Канатоходцы
Шрифт:
Ли не ответил. Радости жизни, о которых иронически намекнул его спутник, уже начинались. С музыки, неизвестно откуда звучавшей и наполнявшей все его существо. С мигания мерцающих огней в воздухе, то вспыхивающих, то погасающих, то внезапно сменяющих цвет прямо над головой. С пения невидимого хора, доносившегося с пустой эстрады. Звуки томили, будили, звали, спрашивали о чем-то волнующем и сладостно непонятном.
– Вы что-нибудь чувствуете?
– спросил незнакомец.
– Радость, да?
– Откуда вы знаете?
–
– Нетрудно догадаться: в этом кабаке хорошая гипноустановка.
– Обидно.
– Ли смущенно посмотрел на своего визави.
– Не люблю, когда мне навязывают чужую волю.
– Я тоже не люблю. Увы… Но не принимайте все это так близко к сердцу: таких «мальчишек», которые здесь «влипают» и, главное, стремятся к этому, в одном только нашем городе десяток миллионов. А сколько их в стране, осчастливленной Всеобщим Контролем!
– Что вы подразумеваете? Я вас не понимаю, - спросил Ли.
– Неужели?
– засмеялся незнакомец и нарочито гнусаво пропел знакомые каждому пошловатые строки: - «Сколько наслаждения свыше всяких мер… вам, как провидение, дарит сомнифер!» Этот оплаченный государством рифмач, по-моему, очень точно сформулировал отпущенные нам радости жизни.
Ли все еще не понимал: при чем здесь сомниферы? Неужели этот чудак ставит их рядом со здешней псиустановкой?
– Чему вы улыбаетесь?
– спросил незнакомец.
– Простите, сэр, - начал было Ли, но тот перебил его:
– Зовите меня Док. Так меня все называют.
– Хорошо, Док, - согласился Ли.
– Я только хотел сказать, что сомниферы и гипноустановки - совершенно разные вещи.
– Технически, - улыбнулся док.
– Не только технически, - с горячностью возразил Ли.
– Гипноустановки одурачивают людей, а сомниферы действительно украшают жизнь, делают ее более интересной.
– Милый мальчик, - грустно сказал незнакомец, - вы нелогичны, но это от молодости. Если жизнь недостаточно хороша, то зачем же улучшать ее только во сне?
Ли подумал немного и не согласился.
– Это же развлечение, как и телекс!
– воскликнул он.
– Телекс можно выключить, а сомнифер - нет! Вот и смотри до утра навязанный тебе сон. Или чужую волю - ваше выражение, юноша.
Ли задумался в поисках возражения.
– В конце концов, я сам могу придумать сон.
– И станете сонником.
– Да нет же!
– Голос Ли даже зазвенел от обиды.
– Кое-кто, а я - то знаю! Сонники смотрят запрещенные сны.
– А какие сны запрещены?
– лукаво спросил Док.
– Каталог разрешает президентские выборы, а они заказывают выборы какого-нибудь «свободолюбца», - робко повторил Ли слова Бигля.
Док засмеялся.
– Какого именно?
– спросил он.
– Их много было, - неуверенно сказал Ли.
– А все-таки?
– Нас не учили…
– Не знаешь, - сказал Док.
– И никто из вас не знает - не
Он расплатился и ушел.
– Кто это?
– спросил у метра Ли.
– Доктор психологии Роберт Стоун, - почтительно сказал тот.
– Хороший человек, только со странностями.
3
Ли посмотрел на часы: хорошо, что дежурство кончается. Он устало потянулся в кресле, закрыл глаза.
И снова в который раз перед ним возникло грустное лицо Дока. «Странное у нас время», - сказал он. Почему странное?
Ли машинально повернул верньер настройки экрана координационного центра. Изображение еще не возникло, но звук уже был: в привычной тишине блока раздался негромкий, так хорошо знакомый голос:
– Я к вашим услугам, сэр. Спрашивайте.
Изображение прояснилось, и сквозь розоватую дымку экрана Ли увидел огромный кабинет шефа и его самого за старинным, нелепым в этом царстве модерна столом, а напротив в овальном кресле - высокого рыжеволосого человека, который так внезапно и так тревожно ворвался в жизнь младшего блок-инспектора. Почему он возник в кабинете шефа? Что случилось? Ошибка диспетчера, забывшего выключить внешнюю связь, или заранее продуманный акт? Показательный допрос - Ли слыхал и об этом. Но при чем здесь доктор Стоун?
– Вы, конечно, догадываетесь, зачем сюда вас пригласили, - начал шеф.
– Привели, - поправил Стоун.
Шеф поморщился: он не любил резких определений.
– Допустим, - сказал он.
– Назовем это так. Сами бы вы, наверное, не пришли.
– Не пришел бы, - усмехнулся Док.
– Но я понимаю причину вашего «приглашения».
– Почему вы не включаете сомнифер?
– Он вреден для здоровья, - вежливо заметил Стоун.
– Частое пользование сомнифером приводит к расстройству гипногенных систем. Вы не интересовались причиной роста психических заболеваний за последние годы?
– Кому, по-вашему, я должен верить: светилам современной медицины или заштатному эскулапу, возомнившему себя спасителем человечества?
– Я бы поверил заштатному эскулапу, - засмеялся Стоун.
– Хотя бы потому, что он вас не боится.
– Действие сомнифера проверялось электронной машиной. По-вашему, она тоже боялась?
– Боялись программисты. Нужный ответ машины всегда можно обусловить заранее.
– Кокетничаете смелостью? Зря.
– Это не смелость. Это уверенность в своей правоте.