Канин-Шойна. Воспоминания

Эту книгу я посвящаю нынешним и бывшим жителям заполярного посёлка Шойна полуострова Канин. Сам я прожил здесь более тридцати лет. На моих глазах происходили здесь события конца сороковых, пятидесятых годов, расцвет Шойны. В этом рыбацком посёлке находилась база флота рыболовецких колхозов Архангельской области. Жил я в шестидесятых годах, когда запретили морской промысел тресковых рыб в районе Канина и жизнь в посёлке начала затухать,

люди стали разъезжаться. В 1965 году окончил здесь среднюю школу. В 1976 – 84 годах работал директором этой школы. Выехал из посёлка в 1984 году и с тех пор проживаю в городе Новодвинске. Для меня, как и для многих других, Шойна – Малая Родина. Известный ненецкий поэт, наш земляк Алексей Пичков написал стихи о нашей Малой Родине.

Родина… Родина…

тропы оленьи…

Родина –

в сопках родное селенье.

Дома выбегают

к студёному морю…

Есть лучше места

в этом мире,

не спорю.

Есть звёзды иные,

есть скалы покруче,

есть в небе иные,

высокие тучи.

А здесь ни берёзки,

лишь травы густые

растут, просолённые

яростным ветром.

У моря

окраина милой России

последним лежит

на песке километром.

Родина… Родина…

тропы оленьи…

Родина –

в сопках родное селенье.

“Пошли рыбачить на носок” – так говорили шоинские ребята друг другу, собираясь на рыбалку.

“Носок” – это выступ берега, с одной стороны омываемый водами реки, а с другой морем. Для рыбалки этот выступ берега был очень удобным. Размер его особенно увеличивался в малую воду.

Именно здесь “на носке”, немного поближе к поселку, любители рыбной ловли, детвора и взрослые, проводили часами время за самым увлекательным занятием – рыбалкой.

На рыбалку шли с утра пораньше, поэтому с вечера старались все приготовить: навязать крючки, накопать червей на наживки, приготовить сапоги и одежду …

В основном здесь рыбачили на донки. Донка, своеобразная рыбная снасть. Палка с одним заостренным концом, который втыкался в грунт берега возле воды. На другой конец привязывали и затем накручивали леску, столько, сколько можно было забросить. На последние метры навязывалось на коротких кончиках лески до десятка крючков и на самый конец грузило, удобное для забрасывания донки.

Наживкой чаще служили черви, нарытые на отливной речной полосе. Находили их по дырочке в песчаном грунте. Копнув поглубже штыковой лопатой, извлекали их из грунта и укладывали в баночки. Нескольких червей длиной от 15 до 20 сантиметров вполне хватало на одну рыбалку. Но когда не было червей, в ход шла корюшка, селедка, кусочки птичьего мяса.

Весной рыбачить начинали, как только проходил основной ледоход. Часть льдин еще долго носило с моря в реку и обратно, однако рыбалке это не мешало. Просто вода была еще холодная, и клев был неважным. Чтобы сильно не замерзнуть на берегу жгли костры.

Самый разгар рыбной ловли конец мая – начало июня. Рыбаков тогда полный берег, у каждого не по одной донке.

В

основном попадала камбала или речная, с темными пятная на спине, или морская, с красноватыми пятнами на спине. Особенно морская камбала была крупной и упитанной. Одной камбалы хватало на сковороду.

Бывало, и одну рыбину вытащишь, а бывало, и все крючки увешаны камбалой. Вытягиваешь потихоньку леску с рыбой и грузилом. Камбала, на крючках следуя строем, друг за другом постепенно показывается из воды и, попадая на песчаный берег, водит плавниками, подпрыгивает, пытаясь вырваться. А рыбак доволен. Улов хороший, снимает камбалу с крючков и прикладывает во взятую из дома для этого хозяйственную сетку. В хорошие уловы в сетку набиралось довольно много рыбы.

Редко и считалось большой удачей, если попадали сиг или голец. Самая забава у ребят – выловить рыбу рявчу, беломорского бычка, которая по народному поверью может реветь. Смеху и радости было тогда на берегу: “рявчу выловили”.

Не зря говорят, что рыбалка – это счастливейшие мгновения жизни, которые хочется испытывать вновь и вновь. Стоит рыбак у своей удочки-донки, держит в руках леску и рукой чувствует, как начинает подергивать попавшаяся рыбешка. Восторг неописуемый.

Не обращаешь при этом внимание ни на замерзшие от холодной воды и ветра руки, ни на мурашки, бегущие по телу от проникающего под телогрейку ветра. Все внимание на леску, на воду, на соседей по рыбалке.

Весь июнь ребятишки и взрослые приходят на берег ловить рыбу. Стоят часами и одновременно с рыбной ловлей любуются природой. Особенно красиво вечером в хорошую солнечную погоду. Тишина, слышишь только, как работает движок у клуба. Идет вечерний киносеанс. Сельчане в клубе смотрят кинофильм. Но тебе разве до фильма. Рыбалку и клев хороший ни один рыбак не променяет.

Солнце с вечера над морем и в течение всей ночи не заходит за горизонт. Низко опустившись к линии горизонта, оно движется по северной части неба над виднеющимся в синей дымке каменистым кряжем Канин Камня, а под утро вновь начинает свой очередной подъем. Рыбачь хоть всю ночь.

Почти весь июнь низко, кромкой моря с юга на север летят стая за стаей гуси и утки. Кричат, радуются, наверное, что вновь на родину прилетели, где родились и куда каждую весну возвращаются.

В малую воду на реке образуются кошки, песчаные мели на которых любят посидеть и покричать чайки.

Невдалеке от берега иногда всплывет голова нерпы, северного тюленя. Покачает он своей мордой и поплывет дальше. Рыбы тогда уже долго не жди. Всю перепугает. За ней и идет.

Прозябший, но счастливый возвращаешься со своим уловом домой. Здесь ждет тебя горячий чай, теплая постель и хороший сон о счастливой рыбалке.

Все шоинские мальчишки летом любили погулять по берегу моря. Во время отлива, малой воды, береговая полоса моря увеличивалась на несколько десятком метров. Через час-два эта полоса подсыхала и становилась как асфальт в городе. По ней можно было ездить и на велосипеде, и на мотоцикле.