Как стать миллиардером
Шрифт:
– Молодец, – одобрительно сказал второй. – Туктаров Талгат Дамирович, так в паспорте и написано. Давай и дальше так же честно продолжай, глядишь, проживешь подольше. Рассказывай.
– Что рассказывать? – уже почти всхлипнул первый.
– А вот щас я тебе зубы прорежу, ты у меня сразу поймешь, и что рассказывать, и про что, и как, – пообещал второй. И вдруг заорал так, что зазвенели оконные стекла: – Кто вам моего друга заказал? Говори! Быстро!
– Какого друга? Кто заказал? – еще громче завизжал первый.
– Моего друга!
– Не знаю! Я ничего не знаю! Мне никто ничего не заказывал! – надрывался первый.
– Что, память отшибло? – спросил второй. – Ничего, щас ты у меня все вспомнишь.
В наступившей тишине послышался щелчок, который я не смогла бы спутать ни с чем другим. Щелчок взводимого курка. И вдруг я совершенно точно вспомнила, где уже слышала этот голос. Боже, благослови дилетантов, добровольных горе-помощников, не доигравших в детстве в сыщиков и потому вечно путающихся под ногами и сующих нос не в свое дело!
– Дмитрий Иванович, опустите оружие, – сказала я, выходя из-за шторы. – Вы же видите, он и в самом деле ничего не знает.
Мое внезапное появление произвело неизгладимое впечатление и на Умецкого, и на избитого им парня. Кто-то из них от избытка чувств даже испортил воздух. Звук получился глубокий, прочувствованный, но, увы, я не могла определить источник. Оставалось только надеяться, что это был не Умецкий. Первым, как ни странно, пришел в себя Туктаров.
– Помогите! – жалобно заскулил он, косясь на Умецкого.
– Заткнись, слизь, – бросил Умецкий, даже не глядя в его сторону. – Евгения Максимовна, что вы здесь делаете?
– Новогоднюю елку наряжаю, – фыркнула я. – Я-то здесь делаю свою работу, а вот вас как сюда занесло?
– Это квартира того урода, который стрелял в моего друга. Вы же сами с Борей на пару его вчера завалили, верно? А это чмо, – Умецкий ткнул стволом пистолета в скорчившуюся в углу фигуру, – ему помогало.
– Не помогал я! – заныл Туктаров. – Ничего не знаю!
– В самом деле, Дмитрий Иванович, почему вы так в этом уверены? – миролюбиво спросила я. – Какие у вас доказательства?
– А вы хоть знаете, на чьей машине ваш вчерашний труп катался? – ухмыльнулся Умецкий. – Слышь, ты, недоделок, это у тебя «Дэу» узбекская, золотистого цвета?
– У меня, – шмыгнул носом Туктаров. – Я ее Лехе дал на пару дней. Договорились с ним: я ему ключи от машины, а он мне – от квартиры.
– Вот видите, все и выяснилось, – мягко сказала я.
– Прокурору будешь сказки рассказывать, понял? – снова зарычал Умецкий. – Отдал бы он тебе квартиру на два дня, как же! А сам бы он где жил, пока ты тут баб трахаешь?
– Не знаю, не спрашивал, – снова захныкала несчастная жертва. – Мы с ним и раньше так менялись, я никогда не интересовался.
– И на сколько вы так менялись? – спросила я.
– По-разному. Чаще на день, иногда
– И сколько раз вы так делали? – продолжала я.
– Не помню, пять или шесть, – простонал Туктаров.
«Все верно, шесть», – подумала я, вспомнив шесть зарубок на прикладе карабина покойного снайпера.
– Отпустите меня, не убивайте, пожалуйста! Я ведь ничего не делал, мне просто квартира была нужна. Я ведь с родителями живу.
– Пойдемте, Дмитрий Иванович, – сказала я. – Он не врет. Он действительно больше ничего не знает.
– Врет, – убежденно сказал Умецкий. – По морде вижу, врет.
– Не вру я! – снова застонал Туктаров. – Было у него ружье, я видел, но зачем оно ему, не спрашивал. Какое мое дело!
– Ладно, сделаю вид, что поверил, – сказал Умецкий, пряча за пояс брюк свой «ТТ». – Только вот что еще, сученыш: твоя тачка в ментовке, тебя самого уже по всему городу ищут. Если что про нас ментам вякнешь – пеняй на себя. Голову откручу, понял?
Туктаров часто-часто закивал головой.
– Одну минуту, Дмитрий Иванович, – сказала я, заметив, что Умецкий собирается уходить, подошла к письменному столу и потянула на себя выдвижной ящик.
– Что вы там забыли? Свою косметичку? – поинтересовался Умецкий.
– Информацию, – ответила я. – Что-нибудь, что может навести нас на личность заказчика. Вы бы лучше помогли, чем упражняться в остроумии.
– Дело, – согласился Умецкий и одним движением смел с верней полки шкафа все книги.
В течение нескольких минут мы перевернули квартиру вверх дном. Умецкий даже полки на кухне посрывал и опрокинул шкаф, но найти ничего не удалось.
– Евгения Максимовна, вы на машине? – спросил он, когда мы закончили громить квартиру и вышли на улицу. – Подбросьте меня до офиса, пожалуйста, а то я пешком. Сорвался втихаря, даже машину не стал брать. На маршрутке добирался.
– Откуда у вас этот адрес? – спросила я, садясь за руль.
– Самое главное по жизни – всюду иметь знакомых, – ухмыльнулся Умецкий. – Нашлись добрые люди, шепнули. И снайпера покойного координаты, и этого крысеныша, который ему свою тачку для работы одалживал. Конечно, здесь его застать я не рассчитывал, тем более со спущенными штанами. Зачем сперва сюда поперся – сам до сих пор не понимаю. Как жопой чуял. А тут мало того, что придурок этот отыскался, так еще и вы в придачу. Сюрпрайз, блин.
– Я просто делала свою работу, – напомнила я.
– Да я понимаю. Я просто не предполагал, что у вас получится. И снайпера вы отловили, и адресок пробили, и этого чмошника вычислили. Нет, я понимаю, вы профессионал и все такое, но чтобы так быстро… Не ожидал, честное слово, не ожидал. А как вы в квартиру-то попали? Через балкон?
– Профессиональная тайна, – улыбнулась я. – Дмитрий Иванович, а ваши знакомые из милиции не упоминали случайно, были ли в машине какие-нибудь документы? Бумаги, фотографии…