Канашибари
Шрифт:
Общий смысл или посыл разобрать не получалось, названий нот внутри слов не было. Значит, разбор иероглифов и хираганы мне не поможет.
А что насчёт латиницы?..
Латиницей ведь тоже обозначают ноты! У них есть не только всем известные названия «до», «ре», «ми» и так далее. Так может в этом разгадка?
A, C, D E, F, G, H – ля, до, ре, ми, фа, соль, си.
Но каким образом эти ноты зашифрованы в хокку?
Нам сообщили, что мелодия короткая. Так может, надо было взять каждый звук из хокку, совпадающий со звуком, который обозначается латинским буквами?
Нет,
Не зря же нам дали именно хокку, стихотворение. Есть деление на строки… Иначе можно было просто дать несколько предложений, или же прозаический текст… Тогда, возможно, действительно нужно только начало строк. И в результате у нас три стихотворения по три строчки – всего девять звуков, короткая мелодия…
Минори потянула меня за собой, и я столкнулась плечом с Акико и спиной с парнем. Свеча почти потухла, и в кругу света места уже почти не осталось.
Парень подхватил сямисэн, и вовремя: мы могли его ненароком сломать, спасаясь от тварей во мраке. Я быстро и даже немного грубо выхватила инструмент, проигнорировав недовольный оклик парня и его встревоженный взгляд, и поудобнее обхватила сямисэн.
Сделав вдох, я быстро провела пальцами по струнам: ля, си, фа, до, ля, фа, соль, си, ре.
Девять нот улетели в никуда, и спустя пару мгновений, показавшихся мне вечностью, свеча потухла, и мы снова оказались в непроглядной темноте.
Я непроизвольно сжалась, приготовившись к боли, но тут же заставила себя выпрямить спину и открыть глаза.
Поэтому через секунду загоревшийся свет буквально ослепил меня. Я зажмурилась и прижала пальцы к глазам, роняя сямисэн. Осторожно приоткрыв глаза, увидела простую комнату: тонкие стены, деревянные перекладины, татами, маленький чайный столик, какэмоно [17] на стене, изображающее кленовые листья…
– Привлеченная звуками праздника, Аматэрасу, не сдержавшись, выглянула из пещеры – и была поражена собственным ослепительным светом и блистательной красотой. Богиня вышла из укрытия – и боги тут же закрыли вход в пещеру. Тогда солнце вернулось в наш мир. Поздравляем, вы удачно завершили историю!
17
Какэмоно (яп. ??) – вертикально висящий свиток из бумаги или шёлка, наклеенный на специальную основу, обрамленный парчовой каймой.
Я продолжала стоять, смотря в пустоту, а в ушах эхом звенел издевательски радостный голос: «Поздравляем, вы удачно завершили историю!»
Я смогла. Я справилась. Я спасла нас.
Я выжила.
Однако ни радости, ни облегчения не было. Внутри ощущалась пустота.
Уровень адреналина в крови упал, и меня накрыло волной от пережитого напряжения. Руки затряслись, а рана на ноге снова напомнила о себе. Поморщившись, я привалилась спиной к стене и, согнув ногу в колене, постаралась осмотреть следы укуса.
– Хината, спасибо тебе! Спасибо! – ко мне подлетела Минори и начала обстреливать словами
Тогда Минори шумно выдохнула и упала коленями на татами. Казалось, если бы не присутствующие, она легла бы прямо на спину.
– Молодец, спасибо, что не убила всех нас.
Я подняла глаза и встретилась взглядом со странным парнем. В его голосе не было ни капли благодарности, скорее ирония.
– Что-то не так? Или ты хотел стать ужином для тех чудовищ? – процедила я.
– Нет, но прежде, чем вырывать сямисэн, могла бы хоть что-то сказать. Я решил эту загадку и собирался сам сыграть на сямисэне. А ты могла ошибиться и всех нас убить.
Он говорил спокойно, но с едва уловимой ноткой издёвки… и недовольства. И я их расслышала.
– Вот только я не ошиблась. А что ты там решил, никто не знает. Как хорошо, что я вовремя забрала сямисэн. А то это ты, скорее всего, убил бы всех нас.
Парень едва заметно дернул уголком губ. Я же смотрела на него мрачно, пряча боль и страх. В голову тут же пришёл образ Саито и вид его крови на камнях.
Незнакомец первым отвёл взгляд и, медленно развернувшись, пошёл к выходу.
Я же, наконец выдохнув, оглядела комнату.
Женщина, до этого, видимо, наблюдавшая за моим разговором с парнем, неуверенно поклонилась мне и молча поспешила к выходу. Казалось, находиться в этом доме лишние секунды было выше ее сил.
Акико же и след простыл.
Я перевела взгляд на Минори. Она сидела, сгорбившись и вытянув длинные ноги. Взгляд был пустым, макияж размазался от слез, волосы растрепались. Сейчас был редкий случай, когда девушке было все равно на ее внешний вид.
Я сползла на пол и откинула голову назад. Рана на ноге пульсировала, заставляя меня сжимать зубы при каждой новой волне боли. Минори придвинулась ко мне и протянула руку к моей ноге, однако не рискнула дотронуться до неё.
– Пойдем, Хината, – тихо произнесла девушка. – Давай уберемся отсюда подальше и найдём, где промыть твою рану.
Я со вздохом встала, боясь перенести вес тела на больную ногу, но с облегчением обнаружила, что могу идти. Мне повезло – ранение было болезненным, но не серьезным. Разве что шрам останется, но вряд ли сильно заметный.
Если, конечно, не пойдет заражение.
– Ой, что это… – услышала я удивленный голос Минори, когда мы только вышли на улицу. Девушка держала в руке желтый мешочек с белым шнурком и такими же белыми вышитыми иероглифами.
– Омамори [18] … – произнесла я, и Минори кивнула. – Где ты его взяла?
– Он… просто был у меня в кармане пиджака. Но его там раньше не было! Точно! – взволнованно начала убеждать меня подруга, и я поспешно кивнула и положила ладонь на плечо девушки, призывая успокоиться.
18
Омамори (яп. ??) – японский амулет, посвящённый определённому синтоистскому или буддийскому божеству.