Капкан
Шрифт:
– Что за дело? – старик продолжал веселиться.
Тогда охотница шагнула в сторону и, указав на накрытую стеклом тумбу, выдохнула:
– Вот.
Кинжал всё еще «тлел», и Диран, разумеется, увидел. Только не удивился, а совсем наоборот. Сказал, причём обращаясь ко мне:
– Чего-то подобного я и ждал.
Машинально кивнула, затем окинула зал новым взглядом, а так и не найдя никаких демонов, пришла к единственному выводу:
– Получается, кинжал всё-таки на меня реагирует? Значит, оружие Реда Самейстона –
– Думаю, да, – отозвался тот, кто каждый день контактировал с этими древними вещами. – И если бы меня спросили про оружие Реда, то я бы сразу сказал, что причина свечения – ты.
– Но почему? – вырвался закономерный вопрос. Диран пожал плечами:
– Кто же знает?
Меня ответ не очень-то устроил, зато старика причины явно не волновали. Он извлёк из внутреннего кармана связку маленьких ключей и предложил:
– Посмотрим без стекла?
Прежде чем успели ответить, хрупкая защита оказалась убрана, а лезвие разгорелось с новой силой. Впрочем, лично меня свечение интересовало уже мало – я отвлеклась на другой, более неожиданный момент.
В прошлый раз, когда нас с Фестой привезли в Тавор-Тин и устроили допрос, охотники предлагали прикоснуться к оружию Реда. Тогда я ощутила отклик, в котором была опасность, а теперь тоже почувствовала, однако кинжал, принадлежавший некогда Катрин Томисти, не угрожал. Он излучал чувство уверенности и защищённости, и словно просился в руки.
Но я стояла и не шевелилась, а смотритель… угадал он что ли?
– Хочешь потрогать? – спросил Диран. Я на всякий случай отступила от тумбы. Потом сказала:
– Нет.
– Правильно, – неожиданно отозвался смотритель. – Я бы тоже не стал. «Правильно»? «Не стал»? Тогда зачем предлагать такое?
– Катрин была своеобразной женщиной, никто и никогда не знал, чего от неё ожидать, – пояснил Диран.
Иста сразу напряглась и сказала с толикой ревности:
– Катрин была выдающейся.
– Одно другого не отменяет, – парировал старик.
Снова взглянув на нас, он неторопливо вернул стекло на место, и ощущения, которые транслировал кинжал, стали глуше. А я вздохнула и всё же повторила недавний вопрос:
– Так почему предметы реагируют на меня?
– Прости, Лирайн, – ответил Диран, – но я не знаю.
Могу только предполагать.
– И что вы предполагаете? – подтолкнула я.
– Причины могут быть разными. Во-первых, оружие может реагировать на твою силу, ведь она, как выяснилось, не маленькая. Может реагировать на кровь – возможно, тебе передалось нечто особенное, что-то, чего нет в крови прямых потомков Реда Самейстона, например. Либо тебе надлежит сделать что-то особенное, нечто, что перевернёт нашу историю. Либо…
Я замотала головой, останавливая старика. На мой взгляд, он уже не объяснял, а просто фантазировал, сваливая в кучу все гипотезы, которые только могли прийти в голову.
– А раньше подобное случалось? – спросила,
– Кажется когда-то встречал пару упоминаний, но ничего выдающегося, и никакой закономерности там не было, иначе мы бы знали.
– А то, что вы сказали про мою кровь… Я могу оказаться потомком, – кивок на тумбу, – кого-то из них?
Вопрос, учитывая статус Реда и Катрин, прозвучал самонадеянно. Нет, я и не думала ставить себя в один ряд с такими важными личностями, и на родство не претендовала – кто я и кто они? – но… Логика говорила о том, что подобный вариант всё-таки возможен, и не спросить было бы глупо.
– Мы все в какой-то степени потомки, – сказал Диран, подумав. – Мы живём закрытым сообществом, и все имеют родственные связи со всеми. Если как следует покопаться в родословной, то у большинства из нас обязательно найдётся общий предок.
Я кивнула, принимая ответ, а Иста…
– Вы сказали, что Лире, вероятно, предстоит совершить нечто особенное?
Старик пожал плечами, ответил благодушно:
– Если сложить воедино всё, что известно о Лирайн, и все события, то становится понятно, насколько всё непросто. Одно только нашествие демонов чего стоит. Демоны не стали бы выслеживать Лирайн просто так.
Диран замолчал, видимо, считая, что такого объяснения достаточно, а Иста нахмурилась. Кажется, блондинку всё же задела версия про «избранность» – пришлось вмешаться:
– Глупости всё это, – прокомментировала я.
Сказала и лишь потом поняла, насколько некрасиво прозвучало, но смотритель закрытого музея не обиделся.
– Время покажет кто прав, – просто сказал он.
Я, несмотря на неловкость ситуации, хотела поспорить, но потом подумала и промолчала. Какая разница? Ведь всё равно знаю, что права.
К счастью, Иста развивать тему тоже не стала и спросила уже o другом:
– Диран, а может покажете нам коллекцию?
Смотритель расплылся в счастливой улыбке.
– Конечно, девушки! Прошу!
Крам появился ближе к ночи, с усталым взглядом и большим бумажным пакетом в руках. Он переступил порог квартиры, прикрыл дверь и замер, точно не собираясь проходить дальше. Я отнеслась к этой его «нерешительности» с толикой хмурого подозрения и ничуть не удивилась, услышав:
– Опять?
О чём речь поняла сразу. Пусть охотник не обвинял, и даже улыбался, но я потупилась.
– Лирайн, o том, что произошло сегодня в музее, известно только нашим главным, и они просят тебя не распространяться.
Я опять-таки не удивилась и кивнула. Мне тоже не хотелось, чтобы новость про кинжал ушла в народ.
Брюнет выждал с полминуты, потом вздохнул и сказал:
– Я завтра по горло в делах, ты сможешь посидеть одна? Прогулки по Дамарсу, разумеется, разрешены, но дальше принадлежащей нам части комплекса тебе ходить не следует. Выходить в город нельзя тоже.