Капер

Курышин Евгений Викторович

А так много хотелось еще сделать, походить-погулять по этому рынку, ведь я стал богаче на пять тысяч, но из-за профессора Лосека придется поскорей возвращаться на корабль. А хотелось поесть нормально, такой большой хороший прожаренный кусок мяса, а лучше два куска. Идя в клинику, проходил мимо такой вкусно пахнущей кафешки. Да и народ там так увлеченно ел, не просто так видно у всех были морды довольные при этом. По любому там должны продавать отбивное мясо. А еще хотелось посмотреть, а может и пощупать продажное инопланетное удовольствие. Ранее с нами общались только люди, но здесь на станции я встретил других представителей

инопланетной расы - аграфы, они так похожи на наших эльфов земных, конечно если бы они существовали. По крайне мере они сильно похожи на тех эльфов, что я видел в кино, особенно как в фильме "Властелин кольца". Вот этих представительниц народа эльфийского я и хотел поискать, а возможно и не только поискать, но и пощупать, среди продажные дев любви.

Ведь больница профессора Лосека не первая была, в которую я здесь обратился. Была еще другая - вспомнив, как тот недоделанный доктор, что устанавливал мне нейросеть, восхищался оборудованием, сделанным аграфами, я нашел их клинику "Галанте НейроСеть", пришел такой весь в предвкушении хорошего сервиса от хорошего оборудования, но получил "от ворот поворот". Местный менеджер мне сразу не понравился, смотрела уж больно нагло, "по-любому у неё зарплата не от выручки получается" - промелькнула тогда у меня мысль. И правда, стоило мне только ближе подойти, как она заговорила. И как заговорила, такой голос я готов был слушать вечно, он был мелодичный, нежный, успокаивающий слух и в тоже время возбуждал и далека не слух. А внешность, это же была чистый эльф, точнее эльфийка или как там было правильно говорить, в общем, это была эльф - женского рода. Но стоило ей только заговорить, как весь налет сексуальности и романтизма, как рукой сняло:

– Таких, как вы, мы не обслуживаем. Прошу вас покинуть наш офис - официальным тоном сказала она.

– А в чем это я не такой, как все?
– спросил тогда я.

– В этом - сказала она и указала на ошейник, покиньте наш офис или я позову охрану - все так же официально ответила она, но от этого не менее противнее прозвучали слова.

– Не больно-то и хотелось, всё равно ничего хорошего из-за вашего оборудования не получил - пробубнил я, уходя. И как видно громко сказал, т.к. дернулось она. И хотела что-то сказать, но было поздно, я был уже на улице. Настроение было убито на корню. Поэтому я и был так официален в приёмной профессора Лосека.

Вот так ограничитель помешал мне насладиться всеми прелестями передового оборудования во всей изведанной части вселенной, по уверению Профессора, что ставил мне нейросеть.

Так, размышляя, Артур продвигался в сторону лифта, по ходу соображая, чем можно ещё было себя любимого порадовать сейчас, раз с едой и продажными девами ничего не получилось. Проходя мимо очередного кафе открытого типа, он увидел в глубине большую барную стойку, идея родилась сразу - коньяк. Будет что ответить в кругу избранной восьмёрки, что их не пошлют на передовую. Или же подарить, как поговаривал отец: "лучше подарочек это коньяк, это даже тупой ослик поймёт" принимая или даря бутылку коньяка.

Любовь к коньяку привил отец. Научил, что не принято его "махать" внутрь, как водку. Его даже не пьют, а потягивают, не торопясь, упиваясь его ароматом, небольшими глотками, за непринужденной беседой в кругу друзей. Ведь ему много дарили подарков бутылочных и чтобы держать себя в руках, пришлось

научиться наслаждаться, а не пьянствовать. Так же, что алкоголь не убивает твое горе, а только обостряет его. И чтобы было хорошо на празднике, вполне хватает пары бокалов вина. А то, что народ не умеет пить, так это проблемы народа, учиться нужно. Та великая студенческая пьянка... был новый год - главный праздник после дня рождения, да и хотел подпоить Светку... но не получилось, нас вырубило обоих. Но это нас и сблизило, что я такой хороший, не воспользовался беззащитной девушкой.

Вот и сейчас выбирал какой-нибудь хороший коньяк, который будет не стыдно поставить на стол или подарить. Глаза, конечно, не разбегались от выбора, но два ряда, где-то по десять бутылок, внушали уважение.

Артур подсел за стойку и спросил:

– А во сколько обойдется целую бутылку коньяка прикупить в подарок для хорошего человека?

– Смотря, на сколько хороший человек будет - сказал бармен.

– Думаю за пятьсот кредитов, он будет вполне хорошим - ответил я.

– Какой-то не слишком хороший он у вас оказывается. По-настоящему хорошему человеку нужно дарить коньяк от 1000 кредитов.

– И что из этого вы можете предложить за 1000 кредитов?
– и указал на стенку с бутылками.

– Вот, замечательные выбор будет: "Дем-Морсад"выдержка 18 лет (Армара), " Великий султан"– 15 лет (Аварский), "Офицерский"тоже 15 лет (Торгашей) - говорил бармен, указывая на бутылки.

Названия ничего не говорили Артуру, но он сделал вид, что вспоминает, какой из перечисленных самый лучший на его вкус. Но бармен принял такую задумчивость по-своему, что клиенту не понравился предложенный выбор и тогда он продолжил предлагать дальше:

– Хотя есть с выдержкой в 25 лет, "Ганессу". Всего за 1770 кредитов. Мы его возим из "Федерации Галанте" специально для высокородных - насмешливо сказал он.

– 770 кредитов жалко конечно, но в подарок для хорошего человека или компании ничего не жалко - сказал я, махнул рукой и продолжил:

– Да и ладно, давайте бутылку "Ганессу"сюда.

Вот, протянул бармен целую, доставая её из под стойки. Я перевел деньги бармену и начал прятать бутылку во внутренний карман комбинезона, как ко мне обратился бармен:

– А бонус брать будете?

– Бонус, какой это бонус?

– Вот - сказал бармен, поставив на стойку фужер на донышке которого плескался коньяк.

– "Ганессу"– сказал бармен.
– Вдруг вы подарите коньяк, так и не попробовав его?

Хороший рекламный ход, зная вкус хорошего коньяка, ты будешь хотеть его ощутить его ещё раз. А от тех 30гр., что плескались на донышке фужера, кафе не обеднеет. Окупится, когда ты опять придёшь брать целую бутылку - размышлял Артур.

Коньяка хватило только, чтобы намочить губы, даже не распробовав толком. Но возникло желание подарить коньяк "самому близкому и дорогому сейчас мне человеку, то есть, самому себе", уж больно понравился вкус, что остался на губах. Настроение поднялось, и я поспешил на корабль, пока доктор Лосек не натравил на меня кого-нибудь, чтобы потом препарировать, как крысу. Лучше перебдеть, чем недобдеть.