Капкан

Гаврилова Анна Сергеевна

– При чём тут… – начала, но запнулась я. – Это не то, о чём ты подумала, – ответила Иста.

Я глянула вопросительно, а Нейс толкнул дверь и, первым шагнув внутрь, зажег свет. Как выяснилось, к проживанию комната отношения действительно не имела. В небольшом пространстве располагались несколько письменных столов и книжных стеллажей.

– Спорим, Крам даже не вспомнил об этом месте? – весело хмыкнул Нейс.

– А это что? – удивилась я. – Библиотека?

– Почти.

Нейсон сделал приглашающий жест, и мы вошли, а он продолжил:

– На полноценную библиотеку книг не наберётся, но суть

ты уловила. Здесь собраны биографии, записки великих и исторические сводки. Полагаю, тебе будет интересно. Я кивнула. Да, библиотека это неплохо, и я даже знаю, про кого хочу почитать.

– Только книги из башни не выноси, – добавил Нейс. – Лучше вообще читать прямо здесь. Информация, как понимаешь, закрытая.

Снова кивнула – это было очевидно.

– Спасибо, – сказала искренне.

– На здоровье, – отозвался Нейс.

А Иста подарила новую улыбку и обратилась к возлюбленному:

– Ну что, пойдём? Парень заколебался, словно не желая оставлять меня в одиночестве, а потом спросил:

– Лирайн, ты сама справишься?

Я заверила, что всё в порядке, и охотники ретировались. Оглядевшись снова, подхватила одно из изданий и, взглянув на цифру тиража, поняла, что книги по-настоящему уникальные… Тридцать экземпляров. Всего!

Спустя примерно четверть часа, которые ушли на то, чтобы разобраться в логике наполнения стеллажей, я всё-таки нашла искомое. Биография Реда Самейстона. Обложку украшал схематично нарисованный шакрам…

ГЛАВА 2

Учитывая недавние события, я совсем забыла, что жизнь может быть нормальной. Что можно просто просыпаться по утрам, ходить в столовку, учиться и не трястись от каждого шороха осиновым листом. Действительно забыла! Поэтому следующие две с половиной недели стали своеобразным открытием. Сначала просто не верилось, а потом… я всё же втянулась в этот размеренный ритм студенческой жизни. Точнее, не совсем студенческий – ведь тренировки, которое посещала через день, отношения к образованию не имели.

Второе открытие – если не работать по ночам и посвящать силы только учёбе, то предметы становятся не такими уж сложными. Более того, я втянулась настолько, что даже проверочную работу по экономике сдала. Преподша такому успеху не порадовалась, но кривя губы поставила на листке с работой «плюсик», а я вышла из аудитории с улыбкой. Могу! Ведь действительно могу!

К присутствию рядом Нейсона тоже более-менее привыкла. Иногда сердце, конечно, вздрагивало, но не так сильно, чтобы переживать. Зато интерес со стороны Крама по-прежнему воспринимался как нечто непонятное – до сих пор не верилось, что могу быть интересна такому парню. Окружающие относились к нашему союзу так же, и я часто ловила недоумённые взгляды, когда шла куда-то вместе с ним.

Куда ходили? Учитывая запрет покидать Тавор-Тин для младших курсов, прогуливались по самому университету. Лишь однажды удалось уговорить Крама свозить меня в прежний колледж, чтобы встретиться с Рикой, однако выбраться всё-таки не удалось.

Просто Рика, как выяснилось после звонка, свалилась с сильнейшей простудой, и к встрече гостей была не готова. А мне, честно говоря, совсем не хотелось заразиться, поэтому пришлось остаться в Тавор-Тин.

Что немного раздражало, так это тяга Крама к поцелуям.

На людях он держался относительно спокойно, но стоило оказаться наедине – всё. И пусть дальше этих самых поцелуев мы не заходили, я испытывала смешанные чувства. Сколько можно целоваться? Неужели других дел нет?

Я так расслабилась, что в итоге совсем забыла о нерешенных загадках. Тем неожиданней было услышать:

– Лирайн, завтра тебя хотят видеть в Дамарсе, – сказал Крам.

С этой фразы началось утро пятницы – брюнет заглянул ко мне, чтобы проводить на завтрак…

– А? – ответила удивлённо. Нахмурилась, тряхнула головой, потом смогла собраться с мыслями и уточнить:

– Кто именно хочет меня видеть?

– Фатос, – последовал неожиданный ответ.

Действительно неожиданный, уж о ком, а о «гипнотизёре», пытавшемся стереть воспоминания о второй встрече с демоном, я вообще не вспоминала. Крам, видя это удивление, хмыкнул и привалился плечом к дверному косяку. Ну а я застыла – уже одетая и причёсанная, но ещё не успевшая выйти из комнаты. Готовая ко всему, кроме этого разговора.

– Зачем я ему понадобилась?

Парень подарил неоднозначный взгляд и шумно вздохнул.

Чуть позже, после того, как спустились на лифте и направились непосредственно к столовой, мне рассказали…

– Мы начали расследование, пытаемся найти твоих родителей или хоть какие-то следы, но пока пусто. Поэтому хотим предложить тебе пообщаться с Фатосом.

Это «предложить» прозвучало с заминкой, словно спрашивать согласия вообще-то не собирались.

– Ты говорила, что ничего особенного не помнишь, – продолжил Крам, – но наша память, зачастую, избирательна, и ты могла просто не обратить внимания на важные детали. Возможно, какие-то воспоминания есть, но относятся к настолько раннему детству, что самостоятельно не отыскать.

– То есть мы снова возвращаемся к мыльным операм? – помня другой похожий разговор, уточнила я, и парень глянул хмуро.

– Лирайн, нам в любом случае нужно выяснить.

– И Фатос хочет залезть в мой мозг? – не пожелала отступить я.

Восторга идея не вызвала – да и кому бы такое понравилось?

Крам настроение, разумеется, уловил и сказал:

– Фатос немного поработает с твоей памятью, и только в том, что касается воспоминаний о родителях или ком-то, кто имеет отношение к твоему происхождению. Только это, Лирайн. Другие области воспоминаний он не затронет. Тебе ничего не грозит.

Я кивнула, чувствуя нарастающее напряжение. Шла и понимала, что деваться всё равно некуда, охотники хотят знать откуда я взялась, а я не могу отказать, потому что завишу от них чуть меньше, чем полностью.

Ведь именно они, охотники, устроили учиться в Тавор-Тин, платят стипендию и, что важнее всего, защищают от демонов. Без них мне не выжить, а значит, придётся сотрудничать. Придётся пустить Фатоса в свой мозг.

– Хорошо, – выдохнула в итоге, и Крам неопределённо хмыкнул.

К счастью, продолжать тему не стал – просто довёл до стеклянного прилавка, подал поднос и встал за мной. А наполнив подносы, мы разошлись в разные стороны, каждый к своему столику, к своей компании. Почему до сих пор не объединились? Не знаю. Иста и Нейс тоже ели порознь и чувствовали себя при этом очень хорошо.