Каратели
Шрифт:
POV Диана
Я в иной реальности после приговора Рады. Не в человеческом мире, а где-то далеко, может на острове, который прежде служил гарантом безопасности Клеймённых. Теперь же наша родина умерла. Уничтожена ногами Карателей.
Я где-то за пределами ледяного стекла, в которое уткнулась лбом. За пределами бетонного подоконника, на котором сидела и ощущала холод сквозь ткань джинсов. За школьными стенами, в одну из которых упиралась подошвой сапога.
Храп из-за стен нарушал ночной сон Клеймённых. Кто-то исполнял роль охранника, следил за безопасностью школы, поэтому не спал, а кто-то по доброй
Я избавилась от него в реальности, а он пришел за мной в мир снов, где не могла контролировать свои и его действия. А сон реальный, живой – ощущался липкий пот, заливающий спину и плечи от давящей ауры мужчины, и тяжелое дыхание слышала над ухом.
Во сне проснулась от ощущения чужого присутствия. Страшного хищника, прячущегося в темноте. Выжидал, ходил по полу тяжелыми шагами. От этого звука подскочила, присела в кровати, тело обнаженное (я так всегда любила спать в далеком беззаботном детстве в дни без отца). И сейчас потянула простынь вверх на обнаженную грудь, прикрывая опасную наготу.
Только кровать светлая и простыни, а вокруг, где слышно напряженное дыхание - темно.
Пыталась раскрыть губы и прокричать: «Кто здесь?» Но изо рта рвалась пустота вместо слов.
В ответ на мысленный вопрос ладонь…мужские пальцы медленно заскользили по белой простыне. К моим ногам змеей ползли все ближе и ближе. Как можно осторожнее я подтянулась к изголовью кровати, а ладонь направилась вслед за мной. Под светом луны из окна показалась мужская рука полностью до плеча, напряженные твердые мышцы перекатились под бронзово-темной кожей. Я еще дальше продвинулась к изголовью кровати, а в груди стало больно от невидимого кнута, которым Гектором исполосовал сердце, превратил в жалкие, кровавые лохмотья.
Потом появилась темная макушка, а под конец знакомый взгляд, который избегаю. Он завораживает и на невидимой леске тянет к себе. Как впервые в институтском парке встретились, так Гектор протянул невидимую связующую ниточку, а мне всегда хотелось ее перерезать. Знала, что хорошего от этого знакомства не будет.
Мужское колено в джинсах продавило весом край кровати, а я зажмурилась, чтобы проснуться. Понимала -- это сон.
Не хотела видеть Гектора даже во сне! Молила и молила себя проснуться.
Но рядом с бедром пальцы раздраженно-медленно, будто играючи в кошки-мышки погладили простынь. Опасно близко. Кончики пальцев поднялись по ляжке и невесомо вспорхнули по бедру, прикрытому легкой простыней. По животу. Заставили мышцы пресса туго сжаться от невольного спазма. Мужская рука потрогала ямку пупка и направилась вверх, где с силой обхватила левую грудь, заставив сердце затрепыхаться. До того больно сдавил, что сосок закололо невидимыми иголками.
Я лишь успела вдохнуть глоток воздуха и беззвучно закричать, тогда же рука прекратила владеть грудью и сдавила горло. Не сильно, но опасно, заставив вены с кровью запульсировать от угрозы удушения.
Несколько напряженных секунд не открывала глаза, только беззвучно пыталась закричать, тогда же хватка ослабла. А угроза
Но я сжала бедра, чтобы не смел касаться. Трогать.
Поначалу кажется, что это убийство, палач пришел судить виновного, а сейчас, когда пальцы, пытались пролезть между плотно прижатыми друг к другу ногами и найти вход, не понятен замысел. Проник двумя пальцам вдоль складок туда-сюда, но не забирался внутрь меня. Мешала ткань. Прохладная простыня вместе с его пальцами терлась и остужала вспыхнувший внутри огонь. А теплое мужское дыхание согревало лицо и шею.
И теперь совсем не понимала: палач хотел убить или соблазнить? И прежде, чем узнала ответ, проснулась в учительской на диване, голова на подлокотнике, ноги свешены на пол. Сердце сильно забилось под ребрами, побило грубыми ударами в грудную клетку, долго не желало успокаиваться. Шея, скрытая теплым свитером, сильно вспотела.
Я потрясла головой, прогоняя картину из сна, и пошла к подоконнику, где приоткрыла створку окна, чтобы остудить голову и рой мыслей.
Один день. Завтра один день на вылазку. А послезавтра Артем обещал проводить в Питер к папе. Никогда не думала, что настолько сильно захочу оказаться рядом с папой. Что произнесу эти слова. Я хочу к папе!!!
Хочу вздохнуть спокойно и не бояться Гектора, Приама и Карателей, хоть немного глотнуть спокойствия. Срочно необходимо успокоительное, иначе я не знала, что делать. Нервы не справлялись и во сне подкладывали главного палача, чей кнут давно навис над головой и не отпускал. Грозил ударить.
Артем сегодня за охранника патрулировал школу каждые десять минут, сейчас зашел со стаканом холодной воды; видел, что мне не спится и снятся кошмары. Я с благодарностью глотнула воды и возвратилась к тому же занятию, на котором остановилась -- наблюдению за фонарями, выстроенными одной шеренгой за пределами школьного забора.
Артем помассировал мое колено, как имеющий право это делать. Пусть. Его прикосновения не беспокоили. Перекинул руку мне через шею и смотрел, изучал подтянув мою голову к себе поближе. А улыбка и глаза улыбчивые, чуть узковатые как у хитрого зверя, возможно кошки. Уголки губ довольные подняты вверх, словно Клеймённый владел тайной мира. Но похоже, это видимость. Никакая это не хитрость, это радость.
Артем наклонился с явной целью поцеловать, но я отвернулась и прислонилась ухом к его плечу, чтобы не дотянулся до губ. Сделала вид, что не поняла его намерения и продолжила наблюдение за окном. Не представляла, сколько удастся обманывать друга с поцелуями и с крепкими, слишком продолжительными объятиями.
Мы долго стояли той ночью. Он, обняв за шею, а я, прислонившись ухом к его плечу, пока Артем не начинал очередной осмотр школы. Вновь возвращался, говорил о каких-то глупостях, а я тихо слушала спокойный голос и смотрела сквозь окно на темную улицу. Не понимала, о чем говорил Артем или не хотела слышать, а в голове сотни мыслей бились, не получая ответы на вопросы.
Гектор ищет меня? Как отреагировал на побег? Злится? Наверное, зол. Мелкая соплячка обманула, задела непомерное эго. А он привык выигрывать…