Кадет
Шрифт:
— Ворон? — Валент обернулся к Ретену.
— Хорошо, — кивнул тот. — Передам, чтобы поискали. Телеграммой передам.
— В петле поискали? — очень напряженно спросила Эрс.
— Конечно. Если мы все правильно поняли, отметился там кто-то из Шоргуа. Так, ресса?
— Из сильных Шоргуа, — кивнула она. — Очень сильных.
— Вот и проверим.
Ретен начал подниматься:
— Мне придется вернуться в Реску. Основное расследование развернется в столице. Эрдари, ты едешь со мной.
— Разумеется, — почесал тот
Вообще-то, Пепел рассчитывал, что Ретен хотя бы растеряется, но тот лишь хмыкнул, заставив парня поморщиться:
— Что? Небось давно мечтал, папенька?
— А как же, — не стал отпираться ресс. — Это ж действительно мечта. Тихий, спокойный, не дерзит, ни во что не лезет… Нет, идея мне определенно нравится. В целом. Но я бы хотел разобраться и в деталях. Зачем в столице твой труп?
— О! В точку. Именно так. Вся Реска должна узнать о моей безвременной кончине, — Дари мечтательно закатил глаза. — Хорошо бы всеобщий траур объявить…
— Обойдешься. Сначала стань членом правящей семьи.
— Это, в том смысле, чтобы на дочке императора жениться? Не, не могу. У меня уже Рин есть.
— Ээ… — Ресса решила, что пора вмешаться. — Не пойму, вы серьезно?
— Угу. Нашему прохвосту понадобилось инсценировать свою смерть.
Пепел энергично закивал, подтверждая:
— Точно.
— А зачем?
— Вот это он нам сейчас и объяснит. Очень надеюсь, что внятно.
Пепел почему-то почувствовал себя словно перед докладом у занудного и педантичного мэтра Часми, главы кафедры ненавидимой им риторики и древних языков. Но быстро встряхнулся, отогнал наваждение и попробовал донести свои не слишком однозначные идеи максимально убедительно.
— Смотрите, мы собирались приехать в Сонресорм, послоняться там какое-то время, разведать общую обстановку — без особой конкретики — и попробовать половить кого-нибудь на живца. То есть на меня. Так?
И дождавшись пары кивков от скептически настроенных слушателей, продолжил:
— А в итоге вместо живца из меня получилась мишень, — Пепел задумчиво почесал нос. — Тоже, кстати, ничего — как вариант. Можно бы и с этим поработать и чего-нибудь выудить, если бы не одно «но».
— Слишком крупной эта мишень получилась, — продолжил его мысль Валент. — Если по тебе и дальше продолжат лупить настолько серьезно, устанем трупы собирать.
— Во-от! Вот именно!
— Угу, — заломил бровь Ретен. — А еще… могут ведь и попасть. Даже не смотря на твою везучесть.
— Везучесть? — Дари попытался повторить трюк с бровью, но вместо этого зашипел от боли. — Серьезно? Вот это вот — везучесть?
Он недоуменно обвел взглядом палату, явно имея ввиду не только себя, но и остальных пострадавших в катастрофе. И поймал жесткий взгляд ресса:
— Все могло закончиться гораздо хуже! Спасибо капитану, державшему управление до последнего.
— Погиб? — притих Пепел.
—
— И я в том числе. Ну, и в чем тут везение?
— Эрдари, дирижабль загорелся и упал, но при этом из пятидесяти человек на борту погибли четверо, а половина даже не пострадала. Так что ты не просто везуч, ты фантастически удачлив! Я вот думаю, не поискать ли у тебя третий дар? А? Где два, там и три.
— А где три, там может и еще чего обнаружится, — хмыкнул Валент.
— Чушь, — отмахнулся Пепел. — И вообще, речь сейчас не об этом, а о мишени. Я тут подумал, а что если перевести ее, то бишь меня, в отстрелянные?
— Почему нет? Имеет смысл, — первым откликнулся Штопор. — По крайней мере, имперские дирижабли точно целее будут.
— Если оно, конечно, прокатит, — добавил скепсиса Ретен.
— Прокатит, — а вот Пепел глядел в будущее с оптимизмом. — Смотрите, как все замечательно складывается: и в госпитале меня уже похоронили, и морду узнать невозможно…
— Почему? — удивился ресс. — Вполне узнаваема.
— Папенька, про тебя разговора нет, ты меня и до кос видел. А вот ресса Эрселин, к примеру, узнала бы меня сейчас? Увидев мельком и не приглядываясь?
Та пожала плечами, но скорее соглашаясь с Пеплом, чем наоборот.
— Ну… Возможно в этом что-то есть, — подумав, кивнул Ретен. — Похож ты сейчас именно на то чучело, что я встретил в Прауте три года назад, а не на четвертого ресса старшего рода.
— Господин Валент, — обернулся Дари к непривычно молчаливому декану, — а вы, как специалист в таких вопросах, что скажете?
— Пройдет. Если кое-где кое-чего добавить и подрисовать. Вполне.
— Во-от! — опять обрадовался Пепел.
Но его энтузиазм тут же пригасили:
— Я лишь не понял, зачем оно нужно? Допустим, мы объявим тебя мертвым, чтобы прекратить покушения, но ведь спрятать тебя потом не трудно и без смены внешности.
— Стоп, вы меня не так поняли, — вскинулся Дари. — Идея же не в том, чтобы прятаться. Или вы подумали, что я это от страха?
— Не подумали, — отрицательно качнул головой декан. — Знаем, что это, к сожалению, не твой случай.
— Угу, — немного успокоился парень. — Так вот, я очень не люблю, когда меня слишком активно вынуждают к чему-то. И если мне столь прозрачно намекают, что в Сонресорме делать нечего…
— То как раз туда тебе и надо, — кивнул Ретен и поджал губы. — Ясно.
— Ну что ясно-то? — чутко уловил настроение опекуна Пепел. — Я еще не закончил!
— Ясно, что пахнет твое предложение очередной авантюрой.
— Почему? Ну подумай, где меня будут искать в последнюю очередь? А?
— Погоди, — остановил готового возразить ресса Валент. — В этом что-то есть. Сонресорм действительно последнее место, где он, по логике, должен обнаружиться.