Изабель

Кей Гай Гэвриел

Другое место находилось дальше на северо-восток, его чаще посещали туристы, о нем писали во всех путеводителях, и называлось оно Фонтэн-де-Воклюз. Место, где вода вырывалась из горной пещеры в определенное время года. Мелани отметила, что Оливер Ли подготовил материал для книги, где описал это место, начиная со времен древности, в девятнадцатом веке, и кончая тем, как оно выглядит сегодня. Какой-то итальянский поэт жил здесь в Средние века, но еще раньше оно было священным местом кельтов.

— Это логично, — подумал Нед, начитавшись в «Гугле» о богинях

и источниках, пещерах и провалах в земле. — Я все равно поеду в Экс, — повторил он, когда дядя Дейв и отец стали решать, кто поедет в какой машине. Он начинал понемногу привыкать к тому, что другие его слушают и делают так, как решил он.

Более или менее.

— Один ты не поедешь, — сказала его мать.

— Мне не грозит опасность, мам. Это Брис хотел меня убить.

— Один не поедешь, — повторила Меган Марринер так твердо, что это произвело впечатление. Такому голосу возражать невозможно; даже в голову не придет возражать.

В конце концов Нед оказался в городе с мамой и папой.

Дейв повез Кейт и Стива в Фор-де-Букс, Грег взялся доставить тетю Ким к фонтану. Идея опять-таки заключалась в том, чтобы оставаться на связи по телефону и встретиться, если кто-то что-то обнаружит, или вернуться сюда в середине дня, чтобы обсудить следующий шаг, если ничего не произойдет.

В другое время и в другом месте это могло быть забавно — пройтись по городу, шагая между мамой и папой. Неда так и подмывало попросить мороженого, или леденец на палочке, или покатать его на карусели возле самого большого фонтана.

Собор был открыт, но двери в монастырь оказались запертыми. Гид, у которого имелся ключ и который проводил получасовые экскурсии, должен был прийти только после обеда. Нед даже не подумал о том, чтобы попросить отца взломать замок. Только не здесь. Интересно, знает ли мама, что ее муж умеет это делать?

Они вернулись по средневековым улочкам назад, к главной улице — Кур-Мирабо. По дороге миновали кафе, куда Нед заходил с Кейт. Он увидел стул, которым защищался от собаки, напавшей на него. Он ничего не сказал родителям об этом. Его отец и так выглядел очень напряженным.

На улице Мирабо, на одной стороне которой тянулись кафе, а на другой — банки, в тени огромных платанов, он остановился. Ощущение стало почти знакомым.

— Она здесь была, — произнес он.

— Откуда ты это знаешь? — требовательно спросила мать. Его логичная мать, с отчаянием в голосе.

— Господи, мам, я понятия не имею. Просто знаю. Так же, почти, как я знал, что Кадел находится в той башне, вчера ночью.

— Почему «почти»?

От нее ничего не могло ускользнуть.

Нед подыскивал слова, глядя на туристов, сидящих за маленькими уличными столиками. Казалось, они наслаждаются жизнью. Почему бы и нет? Люди мечтают приехать сюда, не так ли? Посидеть в кафе на юге Франции в мае.

— Это не точно то же самое, — наконец ответил он. — Я не вижу ее, как ауру, как вижу двух других или тетю Ким. Или как себя самого.

— Ты видишь свою тетю, мысленно?

Он кивнул головой.

— Если она достаточно

близко и не защищает себя. То же самое с ними.

Мать вздохнула:

— А… Изабель?

— Иначе. У меня просто возникает ощущение, что она была здесь, как была на том кладбище.

— Почему?

— Господи, мам.

Она нахмурилась.

— Насколько я понимаю, эта красноречивая фраза означает отсутствие ответа?

Нед кивнул:

— Да. У нас нет ответа.

— Может быть, это из-за Мелани, — внезапно сказал отец. — Может быть, ты чувствуешь Мелани, а не Изабель.

— Эд! Ты ничем не лучше их.

У отца по-прежнему был напряженный вид.

— Давайте пообедаем, — через несколько секунд предложила мать. Нед видел, что она пристально смотрит на мужа. — Нам все равно придется ждать.

Они выбрали кафе в конце улицы. Внутри все выглядело броско, на старомодный манер, много золотого и зеленого цветов, но в такой день, как сегодня, на улице было гораздо приятнее.

Отец купил по соседству газету. Нашел статью о возвращении черепа и бюста. Никаких подробностей, которые что-то подсказали бы. Полицейские понятия не имели, кто их вернул, только знали, что это был мужчина в черной кожаной куртке, на мотоцикле.

«В серой», — подумал Нед.

— Мне все-таки придется позвонить ее родным, — сказал отец, в основном обращаясь к самому себе.

Мать опять бросила на него взгляд. Потом слегка удивила Неда — протянула руку и сжала ладонь мужа.

Тетя Ким позвонила, когда они уже заканчивали обед. Фонтэн-де-Воклюз был полон туристов этим весенним воскресным утром. Теоретически существовала возможность (как передал им отец Неда), что Изабель скрывается в лавочке для туристов среди саше с лавандой и бутылочками оливкового масла, но это маловероятно. Ким и Грег собирались вернуться на виллу.

Они позвонили Дейву. Он доложил, что они втроем все еще поднимаются на холм и бродят вокруг Фор-де-Букс. Там кроме них нет ни души, очень ветрено, а на самом верху имеется довольно выразительный алтарь. Как и сказано в рекламе. Но «ни души» означало, что нет и следа рыжеволосой женщины, которую Кейт должна узнать, если увидит.

Они собирались спуститься по более крутому, заросшему склону холма и посмотреть, нет ли там пещер или углублений, где она могла бы спрятаться от взоров и ветра. А после поедут обратно.

— Осторожно, — сказал отец Неда деверю. — Береги колено. — И дал отбой.

— Ему нельзя лазить по скалам с такой ногой, — сказала Меган.

Эдвард Марринер пожал плечами.

— Что поделаешь? Если не сможет, то не сможет. — Выражение его лица было встревоженным. Он выглядел старше своих лет. Неду не нравилось видеть его таким. Почему-то это заставляло его ощущать свою слабость.

Они пошли обратно к собору. Нед вошел в полутьму и миновал баптистерий справа. Он увидел решетку, закрывающую вход туда. Не стал останавливаться. Там теперь ничего нет, нечего смотреть. Все равно, это был обман. Предметы, взятые из музея, а теперь возвращенные на место.