Избранное
Шрифт:
Как видно, подсудимый придает большое значение рыбному филе. Это кажется несколько странным.
Да нет же, он вообще не придает этому никакого значения. В сущности, ему безразлично, что он ест, чем его угощают. Разве что рыбное филе сразу заявляет о себе. Почуяв запах жареной рыбы на пороге своего дома, невольно подумаешь: как, уже опять?
Что означает «уже опять»?
Уже опять прошла неделя. И это, разумеется, наводит на разные мысли. Да, в то мгновение он даже ощущал дурноту. Однако с рыбным филе, как таковым, дурнота не была связана.
Не замечала ли
Не замечала ни в коем случае. Дурнота ведь и впрямь продолжалась всего мгновение, да и то он ощущал ее скорее мысленно. Кроме того, если бы она что-нибудь заметила, то наверняка не подавала бы больше это блюдо.
Ну хорошо, оставим в покое рыбное филе. Что происходило дальше в тот вечер?
Со стола убрали. Жена вытрясла скатерть за окно, а потом вынесла посуду на кухню. Так всегда было, посуду мыла их прислуга.
Не пробыла ли жена на кухне дольше, чем обычно?
Нет. Почему, собственно? Все шло так же, как всегда.
Что он делал в отсутствие жены?
Ничего. Ходил по комнате взад и вперед и курил сигарету. После ужина они всегда выпивали чашечку кофе, вот чего он ждал. Кофе его жена всегда сама наливала через фильтр.
Ну хорошо. Значит, позже его жена опять вошла в комнату с кофейником и села рядом с ним. Или все происходило не так?
Именно так. Все шло, как всегда.
Он с вызывающим постоянством повторяет выражение «как всегда».
Иначе сказать трудно. Все было на самом деле «как всегда».
Гм. Не показалось ли ему или его жене это «как всегда» в тот вечер особенно тягостным?
Почему это могло показаться тягостным? Наоборот, это «как всегда» было для них обоих единственным спасением, единственной страховкой.
Прекрасно. Пусть расскажет о вечере дальше.
Рассказывать, собственно, нечего. Он захлопнул окно.
Окно? Разве оно стояло открытым?
Ну конечно. Они проветривали комнату. Из-за рыбного филе.
Ах так. («Прошу прекратить смех», — крикнул председатель в зал.) Ну а что произошло дальше?
Он спросил жену, не желает ли она сходить в кино. После этого они полистали газету. У них за городом есть только один захудалый кинотеатр, да и фильм там шел дурацкий. Ну а в город им обоим ехать еще раз не очень-то хотелось.
Часто ли они с женой посещали кинематограф?
Нет, не слишком часто. Иногда его жена ходила в кино днем одна или с какой-нибудь знакомой.
Как они обычно проводили свой досуг вдвоем?
В хорошую погоду они нередко гуляли вечером у озера. По возможности после того, как уже стемнело. Чтобы ни с кем не встречаться. Нравы в пригородах, где люди живут в собственных домах, такие же, как в маленьких городишках. Все друг друга знают, все в курсе чужих дел. Надо без конца раскланиваться и отвечать на вопрос: «Как жизнь?» Это здорово надоедает.
Характер у него не очень-то общительный?
Самому об этом трудно судить. Впрочем, он действительно охотней бывал один, особенно в последнее время. Хотя это зависело не только от него.
От кого же?
От обстоятельств. Так уж повелось. В первые годы после женитьбы
— Все, что вы рассказываете, в основном совпадает с показаниями свидетелей, — заметил председатель суда. — Были вызваны две дамы, которые в последнее время встречались с вашей женой. Когда их спросили, не создалось ли у них впечатления, что ваша жена страдала от той жизни, какую ей пришлось вести, они ответили: они, мол, не припоминают ни одной жалобы с ее стороны. И все же… Скажите, вам никогда не казалось, что у вашей жены была потребность к большему общению с людьми?
Ну конечно, казалось; у него у самого тоже была потребность к общению. Он уже об этом упоминал. И он огорчался каждый раз, когда слышал, что его жена поет в соседней комнате, даже если она пела веселую песенку. Она поет в пустоту, говорил он себе, бедняжка даже не подозревает, как одиноко звучит ее голос.
— Поверьте мне, господин председатель суда, мы буквально все перепробовали, чтобы изменить это. Но наши попытки оказались тщетными.
— Все до единого свидетели утверждают, — сказал председатель суда, что вы вели необычайно размеренный образ жизни. Сам по себе этот факт заслуживает всяческого одобрения, непонятно только, почему в высказываниях свидетелей ударение явственно делается на слове «необычайно».
— Правда однообразна, господин председатель.
— Что вы сказали? Какая правда?
— Она так однообразна, что людям кажется невыносимым считать ее правдой. Отсюда и выражение «необычайно».
— Вы, стало быть, думаете, что лишь вы открыли правду?
— Да нет же. Все знают правду, но только время от времени пытаются ускользнуть от нее, дать себе, пусть короткую, передышку, спрятавшись за неправдой. И это, конечно, легко прощается.
— Не могу избавиться от чувства, что в этом вопросе вы что-то скрываете, — сказал председатель суда раздраженно. — Или по меньшей мере, что вы каждый раз увиливаете от ответа.