Кальтер
Шрифт:
– Мы не предлагаем тебе вернуться в Игру. Мы предлагаем тебе ее закончить. Тебе и твоей напарнице, - продолжал «серый». Для общения он не пользовался телепатией. Видимо, и правда боялся вторгаться в голову «взрывоопасного» пособника Мерлина.
– Ты ошибаешься - она мне не напарница, - помотал головой Куприянов.
– Только не сегодня, - возразил «серый».
– Одному тебе с такой работой не справиться. Да и у двоих у вас шансы на успех невысоки. Однако для тебя подобный расклад привычен, разве нет?..
Глава 22
Далекая
– Кто ты такой?
– спросил Кальтер у присоединившегося к ним «серого».
– Тот, кто занял ее место.
– Гость указал на Медею.
– Но я - другой. Я призван не продолжать Игру, а разгребать бардак, в который она превратилась. И который еще больше разрастется, если оставить все как есть. Оба цхета вышли из-под нашего контроля, и если они не угомонятся, станет хуже.
– Хуже для кого? Для вас?
– Для всех, господин Безликий. Сумасшествие Мастера Войны прогрессирует. Во время прошлой Игры - неважно, когда она случилась, - он ограничился всего несколькими аномальными зонами. В этой Игре по его настоянию мы открыли больше пятидесяти черных разломов. Что и стало началом воцарившегося беспорядка. Чем больше возникало зон, тем больше требовалось агентов для их обслуживания. А чем больше появлялось агентов, тем проще было Старику-с-Тростью их выслеживать. Вы убивали их одного за другим - в какие еще времена мы несли столь тяжелые потери?! В конце концов Старик захватил даже Мастера Игры и вышел на след своего брата. Теперь их встреча - лишь вопрос времени, а ведь мы провели огромную работу, чтобы этого никогда не произошло. Но сегодня все наши старания поставлены под угрозу.
– И что случится, если цхеты снова встретятся?
– спросил Безликий.
– В твоем мире безумие не заразно. Но только не в мире телепатов. Если они объединят свои разумы, мы получим не двух Стариков-с-Тростью, а двух Мастеров Войны, причем способных к телепортации. Двух ненасытных разжигателей войн, благодаря которым Сезон Катастроф затянется на неопределенный срок, а аномальные разломы станут исчисляться сотнями. И мы продолжим участвовать в этом безумии, хотя оно будет чем угодно, только не Игрой и приведет к скоропостижному концу вашей цивилизации.
– И что ты предлагаешь? Убить одного из цхетов или же обоих?
– Их казнь стала бы для нас наивысшим благом. Вот только сделать это немногим проще, чем сбить с неба Луну, стреляя в нее из твоего любимого оружия.
– Разве? Насколько я в курсе, цхеты становятся беззащитными, когда полностью обессиливают.
– Как и все мы. И в этом нет ничего необычного. Но Старик-с-Тростью не позволит себе обессилеть в присутствии того, кому он не доверяет. А тебе он отныне не доверяет, будь уверен... Нет, Безликий, ты сработаешь хитрее: сделаешь так, чтобы
– Но ведь он, как и вы, не имеет права убивать собственными руками.
– И ты постараешься, чтобы он это правило нарушил. Конечно, загнать его в угол сложнее, чем Мастера Игры. Но у тебя есть необходимый опыт, вот и воспользуйся им.
– То есть получается, Старик уже не нужен вам мертвым?
– Кальтер недоверчиво нахмурился.
– В отличие от Мастера Войны, Старик не безумен, а значит, с ним можно договориться о мире, - пояснил кризисный менеджер Игры.
– Вдобавок, не успев объединиться разумом с братом, он не избавится от амнезии. И будет искренне считать, что достиг цели - убил главного виновника всех своих бед.
– И со смертью Мастера Войны закончится Игра?
– Трудно назвать Игрой то, во что превратился Сезон Катастроф, но да - мы прекратим этот всепланетный бардак. Закроем разломы и навсегда оставим вашу временную эпоху. Клянусь.
– И куда отправитесь на следующее сафари, если не секрет?
– В следующую эру. Ту, что начнется за гибелью вашей цивилизации. Ты ведь не настолько наивен, чтобы считать свою цивилизацию вечной или последней на Земле? Дождемся, когда на вашем пепле вырастет, окрепнет и расцветет новое человечество и лишь тогда бросим ему вызов. Так у нас заведено.
Кальтер хмыкнул: врали ему или нет, но он не услышал пока ничего, с чем мог бы категорически не согласиться.
– А какова гарантия, что Старик-с-Тростью захочет встретиться со мной после того, как вы меня отпустите?
– задал он новый вопрос.
– Раз он перестал мне доверять, не проще ли ему исчезнуть и больше не иметь со мной дел?
– Привлечь его внимание нетрудно, - ответил «серый».
– У него есть один более-менее надежный способ добраться до Мастера Войны - через последнего бессмертного. Это означает, что сейчас Старик пристально наблюдает за камбоджийцем. Иди доделай то, что вы с цхетом начали в Каракасе и Детройте, и вы снова увидитесь.
– Допустим, так и случится. Что дальше?
– Передашь цхету координаты местонахождения его брата и легенду, что мы тебе расскажем. Поработаешь нашим посредником. Тебя-то Старик в любом случае выслушает, а с нами даже секунды разговаривать не станет.
– Ха! А поговорив со мной, он телепортируется к брату без меня. Зачем ему я, да еще в качестве ненадежного соратника?
– Без соратников ему там не обойтись - слишком опасно даже для всемогущего цхета. А другие соратники, готовые пойти со Стариком, у него вряд ли есть на примете.
– Ну хорошо. И вот два брата встречаются лицом к лицу. Как мне не допустить слияние их разумов? И почему оно не случится раньше - сразу, как только Старик телепортируется в нужное место.
– Потому что Мастер Войны его не увидит. Во-первых, в логове врага Старик будет тщательно маскироваться. А во-вторых, все внимание Мастера в тот момент обратится на тебя. Не забывай: у него с тобою ментальная связь. И твое вторжение к нему засекретить уже не удастся.
– И много я навоюю против него парализованный?