Иванов.ru
Шрифт:
— Думаю, что сейчас — нет, — рассудительно произнёс Иванов. — Таких бойцов, как Батурин, у Чугуна не много. Он его уберёт только тогда, когда перестанет доверять.
— Резонно, — кивнул Быстров. — Пока компрометировать возможный перспективный источник информации не будем. Лучше мы его аккуратненько «возьмём» и предложим торг: или — или…
— Ну, арестуете вы Батурина, — Иванов отпил чай. — Он будет молчать. Что тогда? Примените ваши специальные методы?
— Это на крайний случай. Не хочется калечить парня. А что ты предлагаешь?
— Подумать надо, — пожал плечами Иванов.
— Хорошо бы, чтоб
— А что оттуда налажено? — Иванов сделал второй глоток.
— Наркота всякая да валюта фальшивая. Встречаются и поддельные российские деньги, литература экстремистского плана. Да там всякого дерьма хватает! — Быстров, встав вполоборота, снова посмотрел в окно. — Самое главное, террористическая зараза ползёт с Кавказа!
— Учитывая продажность ГАИшников на дорогах, не удивительно, что эти каналы функционируют почти легально! — усмехнулся Иванов.
— Да что ГАИ! — Быстров, отвернувшись от окна, взглянул на товарища. — Если бы только ГАИшники да менты. Вся система так выстроена! Знаешь, чем сейчас ФСБшники занимаются по всей России? «Крышуют» бандитов да ларьки на рынках для своих родственников открывают. А что им ещё остаётся? Вон у нас на их начальство информации скопилось столько, что не знаем, куда девать! К примеру: приезжает на место вновь назначенный начальник ФСБ или прокурор, так «братки» его жене или сыночку «тачку крутую» да квартиру в центре города — нате-с, пожалуйста! А попробуй-ка откажись да зацепи кого-то из братвы, так получишь «телегу компромата» на себя вышестоящему начальству или, ещё хуже, гранату в окно или автоматную очередь в машину!
— Ни фига себе! — искренне удивился Иванов. — Такой беспредел в государстве?! И в Москве об этом знают?
— Оттуда вся гниль и идёт, — скривился в усмешке Быстров. — Говорю же — Система. Правда, она уже не попахивает гнилью, а на всю Россию воняет дерьмом! До всех соседей дошла эта вонь! Из спецслужб одна только незамаранная «контора» осталась — наша. Потому вот и ношу погоны ещё. А так бы давно уже охранял какого-нибудь «крутого» и получал в валюте раз в десять больше, чем сейчас. Или наёмником куда-нибудь подался.
— Неужели всё настолько хреново? — другого слова Иванов не смог подобрать.
— Хреново, Саня. Очень хреново, — вздохнул Быстров. — В позапрошлом году, например, Радуев предпринял рейд. Скольких людей положил, сволочь! Ведь дали ему уйти наши же — суки! Хотя и мы, и группа «Альфа» готовы были на захват! И взяли бы его тёпленьким… Так этот самый «чеченский герой» Радуев со товарищи уже в следующем году преспокойно отдыхал и лечился в одном из санаториев под Москвой, тварь! — Быстров изо всех сил ударил крепко сжатым кулаком по столу. — Заметь, с ведома властей! А за прошлый год официально зарегистрировано восемнадцать терактов по России. В этом году их больше. И пока в Кремле заседает всякая «нечисть», математика эта будет расти по геометрической прогрессии от года к году! Вот такие дела у нас творятся. И внутри страны хреново, Саня, и вокруг России дела складываются не лучшим для нас образом.
— Мне ничего об этом не известно. Проведи-ка курс политического «ликбеза», — попросил Иванов. — А то я только
— А даже по официальной хронике можно понять, что у нас происходит, — устало бросил Виктор. — Смотри, что делают! Весь народ расплачивается за долги, наворованные «могучей» кучкой, так называемой «семьёй» и к ним приближёнными! Вот так дефолт делается. А причиной этого дефолта эта самая «семья» с её безграничными аппетитами — воруют миллиардами! А какая идеология у страны? Вот скажи: кто в России сейчас настоящий герой? О ком снимают фильмы, пишут книги?
— Бандит, — Иванов сразу уловил, куда клонит товарищ.
— Правильно. А значит, кто сегодня кумир молодёжи? Бандит, — сам ответил на свой вопрос Быстров. — И ты посмотри, что «братва» устраивает! Запугивания бизнесменов, разборки, убийства среди бела дня! И всё это с ведома властей. Бандиты пришли во власть! А сборища всякие, спортивные соревнования имени какого-нибудь бандюка! Секции разные — тоже имени какого-нибудь «братана». Смену себе готовят. Уродуют молодёжь… мать их!
— Тут ты не прав, — возразил Иванов. — Портит молодёжь, вернее, не занимается воспитанием подрастающей смены нынешняя власть. А бандиты — просто занимают пустующую нишу и пользуются ситуацией.
— И я про то же, — не стал спорить Быстров. — Представляешь, какое будущее России готовим?
— Представляю, — вздохнул Иванов. — Уже пришлось близко столкнуться с этой проблемой. Ты мне лучше расскажи про положение России в мире.
Быстров, немного подумав, с готовностью согласился:
— Давай представим тот расклад сил, что сложился в мире после 1991 года.
— Ты имеешь в виду после того, как трое «демократов» расчленили «великий и могучий» Советский Союз?
— Ты правильно понял. — Быстров прошёлся по комнате и сел на место следователя. — Итак, давай отбросим всю эту словесную шелуху политиков. Мы ведь с тобой — боевые офицеры и можем трезво оценивать складывающуюся ситуацию.
— Насчёт «трезво» — это ты правильно подметил, — многозначительно усмехнулся Иванов. — Ты чай-то пей. Остынет.
— Этого «пьяницу» скоро уберут, — понизив голос, Быстров оставался серьёзным. — Иначе всей стране — «крышка». Дальше — некуда!
Иванов смотрел на товарища непонимающим взглядом — конечно, всё, что он до этого сказал, не очень вязалось с тем местом, где они сейчас находились, но такого смелого оборота в разговоре Иванов не ожидал. Быстров кивнул головой в подтверждение своих слов и продолжил громче:
— В мире череда локальных войн теперь просто неизбежна. У Америки больше нет мощного соперника, который многие десятилетия мог сдерживать её агрессивные намерения. Поверь мне, Саня, теперь американцы станут править миром с помощью бомб и ракет. К границам России вплотную придвинется НАТО. Зато мы — россияне теперь ясно увидели две истины: первая — в мире правят и всё решают сильные, вторая — Россия только жалкая побирушка, униженно ползающая у ног Запада. Как тебе такая картинка?
— Вить, к чему именно такая политинформация? И так на душе хреново… — Иванов поднялся и подошёл к окну. Во дворе за высоким забором на расчищенных от снега дорожках беспечно прыгали воробьи. Иванову захотелось сейчас оказаться там, на свободе, подышать её пьянящим воздухом. Он вздохнул, подумав о семье.