Калуга
Шрифт:
В память избавления Калуги от грозившей ей опасности ежегодно совершается по почину еп. Евлампия крестный ход с образом Калужской Божией Матери 12 октября в день Малоярославецкой битвы. В связи же с этим событием была попытка оставить икону навсегда в Калуге, но закончилась неудачей, благодаря противодействию г. Хитрово, родовой собственностью которого была икона.
В крестном ходу носится также хоругвь Калужского ополчения, которая, по возвращении ополченцев в 1815 г. была поставлена в соборе.
Сыграв свою роль в деле снабжения армии всем необходимым, Калуга сходит со сцены в истории войны, но сама еще долго занимается ликвидацией ее последствий. В 1813 г., напр., вспыхивает сильная эпидемия тифа в городе, благодаря массе больных им воинов. С трудом после полугодовой напряженно-тревожной жизни, город входит в колею, с таким напряжением налаженную в XVIII в., и начинает восстанавливать нарушенные торгово-промышленные связи. В последующее время город хоть и медленно, но продолжает расти вширь и повышать количество своего населения. В 1804 году в Калуге было 3929 строений, из них 441 каменное; жителей было 19 148. В 1823 г. в ней было 25 333 человека; в 1857 г. 4167 деревянных и 607 каменных зданий; жителей было 32 703 человека. Следовательно, Калуга за полстолетия возросла только около 1 1/2 раза. В 1897 году в городе было 49 тыс. жителей. Таким образом, за сто лет возрастание было в 2 1/2 раза; в XIX в. рост Калуги шел намного слабее, нежели в XVIII веке.
Но если в приросте населения виден все-таки прогресс, хотя и медленный, — в торгово-промышленном отношении замечается полная противоположность. XIX век в истории Калуги являет эволюцию постепенного
Естественно, поэтому, что Калуга играла важную роль и в экономическо-финансовых расчетах правительства. В начале столетия, по распоряжению департамента водяных коммуникаций, производились исследования местности между р. Жиздрой и Болвою для прорытия канала с целью соединения волжской системы с днепровскою. Предположено было соединить каналом речку Птичную, впадающую в Болву, и ручей Грамотинь, впадающий в Жиздру. Длина канала составила бы не более 5 в. Предположение, однако, не осуществилось.
Резкий и заметный упадок Калуги начинается после 35 г. XIX в. Еще с 1834 г. было в Калуге 47 купцов I гильдии, 95 — II и 2154 — III с капиталами на 8.127 тыс. руб.; обороты Калуги оценивались в 75 млн. руб.; а в 1857 г. купцов было только 5 — I, 43 — II и 993 — III с капиталом в 2.176 тыс. руб.
В 1840 г. калужская дума объясняла это явление упадком курса, последовавшим по случаю бывших в начале столетия войн, и потерю чрез то кредита и самих капиталов, а также изменением в 1810 г. тарифа в поощрение русских мануфактур и понижением цен на хлеб; все торговавшие зерном понесли настолько большие убытки, что не могли уже потом поправить дела. Однако, несомненно к этим причинам замирания торговой деятельности города следует прибавить и другие — более общего характера. К ним принадлежат: образование новых крупных пунктов торговли и появление иных торговых путей в связи с общими переменами в ходе русской торговли и народного хозяйства, появившимися к половине столетия.
С проведением железной дороги торговля и промышленность Калуги еще более пала. Участок Сызр. — Вяз. железной дороги, соединяющий Калугу с Тулой и Вязьмой, открыт 15 декабря 1874 г. Всего пути по губернии дорога делает 165 верст. От станции «Калуга» была проведена ветвь к Оке протяжением 8 в., но она оставалась без работы и была разрушена временем, а потом разобрана.
Железная дорога вызвала в сердцах калужского торгового мира грандиозные надежды, свидетельствовавшие о большой наивности их и скудных познаниях. Калужане полагали, что дорога на Смоленск имеет ни более, ни менее, как «поколебать англо-индийскую торговлю»! Они возлагали широкие надежды и на местный каменный уголь, который, по словам уполномоченных, тем важнее, что «копи Великобритании истощаются и многие из них закрыты»… Калужане обещали железной дороге грузов до 11 млн. п. В действительности же, в начале 80-х гг. из губернии отправляли груза только около 3 млн. пудов и вместо обещанного ценного — наиболее дешевый — лес и дрова. Калуга же в 1885 г. отправила 1 млн. п., а ввезла 1.700 тыс. п. Каменного угля в 1886 г. было перевезено из Тульских копий только 1.236 тыс. пуд.
