой.
Но тут, наверное, другая тема.
Хотя и близкая к воспоминаниям Кости.
Но ведь было и другое. В 1934 году состоялся первый съезд писателей страны, о котором Бабель высказал мнение, зафиксированное агентами ОГПУ:
«Съезд проходит мертво как царский парад… Посмотрите на Горького и Демьяна Бедного. Они ненавидят друг друга, а на съезде сидят рядом как голубки».
В ходе съезда была написана листовка (9 экземпляров), авторства которой не установлено до сих пор. Она якобы была обращена к иностранным гостям съезда. Текст листовки сохранился:
«Мы, русские писатели, напоминаем собой проституток публичного дома с той лишь разницей, что они торгуют своим телом, а мы душой… Вы устраиваете у себя дома различные комитеты по спасению жертв фашизма,
Даже написали пародию на знаменитые пушкинские стихи Державину:
Наш съезд был радостен и светел.И день был этот страшно мил —Старик Бухарин нас заметилИ, в гроб сходя, благословил.В каминную входит Николай Сидорович Власик, начальник личной охраны Сталина. В 1945 году он уже генерал-лейтенант госбезопасности. Известный дамский угодник и бражник. Иосиф не раз корил Колю за отступления от норм большевистской морали. В открытом позже уголовном деле Власику вменялось в вину дело врачей-вредителей – он отвечал за благонадежность докторов и профессуры, разглашение секретных сведений и расхищение материальных ценностей. В справке из уголовного дела написали:
«Будучи в Потсдаме, куда он сопровождал правительственную делегацию СССР Власик занимался барахольством…»
Власик писал в своих воспоминаниях:
«За мою беспредельную преданность он (Сталин) отдал меня в руки врага. Но никогда, ни одной минуты, в каком бы состоянии я ни находился, каким бы издевательствам я ни подвергался, находясь в тюрьме, я не имел в своей душе зла на Сталина».
Все это еще случится. А пока Власик деликатно спрашивает Сталина:
– Нести, Иосиф Виссарионович?
Сталин по-доброму улыбается в усы. Настроение хорошее.
Он откладывает книгу и машет рукой:
– Неси!
Власик приносит тазик с замаринованным мясом, шампуры.
Сталин снимает китель и брюки. Остается в белой рубахе и в таких же кальсонах. Снова надевает мягкие хромовые сапожки. Хромовячие прохаря называют такие сапоги на зоне. Но Сталин, конечно, такого жаргона не знает. Хотя он и сам мог легко запустить в беседе со старыми друзьями острое словцо. Сталин закатывает рукава нательной рубахи. Удивительно! Рубаха и кальсоны обыкновенные. Бязевые, солдатские. А ведь Иосиф Виссарионович уже почти что генералиссимус.
Через месяц ему присвоят высшее воинское звание.
Сталин с удовольствием нанизывает куски мяса на шампур.
Он любит сам жарить шашлыки на дышащих жаром углях камина.
А какой грузин не любит жарить шашлыки?!
Мы видим, как по рукам Сталина течет красно-розовый сок маринада. Никакой символики и никаких параллелей с кровавым режимом.
Просто Сталин жарит шашлык!
Угли становятся малиновыми.
Сталин хороший костровой.
«Хозяин должен был неотрывно следить за динамикой Священного огня – чтобы костер разгорался, но все-таки не сжег страну дотла», – пишет известный популяризатор истории Эдвард Радзинский в своей книге «Сталин».