Шрифт:
Что это блестит в воде?
Летом Катя поехала в оздоровительный лагерь. Уже не в первый раз! Катя любила так отдыхать. В лагере она с друзьями погружалась в самые различные и всегда непредсказуемые истории.
Лето выдалось особенно жарким, и детей выводили на речку чаще обычного. Черёмуха – такое красивое название у реки. Мелкая, только местами с головой скрыть может. Но в зной детям и просто ножки окунуть приятно.
Чтобы добраться на берег от лагеря, сначала следовали по сельской дороге, пыльной – дождей давно не было. Шли, в носу эту пыль ощущали. Зато рядом поле,
У реки лужайка, на ней старшие отряды костёр обычно разводили в конце смены. Вход в воду здесь пологий, песчано-каменистый. Старшие с криками залетали купаться. А кто помладше сидели на корточках, камушки перебирали. Поэтому только они и могли разглядеть «калейдоскоп из прошлого».
– Что это блестит в воде? – спросила Катя, предчувствуя что это не простая рыболовная блесна или пробка от бутылки.
Воспитательница с девочкой, осторожно ступая по речному дну, следовали по мелководью. В небольшом течении изображение блестящего предмета прыгало и манило. Катя выудила находку. Это оказался просто камушек! А может и не просто… Одна сторона отливала чернотой, как густая смола, другая – переливалась на солнце перламутром. Катя положила камень на ладошку и разглядывала, гадая, что это такое.
Вдруг рядом девочка заметила ещё и ещё такие же мелкие «драгоценности». Оказалось, что они лежали и ближе к берегу, только становились яркими, лишь когда светило солнце! В его лучах они начинали сверкать. А когда небо закрывалось облаками, цветные камни тоже прятались. И ещё когда высыхали на ладошке, становились тусклыми. Значит, их стихия – вода! Необычная находка!
Теперь для Кати каждый поход на реку был праздником! Она набрала целую коллекцию «блестяшек». Но ведь это не речная галька… Некоторые были похожи на раковины моллюсков. Только почему они затвердели?
Когда люди совершали злой поступок, про них говорили: «У тебя каменное сердце!» Но что злого могли сделать моллюски? У них, может, и сердца-то вообще не было?
Учись ходить по дну моря
В один из солнечных дней воспитательница привела в отряд дяденьку. Он был одет в свободные коричневые штаны и куртку, на ногах – высокие ботинки (как ему не жарко?!), на голове сидела необычная шляпа – такими Катя всегда представляла себе золотоискателей. А этот дяденька оказался геологом, Николай Викторович. Он приехал провести детям экскурсию.
Учёный показал, что прямо за омутом, у входа в лагерь, лежит на лужайке старый-старый жёрнов от мельницы, когда-то работавшей. А сейчас ни мельницы, ни домов рядом не осталось, только неподъёмный каменный круг с дыркой, как бублик.
Выше по течению Николай Викторович провёл детей через реку вброд как раз в том месте, куда детей водили купаться. Тут геолог начал говорить о том, что завладело Катей на долгое время.
– Представляете, – говорил, – есть такая наука – палеонтология, изучает она существ, живших задолго до нас.
– До нас или до Вас? – уточнил Паша, посчитавший, что разница в возрасте у него и у дяди порядочная, и нечего обобщать!
– И до нас, и до
– Миллионы! Что они, экстрасенсы что ли? Руками так воздухе водят перед собой и изучают, что было в прошлом?! – возразил снова Паша, ничего раньше не слышавший о такой науке, и смешно изобразил, закрыв глаза, как водят перед собой руками экстрасенсы.
– Нет. Не в воздухе. Ты под ноги себе посмотри. Ты сейчас, кстати, ходишь по дну моря.
– Не, ну еще и реку с морем путаете! – ехидно заявил Паша.
– В юрском периоде здесь было море. Вот, смотри, блестит что: это остатки раковин древних моллюсков.
– Ааах, – не удержавшись, вслух выдохнула Катя.
– Но здесь они мелкие, а мы с вами сейчас пройдём дальше по берегу, туда, где сделали выемку слоя земли, там есть более интересные сохранившиеся экземпляры.
И отряд последовал за геологом. А Катя – поплыла! Она так и представила, что она сейчас у дна яркого синего моря с волнистыми зелёными водорослями, гипнотизирующе колыхающимися. Она вся вытянулась, как гладкая рыбка, и двигалась под стаями других рыб, черепах, скатов, но таких странных видов, которых уже нет, а навстречу ей – огромный динозавр! Тут она предпочла очнуться. А отряд как раз уже пришёл к овражку, где предстояло в песке отыскать окаменелых моллюсков покрупней.
Активней всех старалась Катя. Это был просто восторг! Ей попадались целые закрученные ракушки, «чёртовы пальцы», размером больше её пальцев, двустворчатые моллюски…
– Послушайте, поясню вам, кого нашли, – начал собирать разбредшихся детей геолог. – Девочка, девочка…
Катя не хотела останавливаться. Вместо восторга её уже охватила жадность! Она подумала, что может скоро сюда вновь не попасть – воспитатели их не поведут, а такие драгоценности до времени, когда приедут родители, уж точно разберут деревенские дети! Те всегда всё знали и везде успевали.
Преодолевая себя, Катя всё же постаралась стать снова внимательной и слушать рассказы геолога.
– Вот аммонит с закрученной раковиной. Это головоногий моллюск, у него из ракушки наружу выступали голова и щупальца, за счёт их движения он двигался в воде. Знаете наутилуса? Это его близкий выживший родственник.
– Ну наутилус вроде побольше размером, – вспомнила Катя, она любила море и его обитателей, много читала про них.
– Ха, – ответил геолог, – аммониты были разного размера, встречались даже такие, которые в два раза больше роста человека!
– Чудище какое! – вспыхнул Паша.
– А щупальцами он водил вот так, – сказал геолог и изобразил движения, как Паша, когда смеялся над экстрасенсами. Отряд грянул смехом. Паша надулся, покраснел и замолчал.
– А вот это что такое? – показал учёный привычный всем «чёртов палец».
– Это известно, что – «чёртов палец»! – последовал очевидный ответ.
– Откуда он взялся?
– Откуда-откуда, с чёрта свалился! – снова блеснул умом Пашка.
– Да можно и так сказать, – согласился необидчивый Николай Викторович. – Это тоже был живой моллюск, и у него голова и щупальца выступали отсюда, – геолог указал на широкий край камня. – Они походили на каракатиц, только тоже попадались гигантские. А что помельче, объединялись в стаи, наводя страх на врагов. Назвали их в науке белемнитами.