Но зато железная дорога вместе с обмелением реки подорвала в корень водяное движение грузов по Оке. В первой половине века, когда Ока была под Калугой шириной 100–150 с., в город приходило такое множество барок, что они занимали оба берега на 3 в. За 20 лет, с 1838 по 1857 г. в Калугу пришло 8.432 судна и отправлено 9,743, по 421 и 487 ежегодно в среднем. Ценность отправленных с пристани товаров за 10 лет (1848–1857) была в 3 1/2 млн. руб., а прибывших в 15 1/2 млн. руб. Еще в 1873 г. пришло и разгрузилось в Калуге 203 судна с грузом в 2.544.834 п. (дров 20.625 п.) на сумму 988.253 руб. и лесу в плотах 41.099 бревен на 13.234 руб., а всего на 1.001.487 руб.; грузилось и отправлено 194 судна в 2.081.030 п. (дров 1.737.300 п.) на 251.970 руб. и лесу 39.397 бревен на сумму 17.066 руб.; всего на 269.036 руб. В 1882 г. на Калужскую пристань пришло и разгрузилось 70 судов с 646.193 пуд. груза (дров 81 тыс. п.) на сумму 297.227 руб. и лесу 28.168 бревен на 4.400 руб.; всего на 301.627 руб. Грузилось и отправлено только 13 судов в 108.250 пуд. ценностью на 26.908 руб. Почти такое же количество груза, несмотря на открытие пароходного движения, остается и в 1899 г.: прибыло товаров на 316 тыс. руб., а отправлено на 31 тыс. руб. Эти цифры наглядно рисуют картину запустения навигационного движения грузов в Калугу, а вместе с тем и пустынности самой Оки в Калуге. Аналогичную картину постепенного падения промышленности в Калуге рисуют нам цифровые данные за последнюю 1/4 века. В 1883 г. в Калуге было фабрик и заводов 103 при 1478 рабочих с производством на 690.075 руб. Особенно было развито кожевенное дело, которым было занято 15 заводов; из них на 9 при 75 рабочих производилось на 240 тыс. руб. Имена Грибановых, Коробкова, Посникова, Слобоженинова, Перекалина, Кадминой и Ларина тесно были связаны с процветанием этого дела. Не менее видным было рогожное производство, коим было занято тогда 7 фабрик; на трех из них было 585 рабочих с производством на 56 тыс. руб. Фалеев, Машошин, Вереитинова вкладывали свои капиталы в это дело. Золотарев и Борисов занимались щетинным делом, и два их завода (из 3 всего) при 90 рабочих производили на 60 тыс. руб. Чугунолитейным делом занимались два завода при 93 рабочих на 35 тыс. руб. Было еще 5 меховых, 6 маслобойных, 22 веревочных и много других заведений. В 1892 г. фабрик и заводов было почти вдвое меньше, чем в 1883 г. Их было только 62 с производством на 1/2 млн. руб. при 1337 рабочих. Уменьшение числа заведений и рабочих — первых на 1/3 и последних на 1/10 — можно бы еще с натяжкой рассматривать как намек на концентрацию местного производства; в действительности, шло его падение.
Предметами вывоза в конце века служили лишь рогожи, щетина и кожа, да и то в ограниченном количестве. Главным занятием жителей Калуги теперь является розничная и мелочная торговля, а также ремесла и отчасти огородничество.
Не улучшилось экономическое положение города и от проведения Московско-Брянской железной дороги, открытой в 1899. г. Эта дорога обошла город в 17 в. и сообщается с ним ветвью. Думается, этим обходом Калуге нанесен жестокий удар, и вряд ли город скоро приобретет какое-либо торгово-промышленное значение.
Не менее жалостная картина вырисовывается и на фоне общественной жизни. Публичная жизнь в Калуге вообще никогда не била ключом. В XIX в. она и совсем ослабла и замерла. Можно отметить только два-три момента за XIX в. некоторого оживления. Первый из них совпадает с пребыванием в Калуге губернатора Н. М. Смирнова (1845–1851 гг.), супругой которого была известная А. О. Россет. Просвещенная губернаторша пытается оживить провинциальную тишину и внести в затхлую обыденную атмосферу свежие струи общечеловеческих интересов. Калуга видит у себя в это время Гоголя, И. С. Аксакова, С. Т. Аксакова и др.; появляется даже свой доморощенный поэт, некий Козьма Тимошурин (стихи 1848 г.). Гоголь посетил Калугу в 1849 г. [29] Жил гениальный писатель в Загородном саду, рядом с губернаторской дачей, в скромном, разрушающемся ныне флигеле. Город Гоголю очень понравился: из Ромоданова, из-за реки, своим видом он напомнил ему Константинополь. И. С. Аксаков попал в Калугу в 1845 г. в качестве товарища председателя Уголовной Палаты и пробыл в ней 2 года. Здесь он написал «Присутственный день Уголовной Палаты» [30] .
29
Н. В. Гоголь посещал Калугу и в 1850, 1851 гг. проездом в Малороссию.
30
Подобную информацию о пребывании писателей в Калужском крае см. в книге: А. Пехтерев «Невольно к этим берегам», — Тула, 1983.
Другим, более действенным моментом оживления общественной жизни, были достопамятные шестидесятые годы, когда губернатором был видный деятель эмансипации В. А. Арцимович (сент. 1858-10.XII.1862 г.; назн. 27.VII.1858 г.). В Калуге в это время жили декабристы: Г. С. Батеньков [31] , П. Н. Свистунов [32] и кн. Е. П. Оболенский [33] ; был и петрашевец Н. С. Кашкин [34] ; из других известных лиц находились здесь тогда Н. С. Серно-Соловьевич и будущий этнограф путешественник Г. Потанин; сама по себе бурная и интересная эпоха освободительных реформ пробудила спячку калужского общества и повысила темп местной жизни. Он возрос при опытном водительстве Арцимовича. При нем было положено начало серьезного общественно-исторического изучения губернии. «Калужские губернские ведомости» при нем имели неузнаваемый вид. По словам А. А. Корнилова, это была «не только весьма содержательная и интересная газета, но и честный боевой орган вполне определенного прогрессивного направления». Кроме весьма интересных статистических и исторических статей, жизнеописаний выдающихся граждан Калуги былых времен, в «Ведомостях» печатались очень хорошие статьи и на злободневные темы, почему в газете вполне отражалось движение местной жизни того времени. Местные деятели, врачи, учителя, духовные лица, чиновники, техники — все спешили поделиться путем газеты своими мыслями, наблюдениями, и она сделалась органом для бодрой умственной работы, закипевшей тогда в губернии… Проснулся от своего многогодового летаргического сна «Статистический комитет» и издал прекрасные, богатые материалом «Памятные книжки» за 1861 и 1862–1863 гг. Сельскохозяйственное общество стало издавать с 1859 г. журнал «Практический сельский хозяин» по 6 кн. в год. Словом, «кто помнит Калугу до и после управления В. А. губерниею, тот может засвидетельствовать, до чего скучен и пуст был наш губернский город в эти два окольные периоды и каким оживлением, — вернее сказать, одушевлением отметилось это промежуточное, светлое и короткое время», — говорит современник эпохи П. Н. Обнинский. «Сонный город проснулся, оживился; он стал думать, говорить, действовать, спорить и совещаться в той области человеческого общения, которая живет высшими и чужими интересами, общественными идеалами и нуждами, в которой работают умы и бьются сердца в приподнятом настроении, в которой нет ничего пошлого, злободневного, своекорыстного и узкого, в которой растет и очищается душа человеческая. Сколько новых интеллигентных сил появилось в городе на поприще государственной и общественной службы, как содержательна и интересна сделалась „неофициальная часть губернских ведомостей“, какие жизненные темы завладели беседами в свободный вечерний час! Все ожило и работало вокруг, и воскрешенный обыватель уже не мог оставаться изолированным в этом бодрящем, заразительном и обновляющем движении. Какой-то облагораживающий отпечаток лег на всех и на всем»…
31
Г. С. Батеньков (1793–1863), член Северного общества, с 1856 г. жил в Калуге в доме на Дворянской улице (ныне улица Суворова, 42).
32
П. Н. Свистунов (1803–1889), член Северного общества, поселился в Калуге в 1856 г. В 1859 г. был избран членом дворянского комитета по устройству быта помещичьих крестьян.
33
Е. П. Оболенский (1786–1865), член Союза Спасения и Союза Благоденствия, основатель Северного общества, с 1856 г. жил в Калуге. Умер 26 февр. 1865 г. и похоронен в Калуге на Пятницком кладбище.
34
С. Н. Кашкин (1799–1868), член Северного общества. С 1827 г. жил в родовом имении с. Нижние Прыски Козельского уезда Калужской губ. Н. С. Кашкин (1829–1914), петрашевец, активный участник подготовки крестьянской реформы в губернии. Оба похоронены в родовом некрополе с. Нижние Прыски.