Калиостро

Морозова Елена Вячеславовна

Прежде чем выйти замуж за королевского жандарма Никола де Ла Мотта, Жанна сменила нескольких знатных любовников, каждый из которых был ей чем-то полезен. Не слишком образованный Ла Мотт устраивал Жанну: он не ревновал супругу, а когда речь заходила о деньгах, с готовностью внимал ее советам. В Саверне, где Жанна упала в объятия кардинала, она выхлопотала для мужа синекуру, позволившую ему приписать к своему имени титул графа, и стала именовать себя графиней. Получив от кардинала всё возможное на тот час, супруги Ла Мотт отбыли из Саверна в Париж, где сняли крошечный угол. Вместе с ними в столицу прибыл Ретоде Виллет, новый любовник Жанны, сумевший прекрасно найти общий язык с ее супругом. Рето был образован, обладал недурным голосом и умел виртуозно подделывать почерк. Еще Жанна сняла комнатушку в Версале, на площади Дофина, поближе к дворцу, куда и начала ходить едва ли не каждый день. Двери дворца были открыты для всех прилично одетых людей, и вскоре Жанна подробно изучила царившие там нравы и порядки и знала каждый уголок

сада.

^{Джузеппе Бальзамо, граф Калиостро. 1785 г.}

^{«Письмо с печатью» (lettre de cachet), подписанное бароном де Бретейлем, на основании которого был арестован Калиостро}

^{Барон де Бретейль (1730—1807), министр Королевского дома}

^{«Когда требовалось подписать протокол допроса, магистр делал росчерк “граф де Калиостро”, а протоколист зачеркивал графский титул…»}

^{Печать великого Кофты}

^{Шарль Тевено де Моранд (1741—1805)}

^{Дом в Бьенне, в котором чета Бальзамо-Калиостро поселилась вместе с четой Лутербург}

^{Английская карикатура на Калиостро-масона}

^{Художник Филипп Лутербург (1740—1812)}

^{Рим, церковь Санта-Мария-сопра-Минерва, на паперти которой по приказу суда инквизиции Калиостро отрекся от ереси}

^{Рим, замок Сант-Анджело}

^{Папа Пий VI (1775—1779)}

^{Вход в камеру Калиостро в замке Сант-Анджело}

^{Обложка рукописной книги «Святейшая Тринософия», авторство которой иногда приписывают Калиостро}

^{Кардинал Франческо Саверио де Дзелада (1717—1801)}

^{Крепость}

Сан-Лео

^{Внутренний двор крепости Сан-Лео}

^{Калиостро поднимают в корзине в крепость Сан-Лео.}

^{Рисунок того времени}

^{Граф Семпронио Семпрони, комендант крепости Сан-Лео}

^{В музее крепости Сан-Лео под этим портретом стоит подпись: «Калиостро», но кто и когда увидел графа таким?..}

^{Железные маски для запугивания и пыток узников инквизиции.}

^{Музей крепости Сан-Лео}

^{Железная клетка для непокорных узников инквизиции.}

^{Музей крепости Сан-Лео}

^{Камера Сокровищница (Tesoro) в крепости Сан-Лео}

^{Камера Колодец (Rozzetto)}

^{Люк в потолке камеры Колодец}

^{Свидетельство о смерти Бальзамо-Калиостро}

^{Скамья в камере Колодец, где скончался Бальзамо-Калиостро и куда нынешние поклонники Великого Кофты приносят цветы}

Подготовившись, Жанна симулировала обморок в покоях принцессы Елизаветы; хитрость удалась, принцесса обратила на нее внимание, а услышав, сколько лишений пришлось претерпеть несчастной женщине из рода Валуа, распорядилась о ежемесячной пенсии в 1500 ливров для графини де Ла Мотт. Такая подачка Жанну не устраивала; ничтожные, по ее меркам, деньги не позволят ей даже рассчитаться с долгами. Она еще дважды прибегала к той же уловке, но понимания более не встретила, скорее наоборот, и четвертый раз падать в обморок остереглась. Пришлось заводить знакомства среди мелкой сошки из обслуги, дабы получить возможность присутствовать при королевских трапезах, а потом подробно их расписывать, намекая собеседнику, что она часто обедает при дворе.

И тут в Париж приехал кардинал Роган. Жанна нанесла ему визит, и вскоре супруги Ла Мотт перебрались в дом на улицу Сен-Жиль — поближе к кардинальскому дворцу. В своих мемуарах мадам де Ла Мотт писала, что именно кардинал уговорил ее обратиться к королеве, уверяя, что только та сможет помочь ей восстановить справедливость. По совету Рогана Жанна бросилась к ногам королевы. Ее величество выслушала просительницу и, проникнувшись состраданием, обещала добиться у короля признания ее принцессой Королевского дома. «А пока, — заявила королева, — мы станем встречаться тайно, вдали от любопытных глаз». На прощание Мария-Антуанетта вручила графине туго набитый кошелек…