Калин
Шрифт:
— Кибер никогда не ошибается.
Комис поднялся и направился к камину, в котором танцевали языки пламени. Там к нему присоединился Крэмм. Он был моложе и крепче, но очень похож на брата. Яркое пламя камина осветило их лица.
— Завтра я собираюсь проехаться по всем нашим стадам и отобрать лучшие особи. Поголовье нужно уменьшить на две трети. Естественно, мы оставим качественных производителей, а все остальные пойдут на продажу.
Дыхание Крэмма слилось с шипением газа, выходившего из горящего полена.
— Ты это серьезно?
— Да.
— Это
— Он в своей комнате или где-то в доме. — Комис повернулся к брату, который теперь ходил взад-вперед по холлу. — Это мой план. Если мы не можем сдерживать опустошительные набеги стервятников, а кибер говорит, что это именно так, то нет никакого смысла в том, чтобы работать на них. Зима уже не за горами. А значит, мы должны подготовить укрытие и фураж для животных. Стервятники, без сомнения, станут нападать чаще.
— Нам нужно уничтожить их, — бросил Крэмм с досадой. — И как можно быстрее, пока они не уничтожили нас.
— Как? Радиоактивами? — Комис отрицательно покачал головой. — Есть более эффективный способ. Профессор Хелман из университета сейчас работает над бактериофагом. Возможно, это поможет нам. Специально выделенный штамм мутационного заболевания уничтожит стервятников, не причинив вреда другим живым существам. Я разрешил ему использовать дюжину наших лошадей для создания сыворотки.
— А как же кибер?
Комис посмотрел на брата:
— А при чем тут кибер?
— Позволит ли он тебе поступать по-своему?
— Кибер Мид — гость, — отрезал хозяин Клига — я буду благодарен за любую помощь, предложенную им, за любой совет, который он сочтет нужным дать. Но у этого поместья есть только один господин. И этот господин — я, а не кибер.
Крэмм облегченно вздохнул:
— Это именно то, что я хотел от тебя услышать. Но разве благоразумно продавать наших лошадей? Цены сейчас не слишком-то высокие.
— Живая лошадь стоит значительно больше, чем ее шкура, — невозмутимо произнес Комис. — А нам нужны деньги. Все, до последнего гроша.
— Для Килан?
— Ну а для кого же еще?
Комис развернулся и вышел из холла. Коридор вел в его рабочий кабинет, сплошь заваленный книгами. Отсюда хозяин Клига руководил всеми финансовыми делами поместья. В этой комнате можно было увидеть различные документы и свитки, генеалогические таблицы, дающие детальную картину развития как животных, так и людей на протяжении многих поколений. Возле стены стоял прибор аудиовизуальной связи. Он смотрелся нелепо на фоне грубых камней и гобеленов, но был абсолютно естествен в этом мире, где все делалось вручную. Состояние экономики определяло ведение домашнего хозяйства, меблировку Дома, одежду его обитателей, а также возможность иметь аудиовизуальную связь, электричество, флайер.
На столе лежали открытые
Комис знал, что сокращение расходов будет недостаточным. Это лишь отсрочит неизбежное. Проблема не решится, если растягивать недельный запас провизии на десять дней. Им необходимо больше зарабатывать, а не экономить на всем.
И снова возникает вопрос: как это сделать?
Кибер наверняка знает ответ.
Комис нашел Мида на террасе с колоннами. Оттуда открывался замечательный вид на море, где бушевала стихия. Громко завывающий ветер приносил с собой запах и шум океана, разбивающегося о скалы.
Свет на террасу проникал сквозь открытые двери, одна из которых вела в комнату служанки, а другая в ту, из которой появился Комис. Он постоял, вглядываясь в темноту, и вдруг заметил, как что-то красное блеснуло во мраке. Это было мерцание эмблемы на форме Кибклана. Капюшон почти полностью скрывал лицо Мида, и лишь красная эмблема отчетливо выделялась в темноте. Когда кибер подошел, свет полностью выхватил его из мрака.
— Мой господин…
— Я искал вас, — сказал Комис. Он сделал шаг вперед, и дверь за ним тут же захлопнулась. Терраса погрузилась в темноту. — И не ожидал найти здесь.
— Это запрещено? Я не знал об этом, мой господин. Я шел по лестнице, полагая, что она приведет к морю. Но если эта часть дома предназначена только для членов вашей семьи, я немедленно удалюсь. — Мид колебался. — С вашего позволения, мой господин.
— Останьтесь. — Сейчас уже не было смысла в том, чтобы кибер ушел. — Вы провели много исследований. — Комис сразу перешел к делу. Время любезностей прошло. — Меня интересует ваше решение.
Мид был немногословен:
— Я не принимаю решений, мой господин. Я даю советы, и ничего больше.
— Ну и?..
— Я не понимаю вас.
Комис нетерпеливо обронил:
— Неужели мы будем играть словами? Что вы мне посоветуете? Как я могу увеличить доходы Клига?
— Я полагаю, мой господин, что вы не поняли цели моего визита. — Голос Мида сопровождался завываниями ветра. — Я не могу сказать, что вам делать. Я могу только предсказать последствия любого выбранного вами решения. Однако я высоко ценю ваши стремления. Всегда очень трудно смириться, что находишься на грани разорения.
Комис повернулся и, увидев скамейку, присел на холодный камень:
— Вы что, пытаетесь меня запугать?
— Зачем, мой господин?
Из-под капюшона выглядывала блестящая лысая голова Мида. Он спрятал худые руки в широкие рукава рясы, которая развевалась на ветру.
— В любом деле Кибклан придерживается нейтралитета. А я — его слуга.
— И вы тоже придерживаетесь политики невмешательства. — Комис глубоко вздохнул. — Расскажите мне все, — приказал он. — Я должен знать самое худшее, что может произойти.