Каратели
Шрифт:
Огонь, я в курсе о ее способностях, поэтому понадеялся на хороший исход событий. Успел Андрей к помосту или нет, не известно, не видно лиц палачей, которые после совершенной казни, с усилием выдергивали гвозди из жертвы и столба.
Наручники сняли, отпуская Диану, и, позволяя той упасть. Склоненная белокурая голова покачнулась вперед. Вслед за ней и тело. Довольно ровно. Не упало.
Несколько секунд, когда я не жил, не существовал, а просто ждал приговора.
Подбородок Дианы вздернулся, руки приподнялись ладонями вверх к небу, умоляя о милости.
Жива.
Ее одежда полу сгоревшая, на футболке на правой груди сожжённый круг, джинсы в нескольких местах покрыты копотью и дырами. Два Карателя, приведшие к исполнению казнь, сняли капюшоны. Показали лица. Андрей и Ленка… промахнулись в ответственный момент.
Ветер протяжно загудел над притихшим народ. Вот и свершилась месть маленькой девчонке. А как реагировать, люди не понимали. Как поступить, если жертва не умерла?
Сейчас либо продолжат убивать, либо… еще один «странный» вариант.
Пока народ опешил надо было сыграть на их шоковом состоянии. Необходимо многотысячную толпу заставить поклониться Клеймённой. Ведь раньше Клеймённых боялись и уважали, преклонялись, а сейчас люди наяву увидели «страшную» силу в исполнении. Надо сыграть на этом.
Неизвестный парень поднял бутылку с минеральной водой, замахнулся для броска, едва не ударил мне в лицо, но я вовремя отвернулся.
Если сейчас толпа продолжит злиться, то нам конец.
– Смерть, Клеймённой! – громко воскликнул парень с бутылкой. Изрядно пьяный и смелый, а его не менее пьяные собратья заголосили, как будто отрывались на музыкальном концерте. Прежде чем он кинул бутылку в Диану, я быстро заломил ему руку назад и ударом с ноги под колено повалил парня на асфальт. Опустил его на колени и интимно на ушко поведал:
– Я тебе сейчас в жопу затолкаю эту бутылку. На колени быстрее… -- сдавил хилую руку. – Поклонись. Ваша месть свершилась, разве нет? Помните, боги бессмертны. Живее! Всем на колени!
Громко произнес, чтобы услышали в каждом уголке на площади. Единственный выход из провальной ситуации – поставить ораву людей на колени и заставить признать Клеймённую. Пришлось бегать по толпе зевак и командовать. Иногда импровизировать.
Улыбнулся группе молоденьких девушек, подмигнул призывно:
– Дамы, можно не преклонять колени, достаточно похлопать и покричать.
Молоденькие девочки переглянулись, смущенно заулыбались и начали скупо хлопать в ладони.
На кого-то из толпы было достаточно одного приказывающего взгляда и те падали на колени, но несколько раз нарывался на «вредных» знакомых.
Рядом неудовлетворенно поцокали. Сквозь низкие головы людей разглядел крупных братьев Давида и Дена. Ближайшие запуганные люди уже стояли на коленях, а те двое отказались.
– Ребята, на колени! – приказал, а те скрестили недовольно руки, переглядываясь с наемными парнями, которые сегодня меня колошматили в здании Карателей. Близнецы отрицательно покачали головой, отказываясь выполнять прямой приказ.
– Давид! Ден! – повысил голос. – Что хотите? –
Две головы молча развернулись друг к другу и вопросительно поигрались бровями.
– Понял-Понял. Будет вам баба. Мне уже как бы не по статусу, но напоследок найду вам телку! На колени! И побольше чувств ребята, чтобы поверил в вашу искренность! – указал пальцем на асфальт.
Мы давние враги-друзья, столько дерьма перевидали, что впору клясться на крови в преданности.
– О, великая богиня! – две огромные лапы взметнулись вверх. Братья всей объемной тушей упали на одно колено, ладони опустили на асфальт. Вслед за ними их наемные Каратели медленно осели вниз. Тайком ребята подмигнули, а я с улыбкой продолжил давить на людей и Карателей, пришедших на казнь за кровью.
А какие проблемы? Кара свершилась, жертва принесена.
Вскоре добрался до группы Карателей, которые не повиновались. Сюрприз: это мои работники.
– В чем проблема? – взял за ворот одного из них. – Ну-ка на колени!
– А вас уволили, мы вам больше не подчиняемся… - нагло отчеканил один из них. Может, претендовал на мое место? Я каверзно улыбнулся, в мечтах его уже трижды порешил, но злиться нельзя.
– Помяни мое слово, ты разговариваешь с будущим начальником Карателей, а если не преклонишь колено лишу квартальной премии. Всем ясно? - повысил голос для ближайших работников-Карателей.
Минут десять старательно обходил тысячную толпу зевак и показывал, как надо. Кто, словно по волшебству, смотрел на ближайших соседей (ведомый) повторял действия, кого пинком под зад опрокидывал на асфальт, кого знакомых запугивал или обещал «прибыль». Вскоре вся площадь преклонила колени перед Клеймённой.
А я забеспокоился потому что полуголую (в горелой одежде) Диану начали снимать на камеры. Уже не одну пару рук с поднятым телефоном видел в воздухе, поэтому активно замахал руками, как мельница, Андрею, намекая, чтобы одел ее, дал куртку. Ибо нечего светиться обнаженной при живом-то мне. Это я имею право видеть ее обнаженной, не хватало еще в общественных новостях увидеть ее голой. Это мое исключительное право.
Махал и махал раздраженно Андрею, показывая на его куртку, а друг-осёл не понимал. Диана тряслась и пыталась скрыть обгоревшую футболку на груди и порванные джинсы.
У меня руки до сих пор тряслись и ноги не слушались, пока пробирался к помосту за Дианой, а она смотрела испуганно и настороженно будто видела бестелесное существо, не верила, что пришел за ней.
Это я не верил, что она пришла за мной…
Теплая и желанная, вкусно пахнущая, несмотря на запах гари, и аппетитная. Сжал ее максимально сильно в объятиях с целью удостовериться в ее реальности, а она неудовлетворенно кряхтела и просила отпустить, видите ли косточки еще пригодятся. И поверить сложно, что наконец-то мог ее обнять, и никто слова не скажет. Никто не пойдет на нас охотиться …ибо не надо глупить…