История Мародеров

cygne

– Я тебя теперь никогда-никогда не отпущу, - тихо прошептал он ей на ухо и она радостно улыбнулась, прежде чем поцеловать его.

* * *

Домой Марлин вернулась только утром.

Всю ночь до самого рассвета они с Сириусом просидели на берегу моря, наколдовав себе теплые пледы, чтобы не замерзнуть. Это была ее идея - встретить вместе рассвет и посмотреть, настолько ли он прекрасен там, как и закат. Он оказался еще чудеснее. Но самое необыкновенное зрелище было ночью, когда в небе сияли звезды, отражающиеся в воде,

так что все сливалось в одну бездонную бесконечность, а посередине этого великолепия дрожала желтая лунная дорожка. Когда она появилась на воде, Сириус с сожалением заметил:

– Эх, жаль, ветер дует, а то можно было бы элойи нарвать.

– Ну, уж нет!
– решительно возразила Марлин.
– Ремус мне рассказывал, чем закончилась та ваша вылазка. Я не хочу, чтобы ты утонул, добывая мне цветы.

Сириус фыркнул и, притянув ее к себе, прошептал:

– Я люблю тебя.

И Марлин подумала, что во всем мире нет девушки счастливее ее.

Дома она, светясь от переполнявшего ее восторга, первым делом продемонстрировала родителям свое кольцо.

– Мы рады за тебя, дорогая, - с мягкой улыбкой сказал папа.
– Сириус - достойный человек.

Всю ночь проведя без сна, Марлин отключилась, едва добралась до своей комнаты. Она не запомнила, что ей снилось, но это было что-то светлое и радостное.

Проснулась она к обеду, даже из своей комнаты и во сне почувствовав запах чего-то необычайно аппетитного. И, спустившись в гостиную, обнаружила на столе, вокруг которого уже собралась вся семья, великолепный пирог.

– Проснулась?
– весело спросила мама.
– А то мы уже хотели тебя будить.

– А почему все дома?
– со сна Марлин никак не могла разобраться в ситуации.
– И по какому поводу пирог?

Майкл посмотрел на нее с некоторым недоумением и ей даже показалось, что он едва подавил желание покрутить пальцем у виска, а родители переглянулись и улыбнулись друг другу.

– Вот что значит - счастливые часов не замечают, - ехидно прокомментировал папа.
– Дома мы, потому что воскресенье сегодня.

– Воскресенье, точно!
– Марлин хлопнула себя по лбу.

– А пирог в честь твоей помолвки, - продолжила мама.

– Ух ты!
– Майкл даже подпрыгнул на стуле.
– Ты замуж выходишь?! А когда? А почему я ничего не знаю?!

– Майкл!
– прервала мама поток его вопросов, потрепав его по макушке.
– Дай сестре опомниться - она же только что проснулась.

Братец замолчал, но уставился на нее весьма красноречивым взглядом. Марлин рассмеялась.

– Помолвка состоялась только вчера, потому тебя оповестить еще не успели, - насмешливо ответила она, в свою очередь, взлохматив ему шевелюру.
– А насчет даты - мы ее пока не установили.

Марлин помогала маме убрать со стола, когда услышала рядом с домом хлопки аппарации. Она метнулась к окну и увидела пять

фигур в капюшонах и белых масках. В ужасе девушка отшатнулась и кинулась в свою комнату за палочкой, по пути крикнув:

– Уходите все быстрее! Это Пожиратели!

Однако, вернувшись в гостиную, она обнаружила, что никто не тронулся с места.

– Мы не можем бросить тебя одну, - произнес папа, нахмурившись.

– Вы ничем не сможете мне помочь!
– в отчаянии воскликнула Марлин.
– Уходите! Пожалуйста!

Папа еще колебался, а мама потянула Майкла к выходу, но было поздно. Дверь резко распахнулась и Марлин метнулась вперед, встав на пути Пожирателей, и одновременно послала Патронуса в штаб.

– Ну, здравствуй, грязнокровочка!
– произнес смутно знакомый тягучий голос.
– И что в тебе мой братец нашел? Не постигаю!

В этот момент Марлин поняла, кто перед ней и похолодела. Беллатрикс! Сириус говорил, что его старшая кузина совсем ненормальная - одна из самых ярых приверженцев Волдеморта.

– А тебе вообще многое не дано понять, Белла, - процедила она, прищурившись, пытаясь потянуть немного время.

– Ах ты!..
– взвизгнула Беллатрикс и вскинула палочку.
– Авада кедавра!

В другой ситуации Марлин предпочла бы увернуться, но сзади стояли родители и брат, которые не смогут защититься; и если она отпрыгнет, проклятие попадет в них. И Марлин выставила щит, но он оказался бессилен. Последнее, что он услышала, был испуганный мамин вскрик.

* * *

– Бродяга, подъем! Сколько можно спать, а?

– Отстань ты от него, Сохатый. Он, наверное, домой вернулся только под утро.

Сириус застонал и попытался закрыться подушкой от назойливых голосов. Но не вышло - подушку у него тут же отняли со словами:

– Все равно пора вставать. И не заставлять друзей мучиться от любопытства.

Поняв, что от него не отстанут, Сириус открыл глаза, чтобы увидеть Джеймса - с ясно читаемым веселым любопытством на физиономии - и чуть позади него Ремуса - с легкой улыбкой и своим фирменным выражением лица: «Дети малые!»

– Садисты!
– буркнул он, выбираясь из кровати и направляясь в ванную.

В ответ ему раздался дружный смешок.

– Ну, рассказывай, как все прошло?
– потребовал Джеймс, когда он вернулся уже одетый в джинсы и свитер.

– Отлично!
– Сириус плюхнулся в кресло и потянулся, мечтательно улыбнувшись.

– И…

– Что и?

– Когда свадьба?

– Скоро, - Сириус засмеялся, увернувшись от полетевшей в него подушки, и поднял руки.
– Спокойно, Сохатый, не нервничай! Мы просто этот вопрос еще не уточняли.

– А сразу нельзя было так и сказать?
– возмутился Джеймс.

– Конечно, нельзя, - усмехнулся Ремус, - Бродягу же хлебом не корми - дай спектакль устроить.

– Эй, что за намеки!