Изгнание
Шрифт:
– Они собираются атаковать нас! – воскликнула Джекобина.
– Нет, не может быть, – в ужасе ответила Николь. – Мы же не армия, а только женщины.
Но в ту же секунду эти слова замерли у нее на губах: она увидела, что все их повозки окружены. К горлу знатных дам уже были приставлены мечи, а тем бедняжкам, с которых нечего было взять, всадники начали отрезать носы и уши, сдирать кожу с лица до самых костей; некоторых же просто прокалывали мечами и бросали умирать прямо в дорожную пыль. Но было кое-что и пострашней. Женщины, которые даже и отдали
– Теперь наша очередь, – сказала Джекобина и сняла с талии маленькую сумочку так быстро, что Николь даже не успела понять, зачем она это делает.
Но Джекобина ничего не успела ей объяснить. Задыхающийся солдат спешился возле их фургона и, заглянув внутрь, схватил Эммет за шею и приставил обнаженный меч к ее лицу.
– Не трогай ее! – закричала Николь. – Я дам тебе все, что ты захочешь.
– Вот, возьми это, – произнесла Джекобина, протягивая сумочку. – Это бриллианты, которые достались мне от матери. Они твои, если ты сохранишь нам жизни.
Солдат рассмеялся и поднял Эммет в воздух, крикнув:
– Может, и сохраню. Но сначала подправлю это милое личико.
Бедняжка завизжала и закрыла глаза, а Николь сняла с пальца обручальное кольцо.
– Это единственное, что у меня есть, но оно золотое. Прошу тебя, не трогай ее, – взмолилась она.
Вдруг возле фургона послышался чей-то голос:
– Одно движение, солдат, и я вырежу на твоей спине полоски и обмотаю ими твой член. Понял?
Голос принадлежал Майклу Морельяну, вид у него был такой же отвратительный и грозный, как у остальных, лицо почти скрывал шлем, но в тот момент Николь показалось, что это самый прекрасный человек, которого она когда-либо видела.
– Но полковник… – запротестовал было солдат.
– О, черт тебя возьми! – воскликнул Майкл и застрелил солдата из пистолета, висевшего у него на поясе.
Николь никогда еще не видела, чтобы события развивались так быстро, она даже не успела понять, что произошло. Майкл с отвращением отбросил тело солдата и помог беспомощно барахтающейся Эммет выбраться из-под него.
– О, это вы, господин Майкл, – всхлипывая, пролепетала она, падая перед ним на колени.
– Да, это я, – угрюмо произнес он. – А сейчас я возьму ваш фургон под свою защиту и вывезу вас отсюда. Эти грабители и убийцы разошлись не на шутку, так что даже я не могу гарантировать вам безопасность, – он окликнул испуганного возницу, который все еще держал вожжи. – Эй, кучер, давай отправляйся в Маркет-Хорборо. Я поеду рядом, так что на вас больше никто не осмелится напасть.
Посадив Эммет в фургон, полковник Морельян оседлал лошадь и поскакал прочь от этого страшного места со следующим за ним по пятам фургоном.
– Кто это? – спросила Джекобина, страшно заинтригованная.
– Его зовут Майкл Морельян, когда-то я была с ним помолвлена, пока наши семьи не оказались из-за этой войны
Джекобина с интересом посмотрела на нее:
– Да что ты! Тогда неудивительно, что он так нежно смотрел на девочку.
– Конечно, именно поэтому. Но я боюсь, он спасет нас только из-за нее, – сказала Николь, а потом закричала, обращаясь к Майклу, – Как же ты мог допустить весь этот ужас? Я думала, что ты не сможешь спокойно смотреть на то, как убивают и издеваются над невинными женщинами!
– Да это отвратительно! – смущенно сказал в ответ Майкл. – Но что я могу поделать? Солдаты оправдывают себя тем, что многие из этих женщин – ирландки и католички, а значит, их можно убивать именем протестантского Бога, который оправдает все злодеяния.
– Как это мерзко! – гневно воскликнула Николь. – Многие из этих бедняжек – той же веры, что и ваши солдаты, и если твои подчиненные убивают своих единоверцев, то о каком Боге может идти речь?
Майкл покачал головой:
– Не говори ничего больше. Я и так в ужасе от того, что моя дочь видела весь этот кошмар. Я сейчас постараюсь пристроить вас на каком-нибудь постоялом дворе, где вы будете в безопасности. Но как только я это сделаю, я должен буду уехать обратно в Лестер.
– Как в Лестер? Что ты собираешься там делать?
– Мы решили еще раз атаковать город, прежде чем вернуться на запад и разделаться с Горингом.
Ужас пронзил Николь насквозь:
– Но там в Лестере – Джоселин. Он отправился туда искать меня.
– Сомневаюсь, чтобы король долго пробыл в городе. Им скоро донесут, что сэр Томас Ферфакс следует за ними по пятам.
Николь постаралась не выдать себя, скрыть ужас, который охватил ее:
– Тогда, может быть, мне удастся послать ему письмо? Я только что родила ему сына, спасибо Господу, а он даже не знает об этом.
Майкл повернул к ней бесстрастное лицо:
– Это война, Арабелла. Мало надежды на то, что тебе удастся связаться с мужем, когда в стране царит такой хаос и одно сражение следует за другим.
Тут вмешалась Джекобина:
– Но, как бы то ни было, все-таки стоит послать ему хотя бы записку.
– Но кто передаст ее? – удрученно спросила Николь.
– Может быть, вы? – спросила Джекобина у Майкла, улыбаясь ему своей застенчивой улыбкой доброй феи.
Он покачал головой:
– Меня еще могут понять, когда узнают, что я спасал мать своего ребенка, но если выяснится, что я встречался с одним из вражеских генералов, расплата будет незамедлительной и ужасной.
– Да, он прав, – ответила Николь, – мы просто не имеем права просить его так рисковать.
– Тогда я просто не знаю, – растерянно произнесла Джекобина, – как сообщить лорду Джоселину, где ты.
– Может, мы сами отправимся в Лестер?
– Я запрещаю тебе это, – твердо сказал Майкл, – ты ведь только что родила еще одного ребенка. Неужели ты хочешь, чтобы вы оба умерли от заражения крови?