Кал-центр
Шрифт:
– У нас более глубокий подход. Наши менеджеры работают по классическому, пусть и немного измененному продажному алгоритму…
Я сделал вид, что слушаю очень внимательно. То, что он говорил, я и так знал. У каждой крупной конторы свои тренинги, свои схемы продаж, которым учат новеньких, свои требования. Меня волновало другое, но спрашивать об этом нужно аккуратно. Или не спрашивать вовсе. Сначала закрепись, покажи себя, а потом о повышении вопросы задавай. Но в целом, условия, которые предлагала компания, соответствовали перечисленному в описании к вакансии. Все же
Белая зарплата, соцпакет, оклад плюс процент от продаж, карьерный рост и море бесплатного чая. Последнее я воспринял прохладно, потому что любил кофе, но улыбкой человечка все же наградил. Василий не стал скрывать, что мой спектакль произвел на него хорошее впечатление, поэтому поднялся со стула и, подойдя ко мне, пожал руку.
– «ВебЛайн» ориентируется не на количество сотрудников, а на их качество. Нам не нужны косноязычные, неграмотные и ленивые. Только настоящие специалисты, для которых продажа – это искусство. И им, как видишь, даются разные плюшки.
– Это и подкупает, – честно ответил я. В целом, меня все устраивало. Офис, который спешно обустраивали, говорил о том, что у компании большие планы, значит, ближайшие года два-три можно спокойно работать. Оформление по ТК тоже давало гарантии, что тебя не выпнут на мороз просто так, потому что кому-то что-то не понравилось. Да и график был приятным. Два через два по двенадцать часов, часовой обед и четыре перерыва.
– Юлить не буду, – улыбнулся Василий. – Ты мне понравился. Мы набираем пока только одиннадцать человек в отдел продаж. Но, скажем так, у тебя есть все шансы.
– Буду надеяться, – улыбнулся я и, пожав влажную ладошку рыжего человечка, с трудом подавил желание вытереть руку об штаны.
Ангелочек Настя позвонила мне через три дня, когда я ужинал дома, вернувшись после ударной тренировки. В её голосе было столько радости, что я чуть не съязвил, однако сумел побороть свое ехидство, вежливо поблагодарил и сбросил вызов. Потом повернулся к маме, которая стояла в проеме, и улыбнулся.
– Завтра выхожу на обучение, – сказал я и улыбнулся, когда мама захлопала в ладоши. Она радовалась всем моим победам. Единственная, чья радость была искренней. Но внутри почему-то ворочался червь сомнений. Тогда я и представить не мог, на что подписываюсь.
*****
Утром, встав пораньше, я выгулял Шершня, который половину прогулки пытался залезть на парализованного той-терьера моей соседки Сашки, позавтракал и, покидав в торбу нехитрый обед, выдвинулся в центр города. Заспанные и унылые люди, обреченно идущие на остановку, меня нервировали, поэтому пришлось достать плеер из рюкзака, размотать наушники и попытаться отрешиться, благо, что музыка была нормальной. Но тут я даже не сомневался. Ромка, по кличке Жаба, с которым мы познакомились на одном из концертов, исправно снабжал меня новинками темной музыки, не забывая о том, что я люблю не сильно тяжелое, но мелодичное, с электронными вкраплениями. Именно он открыл мне L’amme Immortelle, Zeraphine и Wolfsheim, за что я был ему премного благодарен. Музыка защищала меня от серости и грязи родного города, словно добрый друг.
Поэтому ни переполненный трамвай, ни ароматы нечищеных зубов и перегара не могли убрать
Когда я подошел к офисному центру, в глаза бросилось большое скопление людей. Кто-то разбился на группки, кто-то осторожно рассматривал соседей, сидя на лавочке под ивой. Неподалеку от закрытого киоска с выпечкой весело щебетала компания девушек. На миг мне показалось, что я снова попал в школу. Но стоило только моргнуть, как наваждение исчезло. Это была не школа.
Отойдя в сторонку, я посмотрел на часы. Еще двадцать минут. Можно спокойно покурить, перевести дух и потом подниматься наверх. Я редко курил дома, чтобы не мешать маме, поэтому первой сигарете решил отдать должное и выкурить её с наслаждением.
– Сигареты не будет? – спросил меня высокий парень, подходя ближе. Я вздохнул и, вытащив пачку «Пэлл Мэлла», протянул ему. – Спасибо.
– Травись на здоровье, – буркнул я, чиркая зажигалкой. Парень затянулся и кивнул, а я, пользуясь моментом, внимательно его рассмотрел. Высокий, сутулится, глаза усталые, вьющиеся волосы взлохмачены. Он напомнил мне взъерошенного старого льва, которого изгнали из прайда более молодые и сильные самцы.
– В «ВебЛайн»? – спросил он.
– Ага. Все туда же?
– Да, – подтвердил он и протянул руку. – Лео.
– Денис. А Лео – это, как черепашка-ниндзя? – Лео скривился, словно ему на мошонку кипятка плеснули, но выдавил из себя улыбку и покачал головой.
– Нет. Лео – это Лео. Леопольд Шнайдер.
– Исконно русская фамилия. Шнайдер, – хмыкнул я, а потом обвел взглядом толпу. – Не похоже на одиннадцать человек.
– Тут и другие отделы еще, – пояснил Лео, указав рукой на остальных. – А ты в продажи?
– В продажи, – снова вздохнул я. Сигаретой насладиться не дали, так еще и усталый Лео, кажется, нашел благодарного слушателя.
– Парни, вы тоже в «ВебЛайн»? – спросил пухлый паренек, услышав обрывок разговора. Когда Лео кивнул, он расплылся в улыбке. – А чего? Не пускают еще?
– Пропуска не принесли, – устало ответил ему Лео. – Ждем.
– Понятно, – хмыкнул пухлый и протянул мне ладонь. – Антон.
– Денис. А это Лео. Просто Лео.
– Очень приятно.
– А мне-то как, – съязвил я. – Дай угадаю. Тоже в продажи?
– Ага… – я не дослушал его, потому что из офисного центра вышла ангелочек Настя с неизменной улыбкой на лице.
– Простите за задержку, – виновато пожала она плечами и, повысив голос, добавила. – Девочки, входящие звонки! Встаньте слева!
Группка девушек, стоящих у киоска выпечки, тут же отделилась и встала в указанное место.
– Отдел по работе с проблемными клиентами. Вы рядышком с ними, – пять молчаливых девушек и один женственный парень тоже подошли ближе.
– Продажи, вы встаньте справа, – затушив окурок, я направился к ступеням, а Лео и Антон пошли за мной. Но даже с нами тремя, парней было куда больше одиннадцати. То ли рыжий Василий соврал, то ли подходящих кандидатов было больше и им тоже решили дать шанс. Настя улыбнулась, пересчитала всех и махнула рукой. – Пойдемте.