К тебе
Шрифт:
— Извини. Боже, ты стал куда чувствительнее с тех пор, как решил стать отцом.
— Вообще-то мы хотели с тобой посоветоваться, — улыбнулся я.
— Разумеется, вы можете назвать её Наоми.
Я рассмеялся.
— Мы прошлись по алфавиту. Имя «Наоми» не было фаворитом на букву «Н», извини.
— Чтааа?! И какое же имя меня обошло?
— Нина.
— Фу, — скривилась она.
— Дарби хотела, чтобы я уточнил, не возражаешь ли ты, если мы назовём её Мэдди.
— Конечно. То есть, Мэдисон слегка затасканное имя, на мой взгляд, но…
— Мэдлин. Дарби хочет назвать её Мэдди. В честь
Наоми застыла. Как только первоначальный шок прошёл, её глаза заблестели от слёз.
— Это так круто с вашей стороны, ребята. Да. То есть, конечно же, да, — Наоми прочистила горло. — Он был бы польщён. Мы оба… мы оба польщены.
— Спасибо, — сказал я, шлёпнув Наоми по плечу.
— Значит, решено? Мэдди?
— Мэдлин Роуз. Наверное. Я всё ещё пытаюсь её уломать.
— Оу! Роуз — это так мило.
— Это среднее имя Дарби. Она его ненавидит.
— Ясное дело, — засмеялась Наоми.
Мы вернулись в свой штаб как раз перед обедом. Мартинез со Слоаном уже ждали нас, Харбингер явился сразу за нами. В нашем распоряжении было помещение, переделанное из просторной раздевалки, с несколькими столами, но внутри было слишком уж тихо.
Я выждал целую минуту, глядя на дверь, а затем наклонил голову к рации, размещённой на вороте моей формы.
— Трекс вызывает Китча, приём.
Все члены нашей команды ждали, замерев на месте.
— Трекс вызывает Китча. Как слышно?
— Это ж День благодарения, — заметил Слоан.
— Знаю, — ответил я, следя за дверью и ожидая ответа по рации.
— Ему тяжело даётся это время года, — снова заметил Слоан.
— Знаю, — огрызнулся я. — Трекс Китчу. Как слышно?
Раздался треск помех.
— Лима Чарли[25], конец связи, — ответил Китч, дав понять, что слышит меня чётко и ясно.
Мы все вздохнули с облегчением и расслабились.
— Направляемся в столовую заедать стресс. Скорее тащи свою задницу к нам.
— Иду, конец связи, — ответил он. Опять раздался треск помех.
Мартинез откинул голову назад, стукнувшись затылком о свой шкафчик. Никто не осмеливался признать, что праздники действовали нам на нервы.
Китч был старше меня на семь лет. Он женился сразу после школы. Перед тем, как его в первый раз отправили в зону военных действий, у них с женой родился первенец — сын Дилан. В первую же неделю после его возвращения домой они с женой зачали дочь Эмили. Все трое родных Китча погибли мгновенно, когда заснувший водитель грузовика выехал на встречку и врезался в их машину. Мы с Китчем тогда застряли в шестичасовой перестрелке в шести километрах к востоку от Фаллуджи[26]. Китч отказался от увольнительной и не поехал на похороны. Он так и не вернулся в Куинси после случившегося, держась подальше от штата Массачусетс, но он носил с собой по всему миру сложенную фотографию, которую распечатал со странички своей жены в Facebook. Карен, Дилан и Эмили путешествовали вместе с нами по четырём континентам и прошли войну. Китч говорил о них так, словно они всё ещё были живы и ждали его дома, и мы не спорили с ним. Солдаты редко переживают свою семью.
— Я пригласила его в гости сегодня, — сказала Наоми. — Я собираюсь приготовить ужин, можете заехать ко мне, если хотите, —
— Можно взять с собой кого-нибудь? — спросил Мартинез.
— Разумеется, — ответила Наоми. — Главное, убедись, что Китч придёт.
— Договорились, — кивнул Мартинез.
На обед был ломтик жареной индейки, картофельное пюре, подливка из гусиных потрохов, салат с клюквой и яблочный пирог с ванильным мороженым. К тому моменту, как Китч дошёл до стола, мы все уже расселись по местам, старательно не замечая его покрытое пятнами лицо и опухшие, покрасневшие глаза. Я заметил, что кожа на костяшках его правой руки были содрана и кровоточила, а салфетка, которой он замотал руку, пропиталась красным.
— Эй, ты же не прокинешь меня с ужином, Китч? — спросила Наоми.
— А? — переспросил он, очнувшись от преисподней, в которую погрузился. — Нет. Я приду.
— Вот и ладно. Я заеду за тобой. Будешь моим «плюс один», — подбодрил его Мартинез.
Китч кивнул.
— Пусть каждый принесёт с собой выпивку. После ужина мы поедем развлекаться, а в праздники бары дерут двойную цену за алкоголь, — сказала Наоми. — Вот уж повеселимся вечером. — Китч нахмурился и Наоми ткнула в него пальцем. — Ты единственный из нас умеешь танцевать тустэп, — показав на его окровавленную руку, она продолжила. — Приведи эту хрень в порядок, а затем своди меня повеселиться, мудила.
— Ладно, — проворчал он.
Мартинез улыбнулся. Наоми всегда знала, как подбодрить Китча, когда тот впадал в тоску.
— Я буду трезвым водителем, — вызвался я.
— Так ты придёшь? — ухмыльнулась Наоми.
— Кто-то ведь должен возить вас, бухих неудачников, — кивнул я. — Не хочу потом вносить за вас залог, а то ещё на работу опоздаете. Я не горю желанием оставлять Дарби одну дома на День благодарения…
— Ну так возьми её с собой, — предложил Слоан.
— Не стану я тащить в бар свою глубоко беременную девушку, — нахмурился я. — К тому же, ей надо быть на работе к одиннадцати.
— Вы обязательно должны ко мне заехать, — сказала Наоми.
— Она весь день готовила угощение.
— Тогда приезжайте после ужина, — предложил Харбингер. — Мы так и поступим.
— Ладно, — кивнул я. — Я спрошу Дарби. Уверен, она не будет против. Мы заедем перед её работой.
Китч ковырялся в тарелке, так и не прикоснувшись к еде.
— Смирно! — раздался приказ Сандерса у дверей в столовую.
Мы повернулись и увидели, как в помещение вошёл генерал. Несколько служащих ВВС в другом конце столовой встали со своих мест и отдали приветствие. Мы перестали есть и уставились на вошедшего, пытаясь понять, из-за чего переполох. Генерал подошёл к нашему столу.
— Трекслер, мои поздравления, по распоряжению сенатора Беннета твоя команда свободна до конца дня и может провести его остаток в семейном кругу.
— Что?! — возмутилась Наоми.
— Спокойно, Абрамс, — сказал генерал. — Все гражданские служащие сегодня заканчивают раньше.
Наоми расслабилась. Опираясь локтями на стол, она сидела, опустив голову.
— Наслаждайтесь праздничной трапезой, а затем соберите вещи на выходные.
— На выходные? — переспросил я. — А кто же будет заниматься охраной комплекса?