Карантин

Шалыгин Вячеслав Владимирович

Что это значило? В принципе, ничего не значило. Дела прежде всего. И все же в душе поселилось что-то давно забытое, и оно определенно грело. И это как минимум. Андрею нравилось это ощущение, ему было приятно идти рядом с этой девушкой, ему даже хотелось поговорить и узнать ее получше.

«Вот тебе и невозмутимый наемник Старый, – Андрей мысленно усмехнулся. – Когда такое было в последний раз? С Татьяной? Даже близко ничего подобного. Нет, чувства были, но такие… ровные. А тут что? – Андрей себя одернул. – Да ничего пока! Просто слегка «коротнуло». Бывает. На этом и следует пока остановиться, – будто бы прочитав недавние мысли Шурочки, мысленно

закончил Лунёв. – А дальше… как пойдет. Еще неизвестно, чем обернется этот квест. Может, занесет опять куда-нибудь – и весь роман. Без начала и финала».

На месте сбора групп собрались уже все, кроме Андрея и его новой знакомой. Заметил ли кто-то из товарищей, что Лунёв слегка не в себе, осталось загадкой. Комментариев не последовало, хотя наблюдательный Муха и перевел пару раз взгляд с Андрея на Екатерину и обратно. Все группы теперь были в сборе и можно было выдвигаться. Раптор все-таки не дождался общей команды, дал отмашку своим бойцам, они запрыгнули в джип, и их машина первой пересекла границу зоны.

Остальные въехали в лабиринт полупрозрачных стен, курганов и нагромождений почти одновременно. И почти сразу же потеряли друг друга из вида. Через какое-то время машина Юрьева вырулила на дорожку, проложенную джипом группы Бибика, но продержалась на хвосте недолго. В какой-то момент разведчики свернули и не появлялись в поле зрения довольно долго…

…Крутивший баранку Бибик вел машину уверенно, словно по знакомой улице, хотя вряд ли на самом деле узнавал эти места. Постепенно возвышающиеся повсюду стены и пирамиды из странных камней примелькались, их окраска и отлив перестали резать глаз. Но воспринимать их как заурядные препятствия Лунёв научился часа через полтора, не раньше. Зато когда все эти конгломераты, осыпи, стены и курганы превратились в нечто обыденное, картина окружающего «мармеладного» мира для Андрея кардинально изменилась. Мозг будто бы отключил восприятие цвета, и все встало на свои места. Теперь Лунёв ехал по лабиринту, напоминающему руины разрушенного длительными бомбежками города. Все, что требовалось в таких местах: выдержать направление, не заплутать в этом лабиринте. Нет, в реальном городе требовалось бы еще не нарваться на засаду, не наехать на мину, неразорвавшуюся бомбу или просто на острую арматуру. А здесь следовало только интуитивно выбирать повороты. Впрочем, не только. Это выяснилось, когда группа преодолела примерно четверть дистанции.

Оказалось, что и в этом условном городе имелись свои мины и ловушки. В первую очередь выяснилось, что некоторые камни находятся в состоянии неустойчивого равновесия и готовы в любой момент рухнуть со стены или скатиться по осыпям и пологим склонам курганов и пирамид. И что самое противное, было невозможно угадать, что станет толчком для начала обвала.

Сначала Андрей решил, что дело в порывах ветра. Несколько камней скатились по склону далеко позади машины после того, как квестеры услышали характерный шум и посвистывание ветра. Но вскоре прилетел новый порыв, а качающиеся камни на вершине ближайшей пирамиды никак не отреагировали.

Вторую, звуковую, версию выдвинул Муха. Когда машина свернула в очередной «переулок», довольно широкий и прямой, и Бибик слегка поддал газку, странные валуны покатились с горы через миг после того, как до них долетел резкий отзвук выхлопа.

Для разрешения спора товарищи обратились к доку и к Бибику как к единственному профессиональному квестеру в группе. Чернявский

обе версии обмозговал, но в результате не дал однозначного заключения, а Бибик все забраковал.

– Для ветра тяжеловато, да и форма у них обтекаемая, а звук… – квестер посигналил. – Вот тебе еще резче. И что? Где камнепад?

– Ты, давай, не рискуй все равно, – пробурчал Муха.

– Живые они, – уверенно сказал Бибик. – Вот и вся отгадка.

– Живые? С чего ты взял?

– А вы обернитесь, – Бибик взглядом указал на зеркало заднего вида.

Квестеры обернулись, и у Мухи тут же вырвался невольный возглас «Газуй!». Но Бибик не прибавил скорости. Он лишь усмехнулся.

– Минут десять, как их наблюдаю.

За машиной, на дистанции в три десятка метров, катились несколько «валунов» диаметром с колесо джипа. Причем катились с той же скоростью, что и машина. Не догоняя, но и не отставая, какие бы виражи ни закладывал водитель.

– Как собаки за мопедом по деревне бегут, только не лают, – добавил Бибик. – А которые сверху скатывались, это, думаю, птицы с деревьев слетали. Ну, в смысле, пытались слететь. Мы вообще, если что, по лесу едем.

– Да, да, это весьма вероятно, – проронил слегка ошарашенный Чернявский. – Действительно, если задуматься… это напоминает лес.

– Или город, – сказал Андрей.

– Но здесь не было города. Даже ближайший поселок отсюда далеко.

– Могло перемешаться, – заметил Муха. – Док на северном НП говорил, что «черный шторм» перетасовал все в зоне.

– Предметы перетасовал, – возразил Бибик. – И людей поперекидывал. А деревья, где росли, там и остались. Так что, можете мне поверить, я эти леса знаю. Через сотню-другую метров этот перелесок закончится, поле будет с парой ложбинок. Надеюсь, там оторвемся от этих «роллинг стоунзов».

– Они вроде не собираются нас атаковать.

– А если соберутся?

«Перекати-поле» не напали, но и не отстали. До момента, пока машина не вырвалась из лабиринта фантастического «леса», они упрямо катились по ее следам, а затем будто бы сдали свою вахту. Резко остановились, несколько секунд пораскачивались на месте и покатили обратно.

Экипаж дружно выдохнул, но вскоре понял, что расслабляться рано. Первую из предсказанных Бибиком ложбинок машина проскочила не заметив, а вот перед второй водителю пришлось нажать на тормоз.

На дне ложбины раскинулось узкое, но изрядно вытянутое озеро зеленоватого студня. Выглядело оно неглубоким и вообще не ахти каким препятствием, но посреди озерца стоял квестерский джип.

– Как говаривал один знакомый литератор: «Открываю дверь, вижу, стоит человек с топором, – проронил Бибик, – и вот, не знаю, почему, но это меня сразу же насторожило». Как думаете, чей тарантас?

– Раптора, – ответил Муха. – Его, точно.

– И где тот Раптор?

– Не помню точно, давно это было, но кажется, метеорит упал. Вроде Челябинского, только чуть крупнее. Вот весь раптор и повымирал.

– А если серьезно? Неужто это такая серьезная жижа, что даже подготовленный джип увяз? Док, вы чего молчите?

– Э-э… я молчу? А можно пойти посмотреть? – Чернявский обернулся к Андрею.

– Можно даже сбегать, – сказал Лунёв. – С Мухой.

Сталкер и док без промедления покинули машину и вскоре уже сидели на корточках у края озерца. Какое-то время они тыкали в зеленоватое желе какими-то пластиковыми палочками и пытались затолкнуть кусочек субстанции в пробирку, а затем Муха обернулся и махнул рукой.