Кардинал интернета
Шрифт:
6.
Стас Шебалдин вернулся глубокой ночью, с черным кейсом, которого у него не было, когда он уходил. Он застал Корина сидящим за письменным столом - подобно Штирлицу, тот выкладывал фигурки из спичек, по-разному составляя в уме части своих головоломок и не находя ответов. По лицу Шебалдина Корин понял: полковник что-то узнал, и это что-то не добавило ему оптимизма.
Шебалдин плеснул остаток водки в рюмку, выпил, закусил огурцом. Потом нашел в ящике стола пачку "Явы" (он курил только этот сорт), щелкнул зажигалкой. По комнате поплыл
– Плохо?
– Корин скорее утверждал, чем спрашивал.
– Невесело, - полковник разогнал дым рукой и присел к столу.
– С чего начинать, с диска или с отпечатков?
– И о том и о другом есть новости?
– Да.
– Тогда с диска.
– Диска нет, Сергей.
– В каком смысле "нет"? Тебе не удалось выяснить, у кого он находится?
– Можно сказать и так, - с усмешкой молвил Шебалдин.
– Вот именно, черт его знает, у кого он находится. Штука в том, Сергей, что когда после смерти Коробова осматривали его кабинет, никакого компьютерного диска там не было...
– Вот так фокус, - пробормотал Корин, сгребая ладонью спички со стола.
– Куда же он делся?
– Хороший вопрос. Хочешь список тех, кто входил тогда в кабинет Коробова - при том, что сам Коробов как вошел, так никуда и не отлучался? Он очень короткий: секретарь Коробова - младший лейтенант Таня Мамлеева, врач и медсестра из нашего медпункта. Все. Уже потом, когда врач повторял попытки реанимации, явились сразу несколько наших сотрудников. Ясно, что ни один из них не мог стянуть диск на глазах у остальных.
– Значит, его взял кто-то из троих.
– Получается так. Но чтобы мы могли более обоснованно предположить кто, перейдем пока к отпечаткам.
– А это взаимосвязано?
– Сам увидишь. Отпечатки, привезенные тобой из Крайствилла, принадлежат Владимиру Андреевичу Истрину, генеральному директору государственной компании "Российское оружие". На персон такого ранга у нас всегда имеется самое подробное досье, так что с идентификацией пальчиков проблем не возникло. Описание, которое дала тебе та девушка, также полностью соответствует Истрину.
– Понятно, - Корин сунул руку в карман за "Житаном", но его сигареты кончились, и он взял шебалдинскую "Яву".
– И какая связь с пропажей диска?
– Оля Прохорова, та самая медсестра, одно время была любовницей Истрина. Коробов умер первого сентября, а второго числа Прохорова попала под грузовик. Скончалась на месте.
– Да, цепочка вырисовывается, - Корин постучал сигаретой по краю хрустальной пепельницы.
– Роджер Купер - программа "сатана" - Сандерсон, он же Селицкий - Истрин - Коробов - Прохорова... Я намеренно оставляю пока в стороне Коллинза. Предположим, Истрин расправился с Коробовым при помощи "сатаны"... Но мотивы? Они, что были знакомы, вели общие дела? Или тут какая-то связь с Дягилевым?
– Общие дела?
– повторил Шебалдин, погасив сигарету.
– Да уж наверное... Дягилев и Истрин как будто
– Мы не знаем, Истрин ли убил Коробова, - с сомнением произнес Корин.
– Он мог привезти кому-то программу из Крайствилла, даже не подозревая, что это такое...
– А Прохорова?
– Гм... Все равно у нас больше догадок, чем фактов.
– Пока не приехал ты, и их не было...
– Да ладно тебе. Собирался я за одним, ехал уже за другим, получаю в итоге третье... Но так ли уж никто не заинтересовался исчезновением диска с потенциально важными сведениями из кабинета сотрудника ФСБ?
– В том-то и дело, что никто!
– раздраженно воскликнул Шебалдин.
– Как я теперь понимаю, диск видел только я. Даже Таня Мамлеева то ли его не заметила, то ли не обратила внимания. Она, конечно, видела какие-то данные на мониторе, но мало ли где их источник... Винчестер, дискеты, она же не вникала, над чем там работает шеф. Меня о диске, естественно, никто не спрашивал, а я не придал этому никакого значения...
– Но когда Прохорова вынимала диск! Надо же подойти к компьютеру, нажать кнопку, и эта штука жужжит вдобавок! И на это никто не среагировал?
– Там человек умирал...
– Раззявы!
– Не кипятись. Без твоей информации мы так или иначе были бы беспомощны.
– А коробка от диска? Или хоть бумажный пакет, что там было?
– Не знаю. В коридоре Коробов показывал мне голый диск, без всяких упаковок.
Корин поднялся и с унылой миной посмотрел на опустевшую водочную бутылку.
– У меня есть запас, - предложил Шебалдин.
– Да хватит, наверное...
– вяло отказался Корин и вдруг передумал. А! Давай.
Шебалдин принес водку, нарезал бутербродов. Корин заметно оживился, словно его переключили на резервный источник питания.
– К черту безответственные фантазии, - заговорил он с рюмкой в руке. К черту домыслы об убийствах и прочем. Займемся с нуля Истриным и Коробовым. Что ты там принес в своем чемоданчике?
– А это, - улыбнулся полковник, - как раз кое-что об упомянутых личностях. С фотографиями, как полагается.
Он раскрыл кейс и выложил на стол две папки. Корин взял верхнюю.
– Истрин, - бормотал он, - так... Слушай, почему ты мне не сказал, что он служил в КГБ?
– Это было давно, - Шебалдин пожал плечами.
– Я с ним никогда не сталкивался, мы работали в разных управлениях... Потом, правда, сошлись в одном деле, но так и не познакомились. И он, и я вечно мотались по заграницам... Ты ведь тоже не парень с улицы, а много ты об Истрине слышал?
– М-да... Вообще не слышал...
– Корин продолжал перелистывать бумаги.
– Так, так... Афганистан - с 1985-го по 1988-й... Майор, подполковник, полковник. Награды... Безупречный послужной список... Постой, а это что?
– пробежав глазами очередной лист, Корин передал его Шебалдину.