К северу от Чернобыля

Лабунский Станислав

Подключился.

Запомни, обращения: Умничка, Связной, счетовод, бухгалтер, связь давай, Электроник и Чугунка, это все к тебе.

Запомнил.

Умничка, дружочек, сделай милость, посчитай тридцать процентов от двенадцати миллионов и подели на восемь.

Четыреста пятьдесят тысяч, выдал результат Умник.

Почему на восемь? — недоуменно протянул Волк.

Нас семеро и Умник, пусть себе запчасти покупает, они у него знаешь какие дорогие. Я в прошлом году антенну устанавливал, денег потратил, мать моя женщина!

Я плотнее прижался к стене,

надеясь лишь на то, что занятая беседой команда не смотрит на своего горе-командира. Уши горели огнем. Я, как и Волк, делил на семь. Это мне урок, слово не воробей, вылетит, не отмоешься.

К выходу в рейд готовсь, форма одежды черные плащи, старший в походе Волк. Дальше он командует.

Подъем! — заорал новоявленный босс, и только тут всем стало ясно, что студент все проспал. Пять минут на туалет и сборы. Еда сухим пайком. До рассвета мы должны проскочить КПП на Свалку. Время пошло!

Через пять минут, пройдя кордон по его единственной улице, наша группа вышла на растрескавшийся асфальт дороги на Припять. Приняв круто вправо, мы подошли к разрыву в колючей проволоке, протянутой вдоль железнодорожной ветки.

Дай мне напиться железнодорожной воды, выдал наконец проснувшийся студент.

Всем тихо. Ложись, оружие к бою!

Я прислушался к звукам в ночи. Настало время для быстрых танцев. Стрельба под мостом пошла совсем другая. Три-четыре «Калашникова» вели огонь короткими очередями, в ответ им заливисто стрекотали «Гадюки», числом так с полдесятка, а то и побольше. Наш маленький, но дружный коллектив залег на южном склоне насыпи, положив стволы автоматов на холодные рельсы. В правом боку что-то кололо, чесался нос, в горле напрочь пересохло. Я очень не любил всех бандитов и одного авантюриста из банка, прикинувшегося крутым бойцом. Перестрелка резко стихла. Наступила минута полной тишины. Мы даже дышать забыли.

Пацаны, я маслину поймал! В ноге дырка, помогите, пацаны! раздался жалобный визг в темноте.

Мясник, в натуре, метнулся резко, прирежь эту падлу и нас догоняй.

Огонь!

Свинцовый шквал обрушился на северный склон. Перезарядив автоматы, мы продолжали лежать.

Пацаны, что у вас там? Вы что молчите? надрывался в кустах подранок.

Микола, сбегай за «языком». Особенно не рискуй, без пленного мы обойдемся, а без тебя нет. Дядька Семен, Лекарь собирают трофеи, остальные охраняют.

Первым управился Микола. Он, подталкивая автоматным стволом в бок, подогнал пойманного раненого к Волку.

Рана сквозная, чистая, кость не задета. Перевязал, уколол обезболивающим.

За это время закончили и трофейщики. Один из четырех собранных рюкзаков, явно который потяжелее, мстительный дядька подсунул Волку.

Налево, шагом марш!

Я не видел людей, страшнее людей цвета хаки!

Мы тебя в следующий вертолет в мешке закинем!

Извините, господа, больше не повториться, за мной!

Мы двинулись в предрассветные сумерки, пришедшие на смену ночной темноте. К воротам на Свалку подошли вместе с утренней зарей. Посланцам Авроры не все были рады. Очередной

представитель клана бандитов выскочил из-за шлагбаума с воплем: «Мочи козлов» и успокоился, только получив прикладом по голове. Второго с гранатой в руках просто пристрелили. Пройдя через две комнаты КПП, я вышел и увидел Свалку.

Взгляд на Свалку вызывал чувство радости за могущество человека. Горы мусора громоздились до самого неба. Брошенная техника, обрезки труб, обрывки кабеля и вообще неизвестно что, были ссыпаны в рукотворные горы. Если бы я захотел спрятать пирамиду Хеопса, я бы поставил ее здесь, слегка присыпал бы мусором и спокойно лег бы спать, твердо зная, что ее никто не найдет. Титанический размах самой последней и самой дурацкой империи.

Любоваться пейзажем, не было времени. За брошенным на дороге разбитым бронетранспортером что-то происходило.

Ну, что вы ко мне привязались. Я совсем пустой. Ни денег, ни артефактов. Отстаньте, давайте от меня.

Давай деньги гони, сталкер, а то по шее дадим. Больно будет, сталкер.

Обогнув БТР с двух сторон, мы увидели как троица в кожаных плащах, идентичных нашим, потрошит жалкий скарб одинокого сталкера. Я посмотрел на Волка.

Ответ должен быть адекватным, по шее и чтоб было больно.

Волк не долго думая, дал ближнему по шее, внеся свои дополнения. Он двинул его стволом автомата. Бандит рухнул как подкошенный. Двое оставшихся, увидев направленные на них автоматные стволы, замерли на месте.

Это правильно, сказал дядька Семен. — Резких движений не делаем, живем долго и счастливо. Так, вы у сталкера взяли, что хотели, настало время ответных подарков. Что они у тебя взяли? — посмотрел дядька Семен на одиночку.

Да все выгребли подчистую.

Это нормально, это по-человечески. Значит, сейчас твоя очередь у них все забирать. Давай, давай, забирай у них все рюкзаки, оружие, патроны и иди себе с Богом.

Одиночка обобрал незадачливую троицу в течение одной минуты и счастливый рванул от места непонятной разборки.

Пусть черный сталкер позаботится о вас, крикнул он, убегая.

И к тебе пусть Зона будет милостива, ответил дядька Семен.

Наконец очухался бандит, захваченный на КПП. Я давно ждал этого момента и сразу же задал ему вопрос, ответ на который я никак не мог найти сам.

Послушайте, уважаемый, сказал я, почему вы сразу кинулись на нас с намерением стрелять? Ведь одежда у нас такая же, как у этих.

Да вы хоть что оденьте, с о злобой процедил пленный бандит. — Наши-то как ходят? Руки в карманы, спина согнутая, взгляд презрительный. А вы? Руки на ширине плеч, прете как танки. Сразу видно, каждое утро зарядка и кросс.

Я осознал слабость нашей легенды.

Мы в Темной Долине дружим со спортом. Это не мешает нам быть заправскими бандитами. И чтоб ты это лучше понял, сейчас вот эти трое, соскучившиеся без реального дела, тебя ногами попинают. Приступайте!

Визжать он начал сразу после первого удара и не переставал все время. Через пять минут он напоминал отбивную.