Капитан
Шрифт:
– Бастилия! – прошептал Карл Ангулемский. – Будь спокойна, девочка моя; я не вернусь туда никогда! Слишком много страданий испытал я в мрачных казематах… если меня схватят, я покончу с собой! Но не тревожься, дитя мое. Час нашего торжества уже близок. И первым моим деянием после коронации будет акт справедливости… возмездия… ты знаешь, по отношению к кому, ибо сама ненавидишь этого человека!
Жизель вздрогнула. Губы ее побелели, лицо стало решительным и строгим.
– Да, – вскричала девушка, – всем своим существом я ненавижу человека,
– Будь спокойна! – ответил дочери герцог, и голос его походил сейчас на львиный рык.
В эту минуту к решетке парка подкрался какой-то человек и устремил взгляд на Жизель… Это был Ринальдо, правая рука и верный подручный Кончини.
«Это она… наша незнакомка… Я нашел ее!» – трепеща от радости, мысленно воскликнул он.
– Будь спокойна, – продолжал герцог, не замечая соглядатая. – Час отмщения близок! В скором времени я ожидаю помощи от одного юноши, Жизель… красивого, благородного, бесстрашного… Отец его известил меня, что молодой человек уже спешит сюда… Ему пришлось задержаться в Орлеане, но вчера он, как и ты, должен был проезжать через Лонжюмо.
– Лонжюмо! – пробормотала девушка, и лицо ее залилось ярким румянцем.
Отец почувствовал, как дочь задрожала в его объятиях…
– О! – воскликнул он, оживившись. – Неужели ты его встретила?
– Да, в Лонжюмо я обратила внимание на одного молодого дворянина, – смущенно опустила глаза Жизель.
– С виду не больше двадцати лет? Гордый и смелый? – спросил Карл Ангулемский.
– Да… да… – пролепетала красавица.
– И последнее, дитя мое. Тот, кого я жду, носит костюм жемчужно-серого бархата…
– Да, отец! – вновь ответила девушка.
– Слава Богу! – вскричал довольный герцог. – Ты встретила маркиза де Сен-Мара! Не задавай мне вопросов! Позднее ты узнаешь, какую роль в моем триумфе сыграет твой брак с Сен-Маром… Ты согласна на этот союз?
– Юноша промелькнул передо мной в долю секунды, – прошептала Жизель, не замечая, что грудь ее вздымается от волнения. – И все же, отец, я хочу, чтобы человек, который даст мне свое имя, походил на того, кого я увидела в Лонжюмо.
С этими словами девушка выскользнула из объятий отца, легко вскочила на лошадь и воскликнула:
– Через час я буду в Версале и там дождусь известных вам людей, а вечером вернусь обратно.
– Сегодня вечером! – глухо повторил заговорщик, и голос его вновь зазвучал как львиный рык. – Сегодня вечером меня изберут королем! Ибо отныне меня будет поддерживать один из самых влиятельных людей в стране – отец юного Сен-Мара!
Ринальдо выбрался из кустов, в которых прятался.
– С кем, черт побери, она разговаривала? – проворчал наперсник Кончини. – И о чем? Неужели у маршала есть соперник? Впрочем, непохоже… Едет в Версаль… так она сказала! Очень хорошо. А возвращается вечером. Отлично! Остальное пустяки.
Найдя оставленного за деревьями коня, Ринальдо
Наконец лошадь остановилась перед дворцом Кончини на улице Турнон. Ринальдо, взбежав по лестнице, с бесцеремонной фамильярностью открыл дверь кабинета маршала д'Анкра.
Кончини, увидев своего подручного, вскочил с кресла и пылко вскричал, задыхаясь от волнения:
– Ты, Ринальдо? Уже! Что ты принес мне: радость или отчаяние, жизнь или смерть? Ты нашел ее?
– Она найдена! – провозгласил Ринальдо.
– Будь благословен мой ангел-хранитель, подаривший мне такое счастье! – воскликнул маршал. – Ринальдо, дорогой Ринальдо, проси все, что хочешь! Ты нашел ее, это правда? О чудесная незнакомка, известная мне лишь по имени! Жизель! Говори же… где? когда? каким образом!
– Эх! – ухмыльнулся Ринальдо. – Клянусь Господом Богом, вы мне и слова не даете сказать! Дьявольщина! Да вы просто убиты наповал…
Кончини позеленел. Маршала постоянно терзал страх стать жертвой покушения…
– Убиты стрелами синьора Купидона! – рассмеялся наперсник. – Признаюсь, графская корона весьма украсила бы двери моего жилища… Вы готовы были излить да меня свою щедрость и я теперь припадаю к ее источнику, чтобы собрать все крохи вашего великодушия.
– Говори! Где она? – нетерпеливо спросил Кончини.
– В Медоне, – ответил Ринальдо. – В последнем доме на деревенской улице, с правой стороны, почти напротив харчевни «Сорока-воровка».
– Едем! – зарычал Кончини.
– Какой пыл! – Вновь усмехнулся Ринальдо. – Успокойтесь, у нас есть время! Она отправилась в какую-то деревушку под названием Версаль. Но сегодня вечером должна вернуться в Медон. Стало быть, нам нужно только устроить засаду на дороге и…
– Хорошо! – проворчал Кончини. – Возьми с собой Базоржа, Шалабра, Понтрая, Лувиньяка и Монреваля. Пусть вооружатся до зубов. Выезжаем через час…
– Да, да, – насмешливо промолвил Ринальдо, – мы можем спокойно расставить сети… но что скажет ваша высокочтимая законная супруга?
– Леонора! – пробормотал Кончини, вздрогнув всем телом. – О, эта женщина! Она опутала меня цепями своей ревности, и я бессильно бьюсь в них! Ей нельзя знать даже имени той, которую я люблю… Она ее убьет… отравит, как отравила… да ты знаешь! Сколько их было!
В этот миг кто-то тихонько поскребся в заднюю дверь, выходившую в длинный коридор, который соединял апартаменты маршала с покоями маркизы д'Анкр. Дверь отворилась… вошла женщина… Это была супруга Кончини, маркиза д'Анкр… Леонора Галигаи!