Карантин
Шрифт:
– С подгонкой ясно. Откуда в принципе костюмчик?
– Этого я не помню, – Кривов пожал плечами. – Я вообще мало помню. Выключился, когда запустилась установка.
– Вы видели, как работала она?
– Да, видел, говорю же. Подобрался поближе, затаился, приготовил камеру… не было при мне камеры? «Кэнон», зеркалка, не новая, шестидесятая. Нет? Жаль. Такая вещь! В общем, когда установка начала светить в разлом, вокруг все будто бы вспыхнуло. И точка. Больше я ничего не помню. Выключился. А включился, когда вы о правилах игры начали рассуждать.
– Вам-то откуда о ней известно?
– От квестеров. Вы разве не знаете, Кирилл Константинович, что некоторые из ваших подчиненных ведут блоги? Особенно бойцы западных первичных баз. Рассуждения о странной Игре «серых», с бонусами, возвратами хода и прочими игровыми моментами, одна из главных тем для обсуждения в комментах. А кое-кто из аналитиков ЦИК даже грешит склонностью к масштабному художественному изложению служебной информации в сочетании с собственными размышлениями. Целые романы пишут. И получается у них, должен признать, весьма прилично.
– Фамилии не назовете?
– Нет, – Кривов решительно мотнул головой. – Профессиональная солидарность. Понимаю вашу озабоченность, но свободу слова никто не отменял.
– А вы говорите, Омская зона виновата, что в Центре какие-то проблемы, – хмыкнув, сказал Бибик. – Тут и без аномальной непрухи утечка на утечке. Рудину баранка за такую бдительность.
Кирсанов достал из кармана смартфон, подумал немного и спрятал.
– Разберусь лично с писателями этими, – он посмотрел на часы. – Степан, развяжи господина журналиста. Он пойдет со мной. Мы продолжим нашу беседу в другом месте. Чернявский, вы не хотите вернуться в группу к Бибику? Или вы по каким-то причинам не можете идти в зону?
– Я? – док потер висок, будто бы лихорадочно соображая или припоминая, есть ли у него причины, по которым он может отказаться. – Я… пожалуй… совершенно свободен от любых… м-м… личных обязательств.
– Жена ушла три года назад, – прямолинейно ляпнул Бибик и приобнял дока за плечи. – Док снова в команде, босс.
– Вот и хорошо, – Кирсанов перевел взгляд на «прикомандированных». – Ну, а вам, друзья мои… ни пуха ни пера.
– К черту, – ответил Муха и почему-то поморщился.
– Связь через Бернштейна либо напрямую, – Кирсанов сунул Лунёву визитку и пожал руку. – Уговор дороже денег?
– Да, – просто ответил Андрей.
Кирсанов и подозрительный журналист вышли через подсобку, в которой Кривова для надежности крепко взяли под руки два охранника из свиты большого босса.
– С чего начали, к тому и вернулись? – невесело усмехнувшись, пробурчал Каспер.
– Не скажи, – возразил Муха. – Теперь мы знаем и понимаем на порядок больше. Например, я понял, что вам с Шурочкой опять придется остаться в лавке. Подождать нас здесь.
– Это как это?! – Каспер возмущенно вытаращился на товарища. – Обоснуй!
– Шурочке в зону нельзя, у нее мама аж под Киевом осталась. И так вся на нервах, дочку месяц не видела, а если еще и невезуха навалится?
– А если наоборот? – Шурочка была вся в сомнениях, это отражалось у нее на лице. – Если повезет?
– Лучше не рискуй, – негромко посоветовал Андрей.
– Ну так вот, – продолжил Муха. – А у тебя, Каспер, в Ростове целый воз родни. И вся с криминальным душком. Им вообще рисковать противопоказано. Как им твоя самодеятельность аукнется? А вдруг проколются на чем-нибудь, да и примут их мусора всех оптом? Даже если фарт. Он тоже может им не в жилу пойти. Начнут носы задирать, а в серьезном обществе этого не любят. Завалят всех сразу на одной стрелке.
– Чтоб у тебя язык отсох, насекомое навозное! – Каспер вспыхнул и сжал кулаки.
– Спорим, не подеретесь, – между ними встал Бибик.
– И не собирался! – выпалил Каспер. – Мне из всей моей родни… да на всех, кто старше пятнадцати, плевать! Родителей уже нет, а все эти… кузены да кумовья… пошли они! Сволочи все как один! Так что не волнует меня, как им аукнется!
– А как же младшие? Которым нет пятнадцати.
– А младших лотерея не трогает, ты не слышал, что ли? Вон, в Центре, народ на детском уровне от вихрей спасается.
– Тогда третий момент, – спокойно добавил Муха. – Док с северного НП сказал, что эмоциональная связь важнее родственной. Шурочка однозначно вне зоны остается… так что… выбирай, Ромео.
– Зар-раза! – Каспер все-таки попытался двинуть Мухе в нос, но его вовремя перехватил Бибик.
– Найдем тебе задание, – пообещал он Касперу. – Чего ты расстраиваешься?
– Нечестно это!
– Таковы условия этого этапа, – напомнил Лунёв, тоном давая понять, что пора переходить от рассуждений к делам. – На подготовку три часа. Выдвигаемся с рассветом. Док, успеете собрать все необходимое?
– Да, конечно, – Чернявский почему-то до сих пор потирал висок и о чем-то думал.
– Ну, так давай, топай в закрома, – подтолкнул его Бибик. – Или есть что еще сказать?
– Я… э-э… подумал… – док бросил взгляд на дверь подсобки. – Видите ли…
– Короче, – потребовал Лунёв.
– Токсины! Понимаете… господин Кривов, конечно, здоровый молодой человек, это видно, однако…
– Я понял вас, док, – Лунёв поднес палец к губам и выразительно посмотрел на потолок. – Обсудим в зоне. А пока давайте соберемся и хотя бы час отдохнем.
– Но ведь эта, так сказать… проблема, останется здесь… – попытался возразить док.
– Вот этой проблемой и займется наш засадный полк, – Андрей кивком указал на Каспера и Шурочку. – Помнится, на Острове у них получился неплохой тандем.
– Только не надо выдумывать утешения! – с горечью выпалил Каспер.
– Это не утешение, – совершенно серьезно возразил Андрей. – Если ты недопонял, о чем только что мы говорили с доком, чуть позже я поясню. Сейчас соберемся, а после выйдем с тобой погулять.