Истопник
Шрифт:
О бунте зэков в мае 1954 года в Кенгирском лагерном отделении вспоминал не только Солженицын. А сколько их было в ГУЛАГе? И на БАМе тоже.
Вора в законе, вошедшего в Комиссию самоуправления, звали Виктор Рябов. Учительница – Супрун Лидия Кондратьевна. Оба погибли в схватке с солдатами полка особого назначения МВД, переброшенного из-под Куйбышева. Танки Т-34 оттуда же. Фамилия опера-провокатора – Беляев. В то утро он своей рукой застрелил десятка два повстанцев.
Некоторых добивал штыком.
О зверстве следователя, ломавшего пальцы детям при матери, написал профессор психиатрии
Солоневич был врачом-психиатром – освидетельствовал надзирателей.
Сбежал, чтобы от откровений палачей самому не сойти с ума.
Как несчастная мать тех двоих, изуродованных, детей. Не верьте тем историкам, которые утверждали, что Сталин не любил свою мать. И даже презирал ее. Он якобы всю жизнь подозревал ее в распутстве. Мать Иосифа, красивая грузинка Кеке, стирала одежду и прибиралась в домах богатых евреев городка Гори, где прошло детство вождя. Они ее нанимали прачкой. По некоторым версиям, за измену и торговлю собственным телом Кеке избивал ее муж, сапожник-пьяница Виссарион Иванович. По этой же причине, дескать, он бил и самого Иосифа, сына путешественника Пржевальского. Ходила и такая версия.
Все подобные предположения и домыслы в угоду антисталинистам. Установлено точно: в день зачатия Сталина Пржевальский находился далеко – на границе с Китаем. Это во-первых. Во-вторых, путешественник Пржевальский женщинами не интересовался. Так уж получилось.
Иосиф нежно и трепетно любил свою мать.
Он писал ей письма. Правда, короткие.
У Иосифа Виссарионовича всегда было много дел.
Знал ли Сталин, заботливый сын, о том, как истязали матерей и отцов в лагерях и тюрьмах, в социалистических застенках? Его братьев и сестер.
Как он назвал в знаменитой речи граждан своей страны.
И знал ли он вообще о тех пытках, которые применяли в ГУЛАГе?
Вот один из главных вопросов во вновь разгорающихся спорах о сталинизме. Не тешьте себя иллюзиями. Он не только знал о них.
Сталин сам не единожды санкционировал физическую расправу.
На двадцатом съезде партии, где был развенчан культ личности Сталина, на вопрос, есть ли документы, подтверждающие официальное разрешение пыток, Хрущев ответил отрицательно. Накануне съезда Каганович утверждал, что есть постановление, где все расписались за то, чтобы пытать арестованных. Все – это члены Политбюро.
Хрущев ответил, что такой документ успели уничтожить. Но во многих обкомах и крайкомах партии, у начальников областных и краевых УНКВД сохранилась телеграмма за подписью Сталина от 10 января 1939 года. Наверное, Никита Сергеевич забыл про телеграмму на места:
«ЦК ВКП(б) разъясняет, что применение физического воздействия в практику НКВД допущено с 1937 года с разрешения ЦК. Известно, что все буржуазные разведки применяют физическое воздействие в отношении представителей пролетариата и притом применяют его в самых безобразных формах. Спрашивается: почему социалистическая разведка должна быть более гуманна в отношении заядлых агентов буржуазии, заклятых врагов рабочего класса и колхозников. ЦК ВКП(б) считает, что метод физического воздействия должен обязательно применяться и впредь, в виде исключения, в отношении
Ремарка «в виде исключения» была забыта на местах сразу же.
5 октября 1945 года начальник ГУЛАГа Наседкин читает лекцию слушателям Высшей школы НКВД СССР:
«Уместно отметить еще один существенный момент, являющийся принципиальным отличием наших лагерей и колоний от лагерей других стран, где властвует полицейская дубинка и прочие атрибуты капиталистической “цивилизации”. Это 7-я статья ИТК РСФСР Она гласит: “Труд, политико-воспитательная работа, режим и система льгот во всех исправительно-трудовых учреждениях строятся исходя из основных задач исправительно-трудовой политики пролетарского государства и не могут сопровождаться ни причинением физических страданий, ни унижением человеческого достоинства!”»
Неожиданно звучит вопрос из зала:
– Какие меры дисциплинарных взысканий применяются для нарушителей трудовой дисциплины и правил внутреннего распорядка?
Ответ Наседкина (критики режима утверждают, что он его злобно прокудахтал):
«Эти меры: замечание, выговор, возмещение причиненного ущерба, лишение свиданий, перевод на штрафной режим и карцер. Но все это должно исправлять человека, принуждать его к полезному труду, а не обессиливать, не толкать на путь дальнейшего саботажа и борьбы с советской властью!»
Чудовищная ложь.
Впечатляют замечание и выговор.
Младший лейтенант, задавший исторический вопрос, был немедленно исключен из Высшей школы НКВД. Вы никогда не узнаете его дальнейшую судьбу. Дай-то бог, если его только исключили. А не толкнули на «путь саботажа и борьбы с советской властью».
История не сохранила его фамилии.
Возвращаемся к Дуссе-Алиньскому тоннелю.
Ведь мы еще почти ничего не знаем о нем.
Дуссе-Алинь – одна из самых главных и самых страшных тайн Байкало-Амурской железнодорожной магистрали.
Флешбэк
Май 1945 года. Дуссе-Алиньский тоннель
Летёха и Анька неожиданно слышат стук колес.
Идет поезд!
Но такого ведь быть не может?
Откуда поезд?
Как завороженные, Летёха и Аня Пересветова смотрят на приближающийся состав. Так бывает в кино. Герои не только видят свое прошлое. Операторы, как уже замечено выше, волшебники-бестии с чудо-камерами в руках, показывают зрителям картины будущего. Да и поклонники неореализма не сильно отстают от них. То они предлагают послушать песни, которых герои еще не знают, а вот теперь услышат, удивятся и обрадуются.
А то запустят поезд из весны 1977 года в май 45-го.
Они переносят своих героев, как песню, через годы, через расстояния!
Именно это сейчас и происходит на экране.
Креативная визуализация – вот как называется умение видеть будущие события. Герои должны как бы предчувствовать грядущее время.
И сейчас они его предчувствуют. Потому что слишком страшна и нелепа жизнь, где твое естество терзают муравьи-палачи. Да и люди такие же.
Сучковатая распалка. И бесноватый майор по фамилии Савёнков.