Каратель
Шрифт:
Узнать этого человека было несложно. Мужчина с глазами старика в костюме-тройке. Именно он перенастроил линии судьбы таким образом, чтобы выдернуть моё угасающее сознание из-за Последнего Порога и перенести в тело Ростислава Володкевича.
— Здравствуй, Гримаун.
— Давненько не виделись, — я сказал чистую правду. — Ну, если не считать твоих металлических червяков и рассыпающихся писем. Оригинальный способ доставки корреспонденции.
— Спасибо, что оценил.
— Ну, любезностями обменялись. Что
— У Кормчих есть сильные морфисты, так что я сумел перехватить твой сон, — глазом не моргнув, заявил собеседник. — И теперь хорошо представляю, что происходит.
— Здорово. И?
— Видишь ли, Гримаун, позиция Кормчих такова, что мы не заинтересованы в возвращении Древних. Более того, наши знания и тайные доктрины… позволяют с уверенностью заявить, что существующей цивилизации придёт конец. А кроме того…
— Вы не хотите закрывать Врата, — предположил я.
— Здесь ты ошибаешься, — покачал головой Чертёжник. — Я с удовольствием прикрыл бы эту лавочку, но Администратор держит ситуацию под контролем. Питающие Врата колонии неуязвимы. А вот многочисленным земным правителям откат в эпоху без крема и разломных материалов точно не понравится.
— По-моему, Живой Хаос гораздо хуже.
— Вечная дилемма, — вздохнул Чертёжник. — Из двух зол выбираем меньшее.
— Громко сказано. Никто здесь ничего не выбирает. Я умею сражаться с тварями, но против богов или этих ваших Предтеч не пойду. Даже вернув полную силу… В общем, ты понимаешь.
— Нет, — ухмыльнулся Чертёжник. — Не понимаю. Я не для того тебя призывал, чтобы так легко сдать планету, за которую мы несли ответственность на протяжении веков.
— Предлагаешь воевать с богами?
— Вовсе нет. Если Живой Хаос будет уничтожен, Древние откажутся от своего плана повторной колонизации Земли.
— Нельзя его уничтожить, — я покачал головой. — Ты и сам слышал. Печати наложить можно, но не факт, что они надолго удержат эту тварь.
— А если мы заманим Хаос в ловушку?
— Для него нет ловушек. Эта хтонь выберется из любого Разлома и наваляет нам по полной.
— О, ты недооцениваешь силы, которыми управляют мойры. Я предлагаю создать автономную вселенную, заманить туда Хаос и наложить на него печати.
— Есть один нюанс. Ты их накладывать не умеешь. Как и я.
— Зато умеют твои далёкие предки. Нужно объединить усилия. Мы отредактируем некоторые судьбы, повлияем на вероятности и создадим реальность-ловушку. Ты договоришься с богами. И останется лишь придумать…
— У тебя всё так просто, — восхитился я.
Чертёжник улыбнулся уголками губ.
— Зачем усложнять.
Глава 18
Фазис, Красная Поляна
Тот же день
Молодой
Он не любил общаться с этим человеком, но и отказать во встрече не мог. Просто потому, что некогда был заключён договор, которому оба неукоснительно следовали.
В ожидании встречи юноша перебирал какие-то доклады и финансовые отчёты, где-то ставил подпись, что-то с недовольным видом откладывал в сторону.
— Машина прибыла, — доложил бесстрастный голос.
— Спасибо, Бродяга.
Парень аккуратно рассовал все бумаги по ящикам, повернул голову вправо и вниз, уставился в пустоту. Ему не нравилась машина гостя, которая подкатила к усадьбе. Вернее, не так. Машина проявила себя возле усадьбы, выпав из многомерности. Технология, которой обладали единицы жителей Земли. Устройство, передвигающееся за гранями восприятия обычных людей. И вот оно, соткавшись из дождливого зимнего сумрака, нескончаемого пятидневного ливня, обретает форму. Веретенообразную форму, которая постепенно обрастает деталями и превращается… в обтекаемый автомобиль премиум-класса.
Будь у хозяина усадьбы домик попроще, эта штука могла бы в него встроиться, превратившись в балкон, эркер или какой-нибудь флигель. Но домоморф умеет противостоять таким фокусам.
Из автомобиля вышел смуглый человек с прямой спиной и орлиным носом, классический типаж индейца. Приблизившись ко входной двери, смуглолицый гость вежливо постучался.
— Открыть, — приказал хозяин кабинета. — Пусть слуга проведёт его сюда.
Дверь исчезла, пропуская визитёра.
Через пару минут уже знакомый стук повторился.
— Войдите! — повысил голос молодой человек.
На пороге появился слуга в чёрной ливрее, расшитой золотом.
— Господин, к вам приехал…
— Знаю. Пусть войдёт.
Слуга молниеносно исчез, уступив место «индейцу».
— Вижу, ты не меняешь привычки, Сергей. Всё та же страна, тот же интерьер. Слуга новый.
— Люди смертны, — вздохнул парень, указывая гостю на свободное кресло. — Тебе ли этого не знать, Льока.
— Правда жизни, — мойра, которого звали Льокой Юпанки, даже не изменился в лице. — Рад застать тебя в добром здравии.
— Допустим, я поверил, — ответил тот, кого назвали Сергеем. — Зачем пожаловал?
Льока уселся в кресло.
— Ты больше не человек Администратора. И между нами нет вражды. Поэтому я могу разговаривать с тобой без оглядки на… прошлые недоразумения. Буду откровенен. Нам всем угрожает беда.
— Когда ты говоришь «нам», подразумеваешь Кормчих? — уточнил хозяин кабинета. — Или одарённых?
— Я подразумеваю всё живое на планете, — последовал серьёзный ответ. — И этот кризис, вне всяких сомнений, вызван твоими прошлыми действиями…