Кардинал интернета
Шрифт:
"Волга" быстро увеличивала скорость. Слишком быстро, мелькнуло у Корина. Он сделал шаг в сторону. Водитель "Волги" подправил руль, и фигура Корина вновь оказалась перед машиной. Теперь мотор не ворчал, а ревел. Обыкновенный мирный автомобиль превратился в стальное чудовище, орудие убийства. Еще миг - и сокрушительный удар отбросит Корина прочь... Масса, помноженная на скорость, смертоносное уравнение.
Корин совершил один из самых отчаянных прыжков-кульбитов, какие ему доводилось исполнять в жизни. Крыло "Волги" все же задело его левую
Ощупывая себя, Корин сидел в пыли. Переломов и вывихов вроде бы нет, и на том спасибо... Вокруг собирались зеваки, которых энергично расталкивал мужчина в джинсовом костюме.
– Я врач, - заявил он.
– Дайте-ка мне вас осмотреть...
– Все в порядке, - сказал Корин по-английски и встал.
– В вашей стране лихие водители.
– У вас может быть сотрясение мозга, - произнес врач, подбирая английские слова.
– Вам нужно в больницу.
– Милиция куда смотрит?!
– высоким голосом выкрикнула какая-то женщина.
– Под судтого гада! Разъездились... Кто-нибудь номер его запомнил?
Слова о милиции и суде произвели магическое действие: зеваки испарились как по волшебству. Встреча с милицией не входила и в планы Корина. Поговорив немного с врачом и убедив того в собственной целости и сохранности, Корин собрал содержимое кейса, отряхнулся, и прихрамывая, поплелся искать такси. Несмотря на боль от сильных ушибов, настроение его значительно улучшилось. Теплый прием в Москве свидетельствовал, что он на верном пути. Не огорчало его и то, что он не заметил номера "Волги" - номер либо фальшивый, либо машина только что угнана.
Шебалдин ждал Корина дома, как и было уговорено. Ждали его и бутылка отменной русской водки (специальная ограниченная серия, выпущенная к 850-летию Москвы), и вареная картошка, и селедка, и соленые огурчики...
– Ну, ты силен, - восхитился Корин после скупых объятий - и ничто лучше них не подтвердило бы, что старая дружба не ржавеет.
Шебалдин подмигнул, кивнул на стол.
– Противоядие. Чтобы ты не загнулся раньше срока от своего забугорного виски и синтетической жратвы.
Выпили по первой, потом по второй. Слегка разомлевший от водки, родной закуски и московского воздуха Корин рассказывал Шебалдину обо всем, что произошло с ним после встречис Фрэнком Коллинзом на вилле в Нью-Йорке первого сентября, не скупясь на красочные подробности. Когда от закончил, в бутылке осталось меньше половины.
Полковник ФСБ долго сидел неподвижно, молча. Затем он потребовал у Корина бумаги, прочел описание, зачем-то вгляделся в отпечатки пальцев, точно мог узнать их по памяти.
– Да-а, - наконец протянул он.
– Не много же у тебя есть.
– Мало, - согласился Корин.
– Но то, что есть, не наталкивает тебя на светлую идею?
– Вот тебе раз, - всплеснул руками Шебалдин.
– Светлую идею ему подавай с ходу... Пить надо меньше. Впрочем...
– Что?
– Да вот не идет у меня из головы эта компьютерная программа... Давление, говоришь, от нее
– Перед тобой подопытный кролик, - усмехнулся Корин.
– Еще бы чуть - и добро пожаловать в рай... Если туда пускают таких, как мы.
– Не суетись, не пускают. Но ты же в любую щель пролезешь, Джеймс Бонд чертов... Слушай сюда, Сергей. Если абсолютно здоровый человек внезапно умирает - это странно, но в принципе случается. Если он умирает от кровоизлияния в мозг - в свете твоих откровений уже подозрительно. Ну, а уж если я непосредственно перед его смертью вижу его с компьютерным диском в руках...
Корин едва не поперхнулся водкой.
– Что за история?
– Да служил у нас в конторе некто Коробов, Виктор Андреевич. Мы с ним не то, чтобы дружили - так, выпивали порой. И вот встречаю я его в коридоре однажды утром... Он тогда занимался делом некоего Дягилева - коррупция, отмывание грязных денег, перекачка средств за рубеж - букет моей бабушки. Так вот, в коридоре мы немного поговорили. Он сказал - поступили новые данные по делу... И показал мне компьютерный диск. В тот же день он умер за компьютером в своем кабинете. Медицинское заключение - кровоизлияние в мозг.
– Когда это было?
– нетерпеливо спросил Корин.
– Не поверишь. Первого сентября.
Корин хлопнул себя по колену, тотчас отозвавшемуся болью.
– В день, когда Коллинз работал с программой "сатана"! Знаешь, бывают совпадения, но такие...
– И такие бывают. Но будем исходить из того, что это все же не совпадение. Подумаем, что это может нам дать.
– И с разных сторон. Дягилев - кто такой? Как может быть замешан?
– Он уже сидит.
– Тогда-то он не сидел?
– Тогда - нет... Да эта публика что на свободе, что за решеткой одинаково опасна. Я имел в виду, что до него нам добраться нетрудно.
– Хорошо... Потом диск. Откуда он взялся... И кстати, куда делся?
– Не знаю. Я не принимал участия в расследовании смерти Коробова... Полагаю, диск передали сотруднику, который получил дело Дягилева... Я выясню, но больше никто подобным образом не умирал.
– Не все же умирают. Я не умер, и Коллинз тоже... И ты не знаешь, где диск. Может, больше никто из ваших его и не включал. А может, действительно совпадение, и нет на нем никакой сатанинской программы... Стас, надо сделать две вещи. Достать диск и проверить отпечатки из Крайствилла. Сегодня получится?
– Какой ты прыткий... Может, получится, а может, и нет. Сам понимаешь, мне придется партизанить. Попробую надавить на одного генерала, он мне кое-чем обязан... В общем, пей водку и жди меня.
– Очень постарайся, Стас, - серьезно сказал Корин.
– Сдается, что эта задачка не только моим американским друзьям интересна. Сотрудник ФСБ Коробов, по всей вероятности, убит...
Шебалдин молча наклонил голову, но у дверей не удержался от шпильки.
– Шерлок Холмс в кресле курит трубку и мыслит, а Ватсон высунул язык и бегает в поисках улик... Как по-твоему, Конан Дойль одобрил бы такой расклад?