Издеватель
Шрифт:
У меня трещит и кружится голова. Чёртово похмелье. Я больше не девственница. И Джейден Харред сказал, что мы теперь в отношениях. Ну уж нет! Я буду ненавидеть себя за то, что натворила, буду жалеть всю оставшуюся жизнь, но больше никакого Джейдена Харреда!
Я начала снова и снова намыливать кожу мужским гелем для душа, затем помыла несколько раз волосы и прополоскала рот зубной пастой.
Без угрызения совести вытерлась его полотенцем, после чего надела свои вещи, подняла с пола одеяло, и вышла из ванной комнаты.
Джейдена я заметила на веранде. Он успел одеться. Я положила одеяло на кровать,
— Поцелуешь своего парня? — он свернул губы в трубочку.
— Ты мне не парень.
— Разве?
— Послушай, что бы вчера не случилось — забудь. Было и прошло. Мы не в отношениях.
— Ты бросаешь меня? — обиженно спросил он, скорчив грустную гримасу. Это блеф!
— Джейден, я серьезно! Мы не в отношениях и никогда не будем парой. Эта ночь была ошибкой.
— Ты так не считала, когда стонала подо мной и выкрикивала моё имя.
— Боже. Мы хотя бы предохранялись?
— Нет. Я правда хотел, даже презерватив открыл, но ты настояла на том, что хочешь без него, ведь это твой первый раз.
— Ты же не… Ты же не кончал в меня?
— Во второй раз — нет.
— Второй раз? — пискнула я.
— Ну да. Что-то не так?
— У нас было два раза? И ты всё-таки кончил в меня?
— Я не удержался, — на его губах появилась лукавая улыбка, — Ты была очень тесной, поэтому тут бы никто не устоял, — сказал он. Я почувствовала подступающие слёзы, — Ну а первый раз…, - придурок мечтательно вздохнул и посмотрел в небо.
Я больше не могу это выносить. Развернувшись, я пошла прочь от него. Обув туфли, я вылетала из его комнаты. Где моя сумка? Где мой телефон? У меня нет ни денег, ни телефона, ни верхней одежды. Но я не собираюсь оставаться в этом доме! На первом этаже Джейден меня нагнал.
— Не хочешь забрать свою сумочку?
— Где она?
— В моей машине. Могу отвезти тебя в кампус.
— Не нужно. Просто отдай мне сумку.
— Да брось, мы же теперь встречаемся. Я что, не могу подвезти свою девушку?
Я подошла к нему почти вплотную и начала смотреть снизу-вверх, надеясь испепелить своим взглядом. Губы дьявола растянулись в приторной улыбке. Я сейчас уйду в гипергликемическую кому!
— Мы. Не. Встречаемся.
Джейден поднял руку, затем провел большим пальцем по моей нижней губе. Я коротко дёрнулась.
— Что вчера вытворяли эти губы, — мечтательно произнёс он.
Мои щёки раскалились до предела. Я что… Нет, не может быть. Круто развернувшись, я снова бросилась прочь. Плевать на вещи, плевать, что я заболею пока буду идти пешком до кампуса, плевать на всё, лишь бы только не оставаться с ним наедине. Но дьявол и не думает меня отпускать.
Я вышла за территорию его дома. К моему счастью, за мной этот придурок не последовал. Мне уже холодно, а ноги начинают болеть. Предательские слёзы щиплют глаза. Какая же я глупая. Глупая, глупая, глупая. Безмозглая.
Дьявол нагнал меня на машине. Теперь он медленно едет рядом со мной, пытаясь привлечь моё внимание.
— Я сейчас затолкаю тебя в машину!
Я не сомневаюсь, что он может это сделать. И он сделает. Может показаться, что я испытываю его терпение, но это не так. Я просто хочу, чтобы он отстал от меня.
— Ты заболеешь, пингвин.
—
Он чуть обогнал меня, остановился и вышел из машины. Я застыла на месте. Дьявол приблизился ко мне.
— Я отвезу тебя в кампус и отстану. Ладно?
— Нет.
— Какая же ты упрямица. Просто сядь в машину, холодно же.
— Ты не будешь болтать? — спросила я, а он глубоко вздохнул.
— Не буду.
Я кивнула. Он открыл для меня дверь и я забралась в машину. Затем забрался и он, протягивая мне свою кожаную куртку. Я же падальщица? Неуверенным движением руки я взяла предложенную мне куртку и надела её, утопая в ней. Она сохранила адское тепло. Джейден также включил и подогрев сидения.
Часть меня тронута его заботой. Но только часть. Он не обманет меня, прикидываясь милым. Это из-за него я ходила с разбитыми коленками, из-за него на моих запястьях были синяки, из-за него мне пришлось заново писать научную работу. Он не мог поменяться по щелчку пальцев. На все сто процентов я уверена, что скоро его ненависть проявит себя с новой силой. Его не остановит тот документ, который он мне оставил, не подкупит и тот факт, что я подарила ему свою девственность, как в своё время не остановили мои разбитые коленки и синяки на запястьях. Я и не заметила, как расплакалась от своих мыслей.
— Ненавидишь меня? — спросил Джейден на подъезде к кампусу.
— Нет, — сказала я, потому что это на самом деле правда. Скорее ненавижу себя, потому что верю во всё хорошее.
— Я лишил тебя девственности, — напомнил он.
— Это не повод.
— Возможно ты беременна моим ребёнком.
От его слов я вздрогнула. Дети? Беременность в 19 лет? Неужели я повторяю историю своей мамы? Вряд ли Джейден захочет, чтобы мы стали одной счастливой семьей. И если маме помогали мои бабушка с дедушкой, а мой биологический отец присылал ей деньги, а также пополнял и мой счет, то у меня есть только мама. Я не справлюсь. У меня нет образования, а мама находится в другом городе. Это впервые, когда я порадовалась тому, что мой биологический отец пополнял мой счёт, порадовалась тому, что я никогда не брала оттуда денег. Я даже не знаю сколько их там, но понимаю, что я уже долларовый миллионер. Мне хватит денег на то, чтобы купить дом, хватит чтобы нанять няню, но я не смогу обеспечить своему ребенку комфортную жизнь. Это хуже всего. Мне стало так горько, что сводит скулы. Но я точно не стану делать аборт. Только я в ответе за всё произошедшее, мне и отдуваться.
Я так ничего и не ответила Джейдену. Он остановился у общежития. Я начала снимать куртку.
— Потом отдашь. Иначе заболеешь от перепада температуры.
Я просто кивнула. В любой другой ситуации, я бы вернула ему куртку, но сейчас не могу. Он кончил в меня и сейчас в моем организме наверняка происходит процесс оплодотворения. Мне никак нельзя болеть.
До комнаты я дошла как зачарованная. Гвен сейчас наверняка где-то с Феликсом, раз её нет в комнате. Так даже лучше.
Я переоделась в удобную пижаму с сердечками, вытащила Элвиса из клетки и положила его на свой живот. Он старенький и весьма упитанный, поэтому не убегает обычно. Теперь же Элвис грызёт вкусняшку из моей руки, пока я смотрю в потолок, а из моих глаз катятся слёзы.