Карантин
Шрифт:
– Временно. Юра Макогон зачислен в группу Трофимова. После Питерской стычки с «серым» Трофимов уже оправился, но у него остался один Финн, тоже после лечения. Туда же зачислили Антона Поспехова. Они сейчас в тридцатой работают. А дока твоего, Чернявского, зачислили в группу Ежова. Ты, кстати, встретишься с ним. К вечеру Еж и компания здесь будут. Можешь забрать.
– Нет, если зачислили, пусть там и работает. А я уже и с этими начал срабатываться.
– Я не возражаю, Степан. Работай с вольнонаемными, если масть идет. Но в квестеры их зачислить не смогу без обязательных
– Да бог с ним, со штатом. Пусть по временным карточкам работают. Может, так даже удобнее будет.
– Фонд оплаты и снабжения из расчета обычной группы. У тебя сколько этих вольных? Четверо? Один лишний, получается. А позже я буду вынужден прислать дока и получится, что лишних двое. Придется двоих выгнать или перекинуть в другие группы.
– Это хуже, – задумчиво проронил Бибик. – С оплатой туда-сюда, терпимо, а если придется отсылать кого-то. Ну, девчонку, допустим, можно снять с баркаса, а остальных… не хотелось бы разбивать. Слушай, один из них студент, бывший, полгода не доучился. Может, его доком назначить? Парень толковый.
– Я подумаю. Вряд ли научный отдел даст добро, но пока… завтра посмотрим. Все завтра, Степан.
– А что завтра-то? Какая-то большая операция намечается? Я никак не вкурю. Ты все как-то загадочно… вокруг да около. Завтра то да се. И группы съезжаются.
– И не только группы, – дверь открылась и на пороге возник Лунёв. – Вы простите, я кое-что подслушал.
– О, Андрей, ты как сюда попал?
– По лестнице.
– Там же охрана, – Бибик обернулся к координатору. – Знакомьтесь. Это Андрей Лунёв. А это наш координатор Владимир Бернштейн.
– Читал о вас, – Владимир смерил Лунёва внимательным взглядом.
– Книгу? – Андрей вопросительно поднял бровь.
– Досье, – координатор взглядом указал на компьютер. – В ЦИК имеется нечто вроде особого списка…
– Черного?
– Нет. Особого. В него занесены люди «сомнительного происхождения»… прошу понять этот термин правильно. Вы в списке первый. Вы ведь не отсюда?
– Но и не из разлома, – Андрей спокойно выдержал взгляд Бернштейна. – Чтобы не усложнять, считайте меня вымышленным персонажем.
– Мне нетрудно и усложнить, – Владимир заглянул в компьютер. – Разделение главной последовательности пространственно-временного континуума. Две тысячи восьмой год. Ключевая точка в районе многострадальной Чернобыльской АЭС. Предположительно, это сложное событие стало одной из деталей пускового механизма Сезона Катастроф. Если угодно, упомянутое событие подготовило почву для него.
– Скорее, просто подтолкнуло события в этом направлении, – уточнил Андрей. – Но очень скоро последовательность вновь станет единой.
– Вашей? – Бернштейн заинтересовался. – Так сказать,
– Единой. Поэтому будет трудно сказать, вашей или нашей. Я предпочел бы третий вариант, в котором не будет ни проблем моего мира, ни вашего.
– Не будет этих проблем, найдутся другие, – заметил Бибик. – Вы закончили меряться суммарной длиной извилин?
– Закончили, – Андрей усмехнулся. – Я, собственно, по делу пришел.
– Я уже договорился, как вам и обещал… – попытался вставить реплику Бибик. – Вы все теперь временные сотрудники ЦИК.
– Спасибо, но не об этом речь. Вы сказали, что съезжаются квест-группы. Так вот, не только они. Только что я спугнул разведчика «серых».
– Откуда вы его спугнули? – удивленно спросил координатор.
– Прямо отсюда, со стены вашей базы. Карабкался, как человек-паук.
– Совсем оборзели, – фыркнул Бибик.
– Ценная информация, спасибо, – задумчиво проронил Бернштейн. – Вы проходите, Андрей, присаживайтесь. Я поясню кое-что. Проходите, проходите! То, что вы возглавляете «список пришельцев», не значит, что ЦИК вам не доверяет. Ваше досье завизировано самим Кирсановым.
– Текст визы: «Задержать»?
– Да. Но есть еще три слова. «Для личной беседы». Вы крайне интересны Кириллу Константиновичу. И теперь я понимаю, почему. Степан рассказал вкратце о ваших совместных приключениях.
– А Трофимов доложил о Питере?
– И это тоже, – Бернштейн улыбнулся. – Там вышло недоразумение. Не так ли?
– Приятно работать, – вместо ответа констатировал Лунёв. – Даже подозрительно приятно.
– Как вам угодно, – Владимир кивнул. – В любом случае, лично мне вы ничего плохого не сделали, а в инструкциях сказано, что вы считаетесь союзником категории «А». Поэтому позволю себе перейти к делу. Времени маловато. Итак, вы спросили, почему все собираются здесь, в омской зоне. Поясню…
Бернштейн взял привычную паузу.
– У Володи в Хайфе свой резиновый завод, – вздохнув, проронил Бибик. – Ну, не тяни ты!
– Но первым делом я должен спросить, вы готовы приступить к работе прямо сейчас?
– Во дает, – Бибик взглянул на Андрея и вновь улыбнулся. – Ему в театре играть надо. Так держать паузы и наматывать интригу на кулак… это талант надо иметь.
Андрей ничего не добавил. Он изучал Бернштейна.
– Спасибо, Степан, – сказал координатор, – но я жду ответа.
– То есть ты, вот прямо так, с корабля на бал нас посылаешь? Сразу заряжаешь на новый квест?
– Я не настаиваю, но… мне интересно, вы задумывались, пока топали сюда от места прибытия, почему вам «посчастливилось» выбраться из Антарктики именно в эти места?
Бибик вновь взглянул на Андрея, теперь вопросительно. Отвечать откровенно или не отвечать вовсе? В данной ситуации годились только эти два варианта. Никакой полуправды. Но все переговоры с Мастером Игры вел всегда Андрей, значит, именно ему и следовало принять решение. То, что группа сейчас находилась на территории ЦИК и была практически зачислена в ряды квестеров, ничего не меняло. В Игре Бибик исполнял роль второго плана.