Изнанка
Шрифт:
— Эээ... извините, мне бежать надо, меня Джеймс ждет! — выпалила Лили и стартовала с места, как взбесившаяся фурия. Она вылетела из больницы словно метеор, пылая гневом и негодованием и жаждая крови коварного обманщика.
Она за пять минут домчалась до убогого домишки Снейпов. Отвратительное все же место, этот Тупик Прядильщика! Грязно, пыльно, от реки воняет непонятно чем, неухоженные садики заросли сорняками или давно не подстригались, трава пожухла и единственное, что тут растет хорошо — там это лилии, пышные, ухоженные, разных цветов и сортов, целая клумба. Лили знала, что их посадил Северус.
Она влетела на ветхое грязное крыльцо и забарабанила в грязную дверь. Ну, сейчас она Снейпу все выскажет! Пусть засунет свое лечение себе... ну она скажет ему, куда! Как он смеет вообще предлагать ее отцу такое, такое!
— Какое такое? Ты что орешь? — дверь распахнулась и на пороге показалась миссис Снейп. — Ну и девицы нынче пошли, никакого стыда. Врываются и с ходу истерят. Чего тебе надо?
— Позовите Северуса! — Лили клокотала, словно чайник с кипятком на плите. Ну и грубая мамаша у Снейпа, за словом в карман не лезет. И за что только она ее невзлюбила? (и правда, за что?)
— Он болен. Уходи ты отсюда, одно расстройство и неприятности из-за тебя. Вы же, вроде как, разошлись? Не успела я обрадоваться, как ты опять тут. Да можно ли от тебя избавиться, маглокровка ты несносная? — забухтела Эйлин, которая полчаса назад еле откачала сынка, свалившегося прямо на пороге. Она тоже была в ярости — не посоветовавшись, не попросив помощи, Северус такое наделал! Хорошо еще, что жив остался... И все из-за этой грязнокровки высокомерной и заносчивой, которая возомнила о себе невесть что. Тоже мне, Елена Прекрасная магического мира! Все, видишь ли, обязаны, глянув на нее, биться между собой насмерть.
— Он мне срочно нужен! Пусть отвечает за то, что сделал! — негодовала Лили¸ пытаясь прорваться в дом.
— А что он сделал? — искренне заинтересовалась Эйлин, упорно держа оборону своего дома и не пуская настырную здоровую девицу в коридор. — Он твоего папашу спас, между прочим, и ты еще недовольна? Ну и ну, и это моему глупому сыну вместо спасибо! Права я была, когда говорила, что все маглорожденные просто неблагодарные, а он меня не слушал, говорил: «Ах, Лили не такая!» — передразнила она.
— Он... он Темную магию применил! Я его не просила! Я вообще против этого! И отца бы вылечили и без этого, зачем он это сделал? — бушевала Лили. — Пусть варит антидот! Мне ничего такого от него не нужно! Я не стану пачкаться Темной магией и Темными искусствами! — бушевала Эванс.
Из соседних домишек выглядывали любопытные соседки, предвкушавшие нехилое развлечение. Эйлин зыркнула по сторонам: скандалов она не любила, хотя волей-неволей и была постоянно в их гуще — когда они с Тобиасом начинали ругаться. Не желая давать пищу для сплетен и хлеба и зрелищ мерзким соседушкам, Эйлин схватила Лили за шкирку и затащила в дом. Дверь захлопнулась и сразу же активировалась Сфера Тишины, которую наложил Северус — у него нещадно болела голова после потери крови.
— Какая ты буйная девица! Не боишься, что от такой горластой стервы
— Темная магия запрещена в магмире, — упрямо талдычила свое Лили. — Я не хочу...
— Мало ли что ты не хочешь. Гиппогрифы улетели, поздно. Теперь уже не вернешь ничего. Положим, я тоже была категорически против! Всех маглов спасать, знаешь, никаких сил и жизни не хватит. И ни к чему это! Вы же верите в своего Бога и в загробную жизнь, так и радовались бы, что отправитесь к Создателю! А вам темные колдуны и ведьмы, понимаешь, жизнь продляют, противоречат христианским догматам! — Эйлин металась в тесном пространстве, и никак не могла успокоиться, настолько была возмущена претензиями девчонки. Да маги мечтают о таком, что сделал ее сын для обыкновенного магла!
— Какую жизнь, вы о чем! Без понятия, что там за бурду сварил Северус, но я не знаю зелья, которое бы лечило рак крови! Ведь волшебники раком не болеют, и поэтому зелий для его лечения просто не существует! Объяснение может быть только одно — Сев сварил темный эликсир, и скорее всего, забрал здоровье у какого-то другого человека, который и не подозревает, что скоро умрет! Это... это же Черная магия! Я против такого лечения, категорически! Нельзя отнимать жизнь у другого...
— Вот с этим полностью согласна! Нельзя! Нельзя забирать пару десятков лет жизни у моего сына! Ему еще жить и жить! И он за свою длинную жизнь многого добьется, а если раздавать ее направо и налево — то что же ему останется? — гневно вопросила Эйлин.
— Кааак? Какие еще пара десятков лет? У Северуса? — непонимающе переспросила Лили. — Да ну, зачем бы ему это... Кто добровольно отдаст свою жизнь совершенно постороннему человеку?
— А ты бы не хотела разве, чтобы твои родители прожили подольше, ты не отдала бы им часть своей жизни? — вкрадчиво спросила Эйлин.
— Я... я... не знаю! Но ведь родители... они пожили свое, маглы ведь не живут столько, сколько волшебники, — замямлила Лили.
— Это если своей смертью помереть в старости, то достаточно, конечно, пожили. А если от болезни умрут, молодыми, ведь обидно? — рассуждала миссис Снейп, немного успокоившаяся и севшая в потрепанное и продавленное пыльное кресло. — Эх, вы, грязнокровки и есть грязнокровки! Вы же ничего не знаете о нашем мире, впрочем, как и мы о вашем, да. И все равно лезете бездумно, летите как мотыльки на огонь.
— Я закончила Хогвартс на «отлично», — вяло сказала Лили, призадумавшаяся вдруг над состоянием Снейпа утром. И правда, что-то с ним было не так, как будто он часть сил потерял. Ведь еле шел... и ее, наверное, просто не видел, боялся, как бы упасть посреди коридора... А он ведь такой гордый и независимый... Сердце вдруг больно кольнуло.
— А толку-то от твоего «отлично». Все равно ничего не знаешь. Не знаешь, что есть Темная Магия и Темные Искусства! И разница между ними значительная.