Изабель

Кей Гай Гэвриел

Кейт Уэнджер, ни слова не говоря, встала и подошла к стопке карт и книг Мелани на компьютерном столе.

Нед смотрел на мать. Он что-то видел в ее глазах такое, что выходило далеко за рамки тревоги, он даже не мог придумать этому названия.

— Мама, прошу тебя, — прошептал он. — Мне нужна твоя помощь.

— Знаю, — ответила Меган Марринер. — Только я не хочу тебе помогать.

Он смотрел на нее. Она покачала головой:

— Я передать тебе не могу, как мне все это не нравится. Что ты собираешься делать, когда доберешься туда, наверх, если доберешься?

— Понятия

не имею.

Она позволила себе слегка улыбнуться.

— Ну, это честный ответ.

— Я веду себя честно, мама.

Меган еще несколько мгновений смотрела на него, потом повернулась к мужу и коротко кивнула.

— Эд, позови сюда своих Вер, пока Кейт ищет карты. Если они живут здесь, то могут знать.

Ее муж покачал головой:

— Позволь мне сначала попробовать кое-что другое.

Он подошел к столу рядом с Кейт и посмотрел номер телефона в блокноте Мелани, потом набрал его.

Нед обнаружил, что уже тяжело дышит — как ни удивительно, но они собираются ему помочь. Он теперь вспоминал эту гору, Пурьер, и самое ужасное чувство, испытанное в жизни. Эту завесу из крови, пропитавшей весь мир, и запах крови.

Это его выбор, некого винить. Иногда, подумал он, жить легче, когда есть люди, которые могут тебя остановить. Может быть, именно для этого существуют родители.

Его отец произнес:

— Оливер? Это Эд Марринер. Я вам помешал? — Он подождал ответа, потом продолжал: — Я вас надолго не задержу, отпущу к выпивке.

Англичанин что-то ответил, и отец Неда притворно рассмеялся.

— Ну, если вы уже выпили, то нет нужды спешить. Но у меня возник вопрос… возможно, там можно сделать снимки. Вы знаете место под названием «гарагай»? На горе Сент-Виктуар?

Снова пауза, более длинная. Оливер Ли начал экскурс в историю, догадался Нед. Нед представил себе, как он рассказывает, очки для чтения болтаются на цепочке у него на груди, в руке бокал вина.

Эдвард Марринер открыл было рот, чтобы его прервать, закрыл, потом решился перебить его:

— Ну, да, я немного читал обо всем этом и думал о том, чтобы подняться туда и взглянуть. — Он помолчал. — Я знаю, что это высоко. Да, я слышал, что ветер усиливается. Но… Оливер, вы знаете, где это, там, наверху? Вы там были?

В комнате повисло молчание. Эдвард Марринер смотрел на сына, нахмурив брови. Он так и остался нахмуренным.

— Не были? Значит, не сможете объяснить мне дорогу?

Он взглянул на жену.

— Да, конечно, мы найдем топографическую карту, или я позвоню в офис мэра. Они нам очень помогли. — Он замолчал. Ли что-то говорил. — Нет-нет, едва ли это признание меня шокирует, Оливер. Мои люди мне говорили, что Сезанн тоже никогда туда не поднимался. — Он еще помолчал. — Да, конечно, я передам ваш привет Мелани. — Он снова взглянул на Неда. — Нет, я думаю, вы сами это ей скажете, Оливер. — Еще один принужденный смешок. Он попрощался и положил трубку.

Нед бросил взгляд через комнату на мать. Она пристально смотрела на него с выражением, которого он прежде не видел на ее лице. Словно он ей чужой. Это его

встревожило. Он попытался улыбнуться ей, но у него это плохо получилось.

— Нед? — Это заговорила его тетя. — Две вещи. Если ты прав и нужно действовать быстро, то это потому, что один из них, или они оба, могут добраться туда первыми. И они могут сделать это, проследив за тобой.

— Они собирались в Арль, — возразил он.

— Вчера вечером. Нед, они оба, по-видимому, думают, что ты в этом — ключевая фигура. Тебе придется закрыться от них, когда мы выедем отсюда. Но тебе нужно будет время от времени снимать защиту, нельзя держать ее слишком долго.

Он заколебался.

— Я вроде как рассчитывал, что эта защита поможет мне справиться… с моей проблемой.

— Я так и думала. Но тебе все равно нужно отключать ее иногда, иначе ты заболеешь.

Он прочистил горло.

— Фелан мне это тоже говорил вчера ночью.

— Ким, что, если они за нами следят? Оттуда? — Меган махнула рукой в сторону окон.

Ее сестра нахмурилась.

— Я не думаю… — Она взглянула на мужа.

Тот пожал плечами.

— Возможно. Они знают, где мы находимся, знают, что мы ищем. Либо они обыскивают все вокруг, либо через какие-то промежутки времени проверяют нас. Проверяют Неда, чтобы посмотреть, что он делает.

— А они могут послать кого-нибудь следить за нами? — спросил Стив.

— Я так не думаю, — ответила Ким.

— Но мы не уверены, — резко произнесла ее сестра. — Ладно, предположим, что они следят, и что нам делать? И, прежде всего, как мы узнаем, куда он должен идти?

— Это я вам могу сказать, — произнес чей-то голос от кухонной двери.

Они обернулись.

Там стояла Вера-кок, в своем обычном черном платье. Она говорила по-английски.

— Вы… вы говорите на нашем языке? — спросил Эдвард Марринер. Он казался несколько ошарашенным, словно слишком много событий происходило слишком быстро.

Вера слегка улыбнулась.

— Хозяева — американцы. Я немного научилась.

— Но вы никогда…

— Вы всегда говорите по-французски. — Она пожала плечами.

Кимберли подошла к ней.

— Вы… вы понимаете, о чем мы здесь говорим?

— О том, чтобы подняться на гору? — Ее глаза блеснули.

— Да, и почему. — Ким говорила откровенно. — Почему нам нужно подняться туда.

Вера посмотрела на нее. Кивнула головой. Ее голос звучал холодно.

— Что-то случилось в Ночь огня. Я разложила рябину у окон, чтобы защитить дом. Ей не следовало выходить.

— Ей пришлось, — сказал Нед. Они снова говорили по-французски. — Это моя вина, но это случилось до захода солнца. Белтейн еще не должен был начаться.

Вера-кок перекрестилась, когда он произнес это слово.

— Откуда вы все это знаете? — спросила Меган.

У нее был такой несчастный вид, какого Нед и не помнил.

Снова в ответ пожатие плеч.

— Моя бабушка. Она нам рассказывала всякие истории. Все в моей семье, мы раскладывали рябину в эту ночь и в другую ночь, осенью.

Еще одна бабушка. Теперь вопрос задал Дейв: