Изменить тебе
Шрифт:
Так, Марина. А Рома где? Вот и Рома. Тащит уже что-то из бара, спокойно идет по пляжу, зажав коктейльную трубочку между зубами. Вместо утренней кепки на нем теперь белая шляпа.
Чертов шляпник!
Протягивает женушке один стаканчик, второй ставит аккуратно и начинает раздеваться.
Блть, Аня, отвернись. Смотри на своего мужика, а не на чужого.
Да Аня, твою мать! ОТВЕРНИСЬ!
Не могу. Как там, кролик и удав? О боги.
У Шумского обычная фигура. Нет Левиных кубиков, да и сам он хоть и спортсмен, но далеко не пушинка.
А какие у него мышцы косые, мама дорогая… Такое чувство, что он их на станке выточил. И главное, если мужской пресс на пляже выставлен на всеобщее обозрение, косые мышцы, успев соблазнить, прячутся за резинку плавок.
Внутри меня всё замирает.
Когда Лева наклоняется и целует в щеку, я едва не подпрыгиваю от неожиданности. Щетина легко покалывает, и я словно прихожу в себя, очнувшись от сеанса гипноза.
Лёва зовет в воду, и я с радостью соглашаюсь. Знаете, почему? Там я буду обоснованно мокрой.
Глава 16
Даня не хочет, чтобы мы всё время проводили вчетвером.
Боже, храни Даню!
Потому что находиться рядом с Ромой слишком долго я просто не в состоянии. Вчера я еле пережила вечернюю прогулку, и то благодаря Марине, которая извела мужа бесконечными просьбами сфоткать ее. Роме пришлось смотреть на жену через камеру смартфона, а не на меня.
Утром на завтраке мы с Даней не пересекаемся с Шумскими, и я надеюсь, что прямо сейчас Рома ублажает свою женщину, чтобы не смотреть похотливым взглядом на чужую.
После вчерашнего дневного спонтанного секса у нас с Даней ночью ничего не было. Все-таки дорога, перелет, мощная прогулка сделали свое дело – мы просто отрубились, когда после душа оказались в постели. А вот сейчас Лёва, кажется, уже готов.
Я не успеваю заметить, как он осторожно подбирается со спины, укладывает руки на мою талию. На мне сейчас один купальник, а стою я перед зеркалом. Бросив взгляд на это всё, отмечаю про себя, как красиво мы смотримся вместе, но Даня отвлекает меня от разглядывания нас…
– Лёв, море ждет, – пытаюсь сбросить с себя его руки, но не получается.
– Оно не засохнет за полчаса, – Лева только крепче сжимает талию, а потом скользит ладонями вверх. Оттягивает верх купальника, накрывая грудь. По телу разливается знакомое тепло, но я не уверена, что нам стоит делать это сейчас.
– Там уже почти жарко, а я быстро обгораю на солнце, пойдем, – вновь убираю его руки и торопливо убегаю одеваться.
Даня явно расстроен, он же не привык, что я отказываюсь. Левин прекрасно знает, что я хочу много и всегда, но сегодня не тот случай. Сейчас тело с головой не в ладах, и мне надо помирить их.
На пляже Лёва ведет себя слишком территориально. У него какое-то сумасшедшее желание, чтобы все видели и понимали: я – его девушка. То поцелует, то приобнимет, то за талию возьмет. Это, конечно, замечательно, но меня уже начинает подбешивать. Если прекратить меня трогать, сорок мужиков не прибежит и не накинется на меня!
Сорок
Рома, которого не заботят такие вещи, как объятия и поцелуи с женой на людях, забавно улыбается, наблюдая за Левиным. В руках у Ромы уже водичка со льдом, и он, сука, так сексуально кусает пластиковую чертову трубочку, что взгляд сложно оторвать.
Я надела самый закрытый из своих купальников, но Шумский смотрит так, словно на мне ничего нет. Он совершенно спокойно пялится на меня, пока Даня не видит. Впрочем, когда это попадает в поле зрения Дани, ничего не меняется. Взгляд Ромы скользит по моему телу, нагло прожигая меня сильнее, чем турецкое солнце. Он отворачивается на короткий разговор с Мариной, а я не нахожу выхода лучше, чем пойти поплавать.
Медленно рассекаю голубую волнистую воду, пытаясь спрятаться в ней от самой себя. Проплыв до буйков, возвращаюсь обратно, но выходить не хочется. Даня присоединяется ко мне, мы сталкиваемся у самого берега, где ноги спокойно достают дна, но парню хочется покружить меня. Да, так клёво, когда мужик носит тебя на своих сильных руках…
Но не так круто, когда его друг смотрит на вас, смотрит прямо на тебя.
Чертов Рома. Как же он бесит! Все было бы прекрасно, не появись он тут! Летел бы со своей Мариной куда угодно, только не сюда!
Даня меня отпускает, ставит на ноги и решает сам поплавать в быстром темпе. Я на второй круг не готова, провожаю его взглядом и планирую выйти на берег, разворачиваюсь и…
Просто натыкаюсь на Рому, зашедшего ко мне в воду. Делаю шаг вправо – он закрывает мне дорогу. Шаг влево – он делает это снова.
– Пусти.
– Подожди.
– Твоя жена смотрит на нас.
– Не смотрит.
– Там Даня.
– Он не видит.
– Чего ты добиваешься?
Я знаю его ответ. Но пусть даже не думает – ему ничего не светит.
– У тебя слишком тонкий купальник, Анечка, – нагло заявляет Шумский и облизывается.
Я смотрю на себя, пытаясь понять, что вообще он имел в виду. Фак! Купальник действительно тонкий, и твердые соски слишком хорошо выделяются под тканью. Я инстинктивно скрещиваю руки на груди и отступаю назад, но назад в моем случае – это наоборот, чуть дальше в море. Рома обхватывает мои плечи своими руками и крепко держит, не позволяя сделать даже шага.
– Это из-за долгого нахождения в воде, – сквозь зубы выплевываю ему в лицо.
– Не переживай, это нормально, у меня то же самое, – он скашивает взгляд вниз, на свои плавки, и резко дергает меня на себя, прижимая к своему стояку. Абсолютно охеревший! Он не соображает, что это полный пздц, это за гранью всех возможных… да что там приличий, просто за гранью понимания?
– Ром, ты сдурел? Если я скажу Дане, что ты домогаешься…
– Ты не скажешь, – он медленно разводит мои сжатые руки по сторонам и вновь обнимает за плечи. А потом, пользуясь тем, что его действия скрывает от других темно-синяя вода, медленно ведет руками вниз.