Кара Духов

Крюков Василий

– Так кто его отец? – с интересом задал вопрос один из блюстителей.

Масси посмотрел на него, но не успел ответить. Со стороны порта раздался величественный вой труб. Это был не просто приветственный вой труб! Этот мотив в исполнении портовых труб знал каждый, кто жил в Карт Хадажде! Именно так город приветствовал морского суффета, возвращающегося с победой с войны.

– Да вот и он! Легок на помине! – с улыбкой сказал Масси, показывая рукой в направлении, откуда доносился трубный гул.

– Не понял! Кто легок на помине? –

с замешательством в голосе переспросил блюститель.

– Это был сын Хамелькарта, – ответил Масси, протягивая письмо товарищам.

Блюстители взяли письмо, прочитали его и растерянно посмотрели на Масси.

– Теперь мы точно получим повышение! – с радостью в голосе и широко улыбаясь, сказал Масси.

Глава 9. Разговор суффетов

Под торжественный гул труб флотилия Хамелькарта проходила через торговый порт. Сам суффет стоял на капитанском мостике и с большим удовольствием наблюдал, с какой радостью его встречали люди на пристани. В народе любили Хамелькарта, считали его благородным и честным политиком, его авторитет был очень высок.

Хамелькарт улыбался и иногда махал рукой людям в ответ. Вдруг среди толпы он увидел очень полного человека в дорогих одеждах и в окружении охраны из гвардейцев Священного отряда. Это был Председатель Гано. Они встретились взглядами, театрально улыбнулись и кивнули, поприветствовав друг друга.

Хамелькарта удивило и озадачило присутствие Гано на пристани в момент возвращения флотилии. Зачем он прибыл на пристань? Не для того, чтобы поздравить Хамелькарта с победой, это точно! Только в случае поражения или гибели самого Хамелькарта Гано мог специально прибыть на пристань, порадоваться неудаче своего главного политического оппонента!

Флотилия подошла к внутреннему шлюзу. Преодолев его, корабли вошли в военную часть порта. Они, двигаясь по часовой стрелке, заходили в свободные доки, и только флагманская Морская Пантера подошла к пристани замка морского суффета.

После того, как все мероприятия по швартовке корабля были окончены, Хамелькарт сошел на берег. На пристани его встречал Бодмелькарт, в руках он держал специальный футляр для писем и документов. Он, улыбаясь, подошел к адмиралу и поздравил его с победой. Хамелькарт также улыбнулся ему в ответ и предложил пройти в его кабинет, так как прекрасно понимал, что Бодмелькарт без веской причины не стал бы беспокоить военного суффета после продолжительного морского перехода.

– Я к вам по двум вопросам, господин суффет, – ровным тоном сказал Бодмелькарт.

– Понимаю, что не о погоде будем беседовать, – с улыбкой ответил Хамелькарт.

– А это третий вопрос будет, – с широкой улыбкой суффет по международным делам ответил на шутку военного суффета.

Посмеявшись над такой шуткой, оба суффета продолжили путь по мрачным коридорам Морского замка. Вскоре они очутились в просторном, но небольшом зале –

приемной Хамелькарта, где круглосуточно на вахте стоял дежурный офицер.

При виде двух суффетов он встал и почтительно поклонился обоим. Последние, не особо обращая внимание на офицера, быстро прошли в кабинет Хамелькарта.

Кабинет был просторный, с большим окном, из которого открывался вид на весь порт Карт Хадажда. У этого окна стоял массивный, сделанный из карфийского кедра рабочий стол Хамелькарта. На стенах кабинета были развешаны карты. Тут была подробная карта самого города Карт Хадажда, морская карта Среднего моря и большая политическая карта всего мира.

В другом углу кабинета находился длинный прямоугольный стол для совещаний и именно за этим столом Хамелькарт предложил Бодмелькарту провести беседу. Вскоре в кабинет вошел дежурный офицер. Он принес на подносе кувшин с гранатовым соком, два стакана и блюдо с закусками.

– Так что ж случилось за время моего отсутствия, если разговор требует такой срочности? – задал вопрос Хамелькарт сразу после того, как дежурный офицер покинул его кабинет.

Бодмелькарт молча достал из небольшого футляра, сделанного из дорогой породы ореха, свиток и протянул его адмиралу.

Хамелькарт взял свиток и сразу обратил внимание на то, что на нем была личная печать императора Фурина Требия. После этого он внимательно посмотрел на Бодмелькарта, последний, не произнося ни слова, жестом руки предложил адмиралу прочитать этот свиток.

Хамелькарт развернул свиток и начал его читать. На его лице появилась довольная улыбка.

– Император Фурин приглашает меня в качестве почетного гостя в Ворс на празднования в честь победы над Матосом, – довольным тоном сказал суффет.

– Именно так! – также улыбаясь, ответил Бодмелькарт.

– Вы знаете, господин суффет, я проплыл по всем морям и был во многих городах, но ни разу не был в Ворсе. Вы были там? Говорят, что это очень красивый город, – откинувшись на спинку стула, с радостным выражением на лице задал вопрос Хамелькарт.

– Неоднократно был по долгу службы в Ворсе. И да, город действительно очень красивый, – улыбаясь в ответ, сказал суффет по международным делам.

– С большой радостью и интересом посещу Ворс! – радостным и мечтательным тоном произнес Хамелькарт.

– Конечно, посетите, но не в этот раз! – хитро улыбаясь и при этом пристально смотря в глаза Хамелькарту, сказал Бодмелькарт.

После этих слов у Хамелькарта изменилось выражение лица, он сдвинул брови и внимательно посмотрел на Бодмелькарта, а тот достал из футляра еще один свиток и молча протянул его военному суффету. На этом свитке была государственная печать Совета Сорока. Хамелькарт стал читать этот документ, и выражение на его лице стало очень серьезным.

Ознакомившись с этим документом, Хамелькарт внимательно и очень серьезно посмотрел на Бодмелькарта: