Как растут города
Шрифт:
— Ты опять пришёл торговать, чужак? И смотрю, твои дела идут успешно.
— Так товар у меня хороший. Я ведь тебе его предлагал, а ты отказался. Видишь — пришёл и всё продал. И хоть дорога порой бывает трудной, пройти её всегда можно.
— Конь тоже быстро скачет, но порой спотыкается, и хорошо, если при этом не упадёт и не сломает себе шею.
— А это всё от всадника зависит, какую он дорогу выберет и как скакать будет.
— Умный конь не пойдёт по опасной дороге, где может сам шею сломать и всадника загубить. Ты мне казался умным человеком, чужак. Неужели я ошибся?
— Сусланбек,
— Ты мне угрожаешь? Мне, в моём городе?
— Ни в коем случае, просто напоминаю, что я мирный торговец, но даже заяц, если его загнать в угол, начинает не бежать, а защищаться.
После этих слов Сусланбек огрел коня плёткой, тот рванул с места с такой прытью, что меня осыпало вылетевшей из под копыт землёй.
— Молодец, Азамат. Мы уже всё продали, отправляй всех людей на корабли, со мной останешься ты и одно отделение. Мы только обойдём купцов и тоже отправимся на Вирию. Пусть Изик готовится к отплытию.
За несколько часов я обошёл знакомых купцов, одаривая кого ниткой бус в подарок для женщин, кого какой-нибудь безделушкой для детей и приглашая всех для торговли в Сурск. Завершив таким образом все свои дела и получив подтверждение всем самым худшим ожиданиям, отправился домой.
Мне уже приходилось бывать здесь, так что многое было знакомо. А вот воинам всё было в диковинку. Правда, я сначала даже не думал, что нам удастся пройтись по рынку. Вик принял такие меры предосторожности, будто высаживался на вражеский берег. Но всё успокоилось, и на другой день нам разрешили погулять по рынку. Ходили только в составе отделения, и никто в сторону не отходил.
Но и этого оказалось достаточно, для всех это было первое посещение подобного места, и такое количество людей, товаров и разноязычная речь производили ошеломляющее впечатление. Но можно только порадоваться, как мы хорошо тренировались. Вовремя поданная команда «Опасность» сразу сработала, исчезли открытые рты и удивлённые глаза, а все стали смотреть вокруг с большим подозрением.
Пришлось всем напомнить, что они разведчики и должны не просто пялиться вокруг, а изучать местность и быть готовыми вступить в бой. Я просто повторил те истины, что вбивал в нас Вик, и этого оказалось достаточно, бойцы сразу пришли в себя и превратились в расчётливых и хладнокровных воинов. Но поход оказался полезен для всех, люди увидели другие места, новые обычаи, порядки, сами убедились в правдивости историй Галины, пока не всех, но будут ещё походы.
И поняли, какую сложную задачу им доверили — охранять груз и людей в дальней дороге и в таких местах. Мне потом некоторые честно сознавались, что им проще было стоять перед медведем с рогатиной, чем на этом рынке. Но разговоров о его посещении нам хватит, я чувствую, надолго. Многие ещё имели с собой шкурки, так что с разрешения прикупили какие-то подарки для своих родных.
Глава 23
Всяческие события, мирные и нет
Встретивший подъехавшего купца слуга принял повод и сказал:
— Проходи, Сусланбек, хан ждёт тебя.
Войдя внутрь юрты, купец будто наткнулся на внимательный взгляд хозяина здешних земель и торопливо согнулся в низком поклоне.
— Здоровья и долгих лет жизни тебе, Повелитель.
— Редкий ты гость здесь, Сусланбек, гордым стал. Рассказывай, что тебя заставило искать моей помощи. Ведь ничего другого тебе не надо.
— Да, за помощью пришёл. Только разреши кое-что показать. Эй, Джильдар, неси давай.
На внесённом верным слугой ковре лежали: несколько ножей, отлично выделанная глазурованная керамическая посуда, расписная деревянная, меха, бутылка с настойкой, лампа, фонарь, бумага, стеклянные украшения, бусы.
— И что, ты решил мне продать эти вещи, купец?
— Повелитель, это только то, о чём я хотел с тобой говорить. Появился на нашем рынке чужак, уже несколько раз приезжает и торгует вот такими вещами. Вот это огненная вода, ты слышал, наверное, о ней, это бумага, её очень хорошо покупают арабские купцы, лампа, которая светит очень ярко и позволяет ночью видеть всё, как днём. А это фонарь, с ним можно ходить в темноте по улицам, и он ярко освещает дорогу. Очень красивая посуда, её тоже хорошо покупают арабские купцы. Ножи хуже, чем у дамасских мастеров, но всё равно хороши, лучше чем у многих других.
— И что мне от этого?
— Живёт купец выше по реке, приплывает, когда лёд сходит с реки и когда она собирается встать на зиму. Там расположен город, где все эти вещи и делают. Я несколько раз пытался его захватить, но каждый раз моих воинов всех уничтожали. У чужака есть какое-то неизвестное оружие, которое издаёт громкие звуки и хлопки, от которых все умирают. Из него можно стрелять так же далеко, как из лука, но при этом умирает не один воин, как от попавшей стрелы, а целый десяток.
Своей торговлей этот чужак приносит мне большой убыток. Мои товары не продаются, все покупают вот эти, — и купец указал на разложенные предметы, — а раз идёт убыток мне, то и тебе. Вот я и хотел попросить тебя подумать о походе на город чужака, добыча будет хорошая, ты видишь, что там можно взять. Весной купец приводил четыре лодии, так что товара там будет много. И новое оружие тебе тоже, наверное, будет полезно.
— Ты правильно понимаешь своё место, купец. А сколько там воинов?
— Мы ни разу не видели у него больше трёх десятков. Но я весной отправил туда две сотни воинов на лодках, так он их всех уничтожил из своего диковинного оружия.
— Ну, это и неудивительно. Откуда речной сброд может уметь воевать! Значит, ты просишь меня захватить город? А тебе это зачем нужно?
— Я думаю, ты захватишь всех мастеров, а потом позволишь мне заставить их работать. Они будут для тебя делать такие вещи, всё, что тебе нужно, ты возьмёшь себе, а остальное позволишь мне продать и получать от проданного половину.
— Ты слишком много хочешь, Сусланбек. Я разрешу тебе построить мастерские и пущу туда работать своих новых мастеров, и ты будешь торговать моими товарами, а за всё это получишь треть.