Калиостро

Морозова Елена Вячеславовна

«Если перед нами предстанут два кандидата и один будет иметь градус выше, чем у другого, то первым за усердие свое будет принят тот, чей градус выше.

Масон Египетского ритуала должен быть честен, умом склонен к учению и поведение иметь безупречное; тот, кто не будет соответствовать этим требованиям, не будет принят в египетские масоны.

Не ждите, что молоденькое деревце принесет плоды; не даруйте степень ученика тому, кому не исполнилось двадцати пяти лет.

Тот, кто удостоится чести быть принятым, должен пообещать перед лицом Господа и начальников своих нерушимо хранить наши тайны и молчать обо всем, что происходит в наших храмах, а также строго соблюдать все предписания ордена.

Государи

являются подобиями Божьими; египетский масон обязан свято чтить всех государей, а более всего своего собственного; он никогда не выступит ни против законов той страны, где он живет, ни против религии этой страны.

Любить ближнего своего является второй священной обязанностью египетского масона; везде и всюду он должен быть справедливым, творить добро и облегчать несчастия страждущих.

Дети мои, любите друг друга и утешайте друг друга в печали; горе тому брату, который не пожелает утешить своего брата, ибо Господь лишит его своей поддержки.

В чистом масонстве есть только три степени, и вы должны признавать только три степени: ученика, подмастерья и мастера.

Ученик может стать подмастерьем только после трех лет упорного труда и послушания; подмастерье может рассчитывать стать мастером только после пяти лет трудов.

Ученики, вы подчиняетесь подмастерьям, и они назначают вам труды; а вы, подмастерья, исполняете повеления мастеров; и да не поселится в ваших сердцах ревность, и да будет пребывать в них братское согласие» ¹³.

Не желая вызывать лишних споров и раздувать соперничество, Калиостро постановил, что после трех лет трудов мастер получает право стать наставником для 12 мастеров, 24 подмастерьев и 72 учеников. Мастера должны собираться раз в три недели, подмастерья — раз в пять недель и ученики — раз в семь недель.

В довольно запутанной системе подчинения начальником самого Калиостро являлся пророк Илия, который, как и патриарх Енох, был взят живым на небо; по словам магистра, оба этих святых мужа покровительствовали египетским масонам. Ученики Илии не умирали, а, подобно учителю, забирались живыми на небо — если не начинали заниматься черной магией. Ближе всех к магистру стояли те, кто прошли очищение и возродились, словно феникс из пепла, наделенные многими способностями; они подчинялись только Калиостро. Ступенью ниже стояли масоны попроще, получившие право распределять эликсир молодости — но только с ведома начальников. У них в подчинении находились масоны, владевшие тайной красного порошка, превращавшего металлы в золото. И так далее, причем чем ниже степень посвящения, тем больше угроза попасть в лапы злых духов; таким образом, каждый египетский масон обязан был совершенствоваться в масонских трудах, дабы не оказаться во власти нечистой силы.

Интересно, что среди членов Калиостровой ложи в Лионе биографы находят сына акцизного чиновника Антуана Рето де Виллета, одного из будущих активных участников аферы с ожерельем, а Виллермоз прямо указывает на знакомство Калиостро и Рето ¹⁴. Сразу возникает вопрос: почему Калиостро не сообщил следователям, что был знаком с Рето? Или речь идет об однофамильце афериста? Или Рето вступил в ложу после отъезда магистра из Лиона? Однозначного ответа, как всегда, нет. Как нет ответа и на вопрос, почему 27 января 1785 года Калиостро неожиданно покинул Лион. Потому, что, собрав средства, не пожелал расплачиваться за строительство храма? Или потому, что снова не сумел превратить свинец в золото? Говорят, незадолго до своего внезапного отъезда он собрал с адептов 500 золотых луидоров для проведения публичных сеансов трансмутации металлов. Но ни на одном из сеансов золота не получилось; по утверждению магистра, вся вина лежала на зрителях, среди коих непременно оказывались либо грешники, либо скептики, а, как известно, любое сомнение

и любой грех сводят алхимическую реакцию на нет. Еще намекали на спекуляции графа с шелком, полученным им в качестве подношений; возможно, ему пришлось сорваться с места, дабы ускользнуть от внимания властей. Пишут также, что в Париж его призвал Рамон де Карбоньер, прослышавший о созыве всеобщего масонского конвента. А может, в его стремительном отъезде повинна Серафина? Или его призвал в Париж кардинал Роган, успевший к тому времени по уши увязнуть в интриге, придуманной Жанной де Ла Мотт? Калиостро тоже не останется (скорее, его не оставят) в стороне от поистине фантастической аферы с ожерельем. Так что 25 июля 1786 года, когда состоится церемония освящения храма Египетского масонства, Калиостро вынужден будет пребывать за пределами Франции и речь на открытии вместо него будет держать высокопоставленный масон Риголле:

«Братья мои, с горечью сообщаю я вам, что мы вынуждены проститься с нашим основателем, Великим Кофтой: он навсегда покинул Францию. Но мы должны быть благодарны ему, ибо все то время, кое пребывал он в этом королевстве, он посвящал почти полностью своим детям в Лионе и их счастью. Он хотел прибыть на открытие сие, однако Провидение воспрепятствовало ему. Мы не в силах проникнуть в секреты Верховного существа и должны лишь подчиняться Ему. Авраам согласился принести в жертву собственного сына, нам должно принести в жертву нашего отца. Но скажем, как Иов: Господь дал нам его, Господь и взял.

Прежде вы были слепы, теперь вам известно, какими чудесными милостями осыпало Верховное существо тех, кому позволило стать его учениками, коих он возлюбил. Так вооружитесь же силой, мужеством и мудростью.

Силой, ибо каждый настоящий масон египетский, построивший в своем сердце святилище, достойное Предвечного, обрел надлежащее мужество, потребное для поддержки и защиты законов и предписаний Великого Основателя.

Мужеством, дабы отважиться вступить на новый и незнакомый путь, неведомый прочим смертным, дабы пренебречь опасностями и философски проживать и счастье и несчастье, кои суть две главные составляющие нашей жизни.

Мудростью, чтобы суметь постичь высшие знания, истинную герметическую философию, чтобы заслужить возможность в искомый день соединить Солнце с Луной, получить величайшую награду, кою только может даровать человеку Бог, и достичь истинного совершенства, духовного и физического, дабы стать Его избранником и обладателем первичной и всеобщей материи.

Любите Предвечного всем сердцем, препятствуйте распространению зла, любите вашего ближнего и служите ему как можете, советуйтесь с совестью и избегайте сомнений, ибо они ведут к преступлению, преступление к греху, а грех — к проклятию Божьему» ¹⁵.

Затем мастер велел всем принести обет молчания, ибо во время посвящения подмастерья могли невольно узнать тайны мастеров. Церемонию посвящения провели согласно ритуалу Великого Магистра, о чем достопочтенный брат Александр Террасой де Савена отчитался Калиостро в восторженном письме: «Сударь и мастер, ничто не может сравниться с вашими благодеяниями, разве только та бесконечная радость, кою они нам доставляют. Те, коих вы избрали, открыли ключами двери Храма, придав нам силу и далее славить величие ваше.

Никогда еще Европа не видела столь впечатляющей и столь благочестивой церемонии; и мы дерзаем заявить, что все, кто стали ее свидетелями, более, чем кто либо, прониклись величием главного Божества и более, чем кто-либо, благодарны вам за вашу несравненную доброту.

Каждую неделю братья с подлинным пылом предаются неустанным трудам в ложе. Товарищи наши, проявив истинное рвение, избрали двух мастеров, удостоив их чести представлять вас. Труды наши и молитвы продолжались три дня: собрались мы числом 27 и в течение 54 часов совершали ритуал.