Капитан
Шрифт:
В суетливом старичке с собранными на макушке седыми волосами, из которых торчали резные костяные шпильки, я без труда опознал Чена, хозяина самой известной в городе лавки, торгующей дорогим шёлком. Как же хотелось, застонав от обиды, надавать крепких затрещин нерадивым новичкам, умудрившимся затоптать возможные следы преступника. Но после падения с крыши плечо болело, и даже не было сил как следует наорать на дураков, поэтому пришлось ограничиться воспитательной беседой.
Прислонившись к ближайшему дереву и скрестив руки на груди, я сверлил
– А ну-ка выходи, старый хитрец. Раз помогал этим недоумкам уничтожать улики, будешь отвечать вместе с ними…
Чен вытаращил на меня свои тёмные раскосые глаза и, беспрерывно кланяясь, залепетал:
– Чен ни в чём не виноват, Чен просто хотеть помогать славной Страже…
Я улыбнулся подобно зубастому морскому дракону, нарисованному на вывеске его лавки:
– Брось, старик. Для кого ломаешь комедию? Ты живёшь на этой земле втрое дольше меня: много лет назад я играл с твоим внуком на этой улице и до сих пор помню, как ты гонял нас метёлкой. Неужели не узнал?
Брови торговца вспорхнули, губы растянулись в довольной ухмылке:
– Это когда вы двое чуть не разгромили мою мастерскую, перепачкавшись краской с головы до пят? Нет, не помню… Как смею я помнить такое о нашем замечательном Капитане Городской Стражи?
Засмеявшись, осторожно похлопал его по всё ещё на удивление прямой спине - и это в таком-то преклонном возрасте, тогда как некоторые в тридцать лет уже чувствуют себя настоящей развалиной, чтоб меня…
Я переключил внимание на виновато понуривших голову ребят:
– Ну, неучи и вредители, докладывайте, что успели узнать об этом деле. Вернёмся в казармы - не сносить вам головы…
Газ встрепенулся, бодро отрапортовав:
– Командир, Посол Горного княжества, примыкающего к Великим Равнинам, примерно час назад пришёл в лавку, чтобы купить шёлк на платья для своих дочерей. После покупки, выйдя на улицу, он неожиданно вскрикнул, и выбежавший ему на помощь хозяин лавки «Красный дракон» нашёл беднягу уже лежащим на земле. Он клянётся, что ничего не трогал и к покойному не прикасался, только укрыл его от любопытных глаз…
Я присел на корточки возле тела и, приподняв ткань, внимательно его осмотрел. Не понадобилось много времени, чтобы понять - несчастный, скорее всего, умер от страха - на лице застыла гримаса ужаса: глаза были вытаращены, рот перекошен, немногочисленные седые волосы стояли дыбом. И никаких следов насильственной смерти.
Недовольно упиравшийся лекарь, которого за шкирку притащил Бин, подтвердил мои подозрения - у Посла отказало сердце. Что же могло его так напугать?
Я почёсывал нестерпимо зудящую шею, грозя разодрать кожу до крови:
– Чен, Посол был один? Ни охранника, ни сопровождавшего? Это странно…
Старик снова вскинул брови:
– Как же, как же… С ним был невысокий
Я согласно кивнул, с упрёком взглянув на прозевавших такую улику помощников, тут же принявшихся заинтересованно рассматривать свои сапоги. Ободрённый моим вниманием, торговец продолжил:
– Вот что непонятно, господин Капитан: эти двое вышли из лавки вместе, но когда я выскочил на крик иноземца, его Тени рядом уже не было…
Наступила моя очередь задирать брови, хотя по спине уже промчался холодок страха:
– При чём тут «тень», почтенный, говори яснее, мне сейчас не до твоих фантазий…
Чен скорчил обиженную физиономию:
– Я бы не посмел… - но, увидев, что моё терпение на исходе, быстро забормотал, - эти двое уже пару месяцев в городе и всегда ходили вместе, словно парочка.
Он тоненько захихикал в длинные, свисающие на грудь усы, сощурив и без того узкие глаза, но, наткнувшись на мой суровый взгляд, вздохнул:
– Посол был всегда такой важный, говорил, словно делал мне, недостойному, одолжение, а второй - наши торговцы прозвали его Тенью - молчал. Оружия при нём никто не видел, телом он был худ, да ещё носил горб на плечах, совсем не похож на воина. Спрашивается, зачем тогда таскался за богатым вельможей как привязанный?
У меня от его слов засосало под ложечкой - верный признак грядущих неприятностей:
– И часто они сюда приходили? Не мнись, Чен, знаю же, у тебя тут под каждым кустом по соглядатаю…
Хитрый торгаш изобразил озабоченность, спрятав ладони в бездонных рукавах шёлкового одеяния:
– Всё ради процветания и безопасности нашего города. Увы, старость дарует нам мудрость, отнимая многие воспоминания…
Я выразительно положил руку на меч, что мигом подстегнуло его память:
– Часто, господин Капитан; они появлялись в Гавани не реже трёх раз за неделю, бродили вдоль лавок, а покупали мало…
Рыжий стражник тут же вылез вперёд:
– Это подозрительно, Командир, видно, шпионили, мерзавцы. А потом что-то не поделили между собой, вот этот горбун и… того… Прикончил Посла.
Осознав, что явно переоценил умственные способности новичка, развернулся к нему, но присоединить ещё один труп к уже имеющемуся мне не позволил вступившийся за напарника Газ:
– Не шути так, Бин. Ну как он мог убить Посла - разве что скорчил тому ужасную рожу? Думаю, этот странный тип стал свидетелем убийства, потому и сбежал